Сиротинская М.М. «Джон Луи О’Салливен: парадоксы судьбы»

Личность Джона Луи О’Салливена – редактора, журналиста, политика, дипломата1 – на протяжении длительного периода оставалась в тени. О нем вспоминали в основном лишь в связи с его авторством статьи «Аннексия» в журнале «United States Magazine and Democratic Review» (далее: «Democratic Review») в 1845 г., где впервые был употреблен термин «предопределение судьбы» или «явное предначертание» («Manifest destiny»), да и то в последнее время данный факт оспаривается. В том, что О’Салливен оказался обойден вниманием ученых, видимо, сыграли роль обстоятельства его жизни: в годы Гражданской войны он поддержал Конфедерацию, длительное время проживал в Европе, возвратившись в Нью-Йорк лишь в конце 1870-х гг.2 Кроме того, утеряны многие архивные и иные документы, позволяющие с достоверностью говорить о некоторых фактах его биографии. В последние годы, правда, в США вышли первая серьезная монография об О’Салливене и два исследования по истории движения «Молодая Америка»3.

Между тем Джон О’Салливен в 1840-е гг. играл немаловажную роль в нью-йоркской общественно-политической и культурной жизни: в 1841–1842 гг. он был членом Законодательного собрания штата Нью-Йорк, являлся, до мая 1846 г., редактором органа джексоновских демократов «Democratic Review»4, в 1844–1846 гг. – газеты демократов «New York Morning News» (совместно с С. Тилденом). О’Салливен имел репутацию человека влиятельного, в значительной степени определявшего общественное мнение, политические и литературные пристрастия современников. В период президентской избирательной кампании 1840 г. он выступал сторонником М. Ван Бюрена, но в 1844 г., в конечном итоге, поддержал Дж. Полка. Как отмечала в декабре 1844 г. виргинская газета «Richmond Enquirer», во многом именно редактору «Democratic Review» Полк был обязан своим избранием на пост президента: если бы бывший губернатор Теннеси не набрал большинства голосов в штате Нью-Йорк, победу одержал бы его соперник, один из лидеров Вигской партии Г. Клей (избирательная кампания довела О’Салливена до полного физического истощения, и близкие даже волновались за его здоровье)5. В дальнейшем О’Салливен выполнял роль посредника между демократами Нью-Йорка и президентской администрацией.

Современники отмечали обаяние, энергичность О’Салливена. Натаниел Готорн, многие рассказы которого из цикла «Легенды Губернаторского дома» впервые появились на страницах «Democratic Review», стал другом редактора. Последний был крестным отцом дочери писателя Уны: в мае 1844 г., когда малышке исполнилось два месяца, О’Салливен подарил ей красивую чашку из серебра с выгравированным на ней именем девочки и трехмесячного щенка ньюфаунленда по имени Лео, ставшего всеобщим любимцем. Благодаря воспоминаниям сына писателя Джулиана нам стали известны некоторые детали взаимоотношений Готорна и О’Салливена, обстоятельства жизненного пути журналиста6 – у О’Салливена не было детей. Но имелись и негативные оценки, в частности Г. Лонгфелло, Э. По, Г. Торо7.

В семье Готорнов нередко в шутку обращались к О’Салливену как к «графу де Бэрхейвену» – именно так называет писатель редактора вымышленного «La Revue Anti-Aristocratique» (под которым подразумевается, конечно же, «Democratic Review») в пародийном предисловии к рассказу «Дочь Рапучини», впервые опубликованному в журнале в декабре 1844 г. Фамилия Бэрхейвен в буквальном переводе означает «прибежище медведя». Здесь явный намек на самого Готорна, имевшего репутацию нелюдима и затворника8, а также на «аристократическое» происхождение О’Салливена.

Джон Луи О’Салливен-старший, отец будущего журналиста, являлся сыном ирландца Томаса О’Салливена, который служил как в британских, так и в колониальных войсках во время Войны за независимость и женился на американской девушке Мэри Макриди, дочери табачного дельца (чета вернулась в Европу, но, после того как Томас О’Салливен ушел от супруги и женился на уроженке Швейцарии, Мэри с детьми возвратилась в Америку). Так в начале XIX в. Джон О’Салливен-старший оказался в Нью-Йорке, где получил гражданство США. Он принимал участие в экспедиции Ф. Миранды в 1806 г., совершал торговые (а иногда, по-видимому, и пиратские) плавания в Южную Америку, являлся американским консулом в Могадоре (1817) и Тенерифе (1818). В 1810 г. в Гибралтаре он женился на молодой англичанке, с аристократическими корнями, Мэри Роули (как вспоминал позднее Готорн, в семейном кругу ее принято было называть «мадам»). Здесь же, в Гибралтаре, на борту вражеского английского судна (в это время Соединенные Штаты были в состоянии войны с Великобританией, но ввиду свирепствовавшей чумы британский адмирал благородно пригласил беременную Мэри на борт корабля), в ноябре 1813 г. родился Джон Луи О’Салливен.

Жизнь Дж.Л. О’Салливена-старшего оборвалась трагически в 1825 г. во время экспедиции из Марселя в Южную Америку на судне «Дик». Данный бриг сыграл роковую роль в его судьбе: О’Салливен приобрел судно незадолго до плавания, но вскоре весь груз был конфискован (американский коммерческий агент в Буэнос-Айресе объявил, что корабль пиратский). Отец будущего журналиста вынужден был перекупить судно и для возмещения ущерба отправился в новое плавание. «Дик» потерпел кораблекрушение, натолкнувшись на скалы, а старший О’Салливен безуспешно пытался спасти пассажиров и груз и доплыть до берега, обвязавшись веревкой. После того как летом 1827 г. Мэри узнала о смерти мужа, она собрала детей в Лондоне (Джон Луи и его брат Уильям учились в школе во Франции), где проживала «швейцарская бабушка», и вернулась в США. Джон О’Салливен-младший блестяще окончил Колумбийский колледж в возрасте 18 лет.

Вскоре «мадам» перебралась с детьми в Джорджтаун (округ Колумбия) в надежде удовлетворения ее иска к правительству США о возмещении ущерба в связи с незаконным захватом судна «Дик», что повлекло за собой смерть ее супруга. Здесь О’Салливен совместно с Сэмюелом Лэнгтри9, молодым врачом, имевшим литературные наклонности, стал издавать газету «Georgetown Metropolitan».

В 1836 г. иск к правительству был удовлетворен, видимо, не без помощи Ван Бюрена и его сподвижника, конгрессмена от штата Нью-Йорк Ч. Кабреленга. Хотя мать О’Салливена оценивала нанесенный ущерб в 100 тыс. долларов, выплаченная ей сумма составила чуть более 20 тыс. Но и части ее оказалось достаточным, чтобы основать новый общенациональный демократический журнал «Democratic Review», о котором мечтали честолюбивые молодые журналисты Джорджтауна. Это издание призвано было стать противовесом вигскому журналу «North American Review», отражавшему взгляды элиты Новой Англии. Значительную, в том числе и материальную, поддержку в основании «Democratic Review» оказал член «олбанского регентства», генеральный прокурор в администрациях Ван Бюрена и Джексона, партнер Ван Бюрена по юридической практике, известный оратор Бенджамин Батлер. Первым подписчиком журнала был сам Э. Джексон. Во многом благодаря редакторским способностям О’Салливена, его умению находить талантливых авторов «Democratic Review» приобрел высокую репутацию (его тираж в 1843 г. составлял 3,5 тыс. экземпляров)10.

Вводная статья О’Салливена (она занимает 15 страниц), открывающая первый номер «Democratic Review», считается выражением идеологии «джексоновской демократии». Сильное правительство, подчеркивал редактор, – зло, государство должно как можно реже вмешиваться в жизнь граждан. «Лучшее правительство то, которое меньше управляет», – данные слова стали девизом журнала. О’Салливен уповал на рыночные механизмы, т.н. «добровольный принцип»; лучшие законы, по его мнению, – естественные законы. Он выступал яростным противником всех привилегий, монополий, корпораций, «аристократии». Объявлялась приверженность «демократическому республиканизму», принципу равенства, «великому и священному демократическому принципу»11.

Видный прогрессистский историк А. Шлезингер-младший, который, как известно, рассматривал «джексоновскую демократию» в контексте борьбы классов, бизнес-сообщества и рабочих, а также фермеров, включал О’Cалливена в когорту воспеваемых им радикальных джексоновцев. В трудах отечественных американистов идеологическим спорам вокруг сущности «джексоновской демократии», разоблачению «эгалитарного мифа», социальному составу Демократической и Вигской партий, экономическим реформам Э. Джексона, образу «старины Гикори» в общественном мнении США, анализу зарубежной историографии по данному вопросу уделялось значительное внимание12. Правда, изучались преимущественно 1830-е годы. Об О’Cалливене, как правило, упоминалось вскользь в связи с авторством доктрины «предопределения судьбы».

В американской историографии получила распространение и иная точка зрения, согласно которой джексоновские демократы представлялись «традиционалистами», чей взгляд был устремлен назад, к аграрной республике независимых, «добродетельных» землепашцев, – они осуждали стремление к «роскоши», «коммерческий дух», делали акцент на «общественном благе»13. Им противопоставлялись виги, которые якобы обладали более современным подходом к решению многих вопросов: они уповали на государственное вмешательство, сильное национальное правительство, рыночную экономику, поддерживали развитие промышленности.

Предметом исследования российских литературоведов была «Молодая Америка», сторонников которой к середине 1840-х гг. ассоциировали с журналом «Democratic Review» О’Салливена. Это литературно-политическое движение берет начало от «Тетрактис-клуба», образованного весной 1836 г. молодыми нью-йоркцами – Эвертом Дайкинком, Уильямом Джонсом и другими литераторами14. Э. Дайкинк весной 1845 г. стал литературным редактором «Democratic Review». Как свидетельствуют письма Готорна, братья Дайкинки поддерживали тесную связь с О’Салливеном15.

В данной статье предпринята попытка рассмотреть, опираясь преимущественно на материалы «Democratic Review», взгляды Джона О’Салливена в 1840-е гг., его политическую деятельность, охарактеризовать позицию журнала по ряду общественно-политических, социокультурных вопросов в период, когда он был его редактором.

В конце 1830-х – начале 1840-х гг. «Democratic Review» порой прибегал к языку классического республиканизма. Утверждалось, к примеру, что цель республиканского правления – установление «всеобщей гармонии», законотворчество в общих интересах; отмечалась известная однородность американского общества, где не допускаются «эксклюзивные привилегии, эгоистические монополии». Иногда содержались нападки на «капиталистов», допускались сетования по поводу неравномерного распределения собственности, подчеркивались стремление к «всеобщему братству», право каждого простого труженика на доступ к богатствам, на достижение счастья. Однако О’Салливен и руководимый им журнал в целом акцентировали внимание на правах отдельного индивида, свободе предпринимательской деятельности, свободной торговле, ценностях капитализма, в частности поощрялся «собственный интерес». Проводилась мысль о том, что каждый человек стремится и может приобрести собственность, а частная собственность – основа цивилизованного общества (отвергались обвинения в «аграрианизме»). В качестве основной цели развития общества провозглашалось достижение «наибольшего счастья наибольшего количества людей»16.

Неправомерность отнесения джексоновцев к противникам «модернизации» подтверждает, как нам представляется, реформаторская деятельность О’Салливена. Его имя связывали, прежде всего, с движением за отмену смертной казни. Он отдавал ему всю свою энергию, даже оставив на время журналистские обязанности. Будучи председателем комитета Законодательного собрания штата Нью-Йорк по изучению необходимости реформы законодательства о смертной казни, О’Салливен часами просиживал над различными документами, отчетами, петициями, Библией, статистическими данными. Итогом его работы явился «Доклад в пользу необходимости законодательной отмены смертной казни», который в дальнейшем (1841) был опубликован в виде 168-страничной брошюры и получил общенациональное признание. В штате Нью-Йорк смертная казнь применялась в случае государственной измены, поджога или убийства. Поскольку по первым двум причинам обвинения предъявлялись редко, основные усилия О’Салливена сосредоточились на попытках продемонстрировать нецелесообразность смертной казни в случае убийства. Лишение жизни, считал он, не служит отвращением от преступления; к тому же возможны судебные ошибки. Неправомерность смертной казни он обосновывал также гуманистическими, религиозными (он часто обращался к Библии) соображениями, доказывая ценность каждой человеческой жизни17.

Вначале предложение О’Салливена, казалось, имело шансы на то, чтобы стать законом. Но при окончательном голосовании в легислатуре штата в мае 1841 г. оно было провалено большинством голосов (46 против 52). Против журналиста выступил ряд священников, в частности близкий к нейтивистам Дж. Чивер (зимой 1843 г. состоялись публичные дебаты между О’Салливеном и Чивером). Они оспаривали эрудицию редактора, обвиняли его в неправильном переводе Библии. На стороне редактора выступили поэты, публицисты Дж. Г. Уиттьер, Дж. Р. Лоуэлл. Борьбу О’Салливена за отмену смертной казни поддерживали Э. Дайкинк, журналисты У.К. Брайент, П. Годвин18.

В дальнейшем ряд статей в «Democratic Review» был посвящен настоятельной необходимости отмены смертной казни, этого «кровавого и жестокого наказания», а также необходимости общей реформы судопроизводства, улучшению условий содержания заключенных в тюрьмах19.

О’Салливен также постоянно говорил о своем неприятии «духа войны», который противоречит «гению американской демократии». Утверждалось, будто в стране тысячи сторонников мира, и число их постоянно растет. Превозносились достоинства У. Лэдда, основателя и председателя (1828–1841) «Американского пацифистского общества» (American Peace Society). О’Салливеном выдвигалось предложение учреждения Конгресса наций для урегулирования международных споров20.

«Democratic Review» выступил с резкой критикой практики дуэлей. У О’Салливена был повод, и чисто личного свойства, испытывать неприязнь к дуэлям. В начале 1838 г., когда только произошло знакомство Готорна с редактором журнала, между ними чуть было не состоялась дуэль («звезда Салема», светская львица Мэри Силсби, флиртовавшая с Готорном, внушила ему мысль о том, что О’Салливен пытался ее соблазнить). Неискушенный в интригах светского общества Готорн послал О’Салливену письмо, требуя сатисфакции. К счастью для обоих будущих друзей, редактор журнала, проявив спокойствие, разъяснил ситуацию – инцидент был исчерпан. Однако вскоре произошла дуэль, окончившаяся трагически и вызвавшая большой резонанс в американском обществе. 24 февраля 1838 г. на дуэли с У. Грейвзом был убит конгрессмен от штата Мэн Джонатан Силли, сокурсник Готорна по Боуденскому колледжу (именно Силли рассказал журналисту о молодом, многообещающем писателе из Салема). 35-летний радикальный демократ, по словам одного современного американского историка, «образованный, но провинциальный», воинственный в своих отношениях с вигами, Силли завоевал множество противников21.

В отличие от Готорна, который в биографическом очерке о Силли (сентябрь 1838 г.) расценивал смерть друга как огромную потерю для всей страны, О’Салливен сделал из Силли «политического мученика», жертву манипуляций вигов (вначале главным виновником был объявлен Уайз, затем – Клей, присутствовавшие на дуэли). В нескольких статьях осуждалась восходящая к эпохе «варварства» практика дуэлей, противоречащая основным нормам цивилизации, она связывалась с южными и западными штатами. Дуэли характеризовались как полный абсурд22.

Журнал проводил мысль о том, что практика политического патронажа, система, при которой государственные должности представляются сторонникам победившей партии, – «дележ добычи» (spoils system), наносит удар по демократическим институтам, способствуя коррупции, выдвижению не профессионалов, а шумных политиканов, заботящихся лишь о собственных интересах. В целях «здоровой ротации» предлагалось ввести систему ежегодных перевыборов президента23.

В легислатуре штата Нью-Йорк О’Салливен поддерживал законодательство, защищавшее родительские и имущественные права замужних женщин, живших раздельно с супругами (частичный развод). В редакционных примечаниях к довольно радикальной для того времени статье в журнале (май 1844 г.) анонимной леди О’Салливен одобрял ее мысли. Автор прибегала к эгалитарной риторике, восходившей своими корнями к Американской и Французской революциям. Некоторые американские законы, по ее словам, санкционируют «определенные формы рабства даже в свободных штатах»: согласно им «христианские, просвещенные замужние женщины имеют не большее право распоряжаться своей собственностью и своим заработком, чем рабыни», а матери – не больше прав над своими детьми, нежели негритянки. В духе феминисток второй половины XIX в. она говорила о мужской «тирании», защищенной законами. Ставились и вопросы о правах женщин распоряжаться собственными заработками, совместного попечительства над детьми в случае развода. В статье содержался призыв к женщинам Америки прийти на помощь их «сестрам» в европейских странах, возглавив борьбу против «обременительных оков», «притеснений» их пола, предубеждений и обычаев общества.

В статье «Американские женщины» также осуждалось «несправедливое и деспотическое» законодательство, «псевдоприверженность романтическому рыцарству», – наиболее тяжелое следствие варварства, из которого «наша цивилизация все еще медленно и болезненно выбирается». Особое внимание «Democratic Review» уделял необходимости воспитания американских жен и матерей в духе демократических принципов.

Рецензент книги писательницы К. Сэджвик, обращенной к девушкам, выражал согласие с автором в том, что в США «леди в гостиной должна знать… мысли, чувства и переживания своей прислуги на кухне». Она не только должна быть украшением гостиных, уметь музицировать, читать на нескольких языках, но и быть способной выполнять любую работу по дому. Однако как Седжвик, так и рецензент ее работ, были осторожны в оценке движения за права женщин24.

«Democratic Review» часто публиковал произведения, путевые заметки молодых американских поэтесс, писательниц. Остроумный, обаятельный, умевший развлечь дамское общество, О’Салливен очаровывал леди. Однако все же вряд ли можно назвать его феминистом.

Последствия промышленного переворота, экономический кризис 1837 г., сопровождавшийся затяжной депрессией, способствовали обострению отношений труда и капитала на Севере США. В своей нашумевшей статье в феврале 1844 г. О. Браунсон предлагал обратить особое внимание «Молодой Америки» на социальные проблемы. В законодательном собрании О’Салливен оказывал поддержку Союзу сапожников Женевы (штат Нью-Йорк).

В 1842 г. О’Салливен напечатал четыре статьи об ассоциации А. Брисбейна, пропагандиста идей Ш. Фурье в Америке, автора книги «Социальное предназначение человека». Редактор с симпатией отзывался о фурьеризме, о «способном и образованном» авторе очерков (Брисбейну была посвящена еще одна благожелательная статья в сентябре 1842 г.), хотя и выражал несогласие с некоторыми его выводами. Он признавал значительное распространение фурьеристских идей в Соединенных Штатах и даже то, что «главная тенденция нашей эпохи» – движение к ассоциации. По словам О’Салливена, идея ассоциации «содержит зародыш новой цивилизации, которая призвана охватить весь мир»25. В дальнейшем, правда, оценки американских ассоцианистов в журнале стали более жесткими26.

Определенная дань, которую О’Салливен отдал фурьеризму, по-видимому, отражала его внимание к свежим веяниям, модным течениям. Значительное место он отводил получившим распространение на Севере США месмеризму (или т.н. «животному магнетизму»), френологии, согласно которой форма черепа определяла черты характера индивидуума (таким образом современники пытались понять особенности «республиканского» национального характера, суть «американской исключительности»). Во время лекций Дж.Р. Бьюкенена в Нью-Йорке – выступления последнего представляли своеобразное соединение френологии, гипноза, достижений неврологии и психиатрии – О’Салливен входил в различные комитеты по изучению «феномена»27.

Сторонники «Молодой Америки» в эти годы были, прежде всего, поборниками идеи национальной демократической литературы и культуры в целом, высказывались в поддержку европейского либерального движения, территориальной и торговой экспансии.

О’Салливен придавал огромное значение воспитанию молодежи, ибо молодые, в особенности в городах, полагал он, находятся под влиянием «промышленных классов» и воспитываются в «антидемократическом» духе. Отсюда – необходимость «внедрения демократического принципа в нашу литературу». Редактор сетовал по поводу того, что «мы почти целиком зависим от Европы, в особенности от Англии, которая думает и пишет за нас…». Американские писатели и поэты призваны воспевать родную природу, черпать сюжеты для своих книг в истории, нравах собственной страны и противодействовать британской «пропаганде». Прославлялся «молодой гений Запада», его свежесть, дерзость, энергия. О’Салливен не отделял литературу от политики – сама Декларация независимости излагалась в журнале в стихах. Поэт Г. Лонгфелло, противник радикальных демократов, даже иронично заметил: «Локо-фоко организуют новую политико-литературную систему. Они вопят «Осанна!» всякому локофочному писаке, а обо всех остальных либо отзываются весьма холодно, либо ругают» (к приверженцам радикальных демократов он относил Брайента, Готорна и О’Салливена)28.

Литература, подчеркивали публицисты «Democratic Review», должна отражать чаяния народа – ряд стихотворений был посвящен простому труженику, который теперь обладает правами монарха29. «Младоамериканцы» экспериментировали и с языком, добиваясь его американизации, отделения от британского английского (например, приветствовался глагол “to realize”), играли на различном значении слов. Само распространение по всему миру американского варианта английского объявлялось миссией США. Североамериканскому континенту предлагалось дать наименование «Колумбия», сохранив прежнее название «Америка» собственно для Соединенных Штатов. Порицалась практика заимствования европейских названий в наименовании новых поселений и городов (например, Бостон в Англии и в США)30.

В журнале регулярно публиковались отчеты о заседаниях «Нью-йоркского исторического общества», которое придавало большое значение приобретению ценных произведений искусства, новых книг, документов, в особенности проливающих свет на раннюю американскую историю, – тому, что бы мы сейчас охарактеризовали как увековечивание исторической памяти.

Важная роль отводилась периодическим изданиям, в особенности дешевой нью-йоркской прессе. Молодой иллюстратор Ф. Дарли, сотрудничавший с «младоамериканцами», в том числе с журналом «Yankee Doodle», выполнил для «Democratic Review» ряд зарисовок нью-йоркской городской жизни, оставив нам незабываемый портрет «Разносчика газет»31. Этот очаровательный «американский гамен», Том Тиббз (рассказ о нем написан Дж. Нилом), который не будет блистать в роскоши, – дитя демократии, прогресса. Свидетелями его пробуждения являются луна и звезды, он рассчитывает только на собственные силы; его главный враг – «чопорный джентльмен», который не интересуется свежими новостями и все беды современности объясняет распространением дешевой прессы. Мальчишка воплощает и предпринимательский дух. Его амбиции растут: вот он уже мечтает о своем литературном агентстве32.

У. Джонс также подчеркивал значительную воспитательную роль газет – они являются основным предметом чтения народа (журналы привлекают более образованные классы). Воздавалась хвала американским журналистам. Заключения одного из авторов, призывавшего отказаться от чисто развлекательной периодической литературы, на потребу публике, перекликаются с высказываниями, которые можно встретить на страницах сегодняшних средств массовой информации33.

Помимо литераторов, «Молодую Америку» интересовали американские художники, скульпторы, актеры, музыканты, в особенности молодые и декларировавшие свою приверженность джексоновским демократам. «Democratic Review» придавал большое значение расширению культурного пространства, приобщению масс к достояниям культуры. В 1840-е гг., с ростом городов, урбанистская культура врывалась в жизнь американцев, становилась неотделимой от политики. Сам демократический, космополитичный Нью-Йорк приобретает, в изображении одного из авторов (июнь 1845 г.), образ «града на холме» – то есть, по существу, заявка на его «Manifest destiny» (данный термин будет впервые употреблен в журнале чуть позднее). «Нью-Йорк – это подлинно град на холме», делал вывод публицист, именно здесь бьется пульс реальной жизни, «революционных и реформаторских доктрин», здесь «находится соль земли первозданной», «пресса здесь начинает свою деятельность по организации, совершенствованию и прогрессу», и здесь «следует Искусству поднять свое красивое лицо и озарить своей улыбкой улицы, парки и публичные площадки». Этот «улей» дает толчок событиям, которые печалят или радуют весь мир34.

О’Салливен ратовал за распространение достижений американского изобразительного искусства, отводя в этой связи определенную роль государству. Страсть к богатству, убеждал он, не может быть единственной целью человеческого существования; индивида должен привлекать идеал Прекрасного – необходимо нравственное совершенствование общества, и в этом смысле велика роль художников. Редактор выступал за учреждение колледжей для бесплатного обучения молодых художников, за проведение политики, которая предоставила бы возможность покупать картины, скульптуры талантливых мастеров и экспонировать их в общественных местах35. «Democratic Review» внимательно следил за деятельностью «Американского Союза поощрения изобразительного искусства» (American Art Union), главной целью которого была пропаганда американской школы живописи.

Обращалось внимание правительства на необходимость совершенствования театрального искусства, основания новых картинных галерей, устройства публичных концертов, что, в частности, будет способствовать психическому здоровью людей. Волнения, связанные с политикой и коммерцией, интеллектуальное напряжение, «сам дух наших институтов, требующих постоянного движения вперед, частоты политических изменений, отсутствие стабильности…, когда человек, сегодня богатый, становится завтра бедняком», нередко отражаются на состоянии ума индивида. Нервные срывы, психические болезни, кажется, составляют «неизбежное зло нашей высшей цивилизации». Один из авторов, ссылаясь на европейский пример и сетуя на ограниченное число национальных праздников, призывал правительство усилить, как мы бы сейчас сказали, их образовательную и воспитательную роль. С его точки зрения, культурная политика должна иметь целью создание просторных библиотек, музеев, картинных галерей, «ухоженных садов с фонтанами», привлечение широких масс к лекциям на философские темы. Все это будет способствовать возникновению своеобразной атмосферы «демократии ума»36.

Кумиром нью-йоркских «рабочих классов», иммигрантов, «парней Бауэри» (одна из банд Нью-Йорка) был американский трагик Э. Форрест, игравший роли Гамлета, Отелло, короля Лира в пьесах Шекспира. «Democratic Review» превозносил его американизм, энергию, мужественность. Ставилась в заслугу его приверженность драматическому искусству, ибо поистине драматична сама американская действительность, будь то политический митинг, заседание комитета или лекция по магнетизму, – здесь язык более острый и живой, чем на сцене и в самом театре. Особенно привлекало то, что он был страстным приверженцем джексоновской демократии. В своем знаменитом выступлении в День независимости США (4 июля 1838 г.) Форрест проводил антитезу между молодостью и процветанием североамериканской республики и «политической дряхлостью» Старого Света37. Форрест ассоциировался с театром Бауэри. Более обеспеченная публика ходила в театр Астор-плейс, находившийся от театра Бауэри в 12 минутах ходьбы: здесь были высокие цены на билеты, существовали особые правила, в частности, требование лайковых перчаток для мужчин38.

«Молодая Америка» постоянно позиционировала себя в отношении Европы; событиям в Старом Свете отводилось большое место. «Democratic Review» публиковал сочувственные статьи об итальянских революционных обществах, об ирландском национально-освободительном движении, социальных проблемах Великобритании, о польском восстании 1830 г., шведских либералах. Подчеркивалось идеологическое родство с революционными организациями Старого Света – «Молодой Италией», «Молодой Европой». На центральное место в международных отношениях ставился конфликт между республиканизмом и монархизмом39. Провозглашались солидарность с народами, борющимися против деспотизма, всеобщее «братство» народов. Значительное внимание уделялось Франции. Французская революция ставилась в один ряд с Американской. Оправдывались даже ее эксцессы: глобальные последствия этого «великого переворота», по словам одного из публицистов, во много раз превышают ее «неистовство и преступления» при рождении40. Имеются свидетельства того, что в 1848 г. О’Салливен приветствовал Французскую республику. Он был тесно связан с Дж. Сэндерсом, редактором «Democratic Review» в 1852г. Материалы газеты «New York Times» говорят о том, что в 1852 г. «г-жа Джон О’Салливен» и «мадам О’Салливен», в числе ряда нью-йоркских леди, жен и матерей известных журналистов и политиков, обращались с письмом к венгерскому революционеру Л. Кошуту, находившемуся в то время в Америке (декабрь 1851 – июль 1852 г.)41.

Однако в то же время республика Нового Света противопоставлялась погрязшей в «коррупции» старушке-Европе, превозносилась уникальность американского опыта: в Соединенных Штатах якобы отсутствует почва для социальных конфликтов, царит всеобщее благополучие, положение рабочих классов замечательное, каждый «солдат, моряк, сапожник, крестьянин, рабочий» может принять участие в выборах и участвовать в управлении государством и т.д. Конечно же, с подобными утверждениями вряд ли согласится большинство современных исследователей, даже защитников пресловутой «американской исключительности», к коим можно отнести, к примеру, С. Липсета42 (основоположниками этой теории считают, прежде всего, А. де Токвиля, Ф. Тернера, историков «консенсусной» школы43). Учеными показано, что во второй четверти XIX в. в США существовало неравномерное распределение богатств, не могло быть речи о равных возможностях для начала предпринимательской деятельности, североамериканская республика не избежала пауперизма в крупных городах, в особенности в результате экономического кризиса 1837 г., который привел к массовой безработице, ухудшению положения трудящихся, в частности иммигрантов44. При этом не отрицается факт того, что уровень заработной платы в ряде регионов был выше, чем в Европе; кроме того, в США существовал т.н. «предохранительный клапан» – фонд общественных земель на Западе. Современные американские исследователи рассматривают проблему «американской исключительности» в самом широком контексте, в том числе в социокультурном плане, с точки зрения структурализма. Содержатся призывы к «транснациональной истории»; привлекаются все новые американские и европейские архивные и статистические данные, свидетельства современников и т.д.45

Особенно острый «идеологический» спор велся в журнале с «аристократической» Англией. Делался акцент на ее социальных бедствиях (в противовес США); представлялось, что она находится накануне «радикальной революции» ввиду нищеты, полуголодного существования там рабочих классов. Проводился излюбленный южанами тезис о том, что положение рабочих классов Англии хуже положения рабов на Юге Соединенных Штатов. В одной из статей (сентябрь 1842 г.) говорилось о «белом рабстве» ее фабричных рабочих, шахтеров, сельских тружеников – при этом категорически отвергалась идея целесообразности социального законодательства46.

В качестве антитезы Старому Свету противопоставлялась молодая североамериканская республика. «Democratic Review» делал акцент на ее молодости, новизне, на принципе прогресса. И это не случайно. Согласно переписи 1840 г., белые мужчины и женщины в возрасте от 20 до 29 лет составляли бóльшую часть населения Соединенных Штатов – в штате Нью-Йорк при общем населении немногим более 2,4 млн. человек число белых молодых людей 15–24 лет, постоянно проживающих в стране, достигало 726 тыс., в возрасте 25–44 лет – 598 тыс.47 Самому О’Салливену было 23 года, когда появился первый номер журнала. Стихотворение дипломата, политика А. Эверетта, напечатанное в «Democratic Review», так и называлось: «Молодой американец». Интеллект гения, убеждал У. Джонс, достигает расцвета между 25-ю и тридцатью годами48.

Как и другие «младоамериканцы», О’Салливен был полон оптимистических надежд по поводу необратимости прогресса: «мы – нация прогресса», подчеркивал он, «кто или что сможет, создать препятствия нашему продвижению вперед?» Журналист выражал уверенность в том, что история человечества – это прямолинейный процесс, движение к полному совершенству индивида, ибо демократия способна полностью исправить природу человека. Отвергались всякие прецеденты, в том числе и уроки античности. Предлагалось переписать всю историю в свете демократического принципа и вести новый отсчет времени с Американской революции: «наше рождение как нации, – приходил к заключению О’Салливен, – было началом новой эпохи». Большое значение придавалось технологическому прогрессу, однако он всегда увязывался с политическими институтами США, с развитием демократического принципа. Выражалась вера в эффективность политических реформ для совершенствования общества. О’Салливен провозглашал демократию по образцу Соединенных Штатов, венцом развития общества, заявлял об «универсальности свободы и равенства». Он постоянно апеллировал к общественному мнению, к таким понятиям, как народный суверенитет, «воля народа»49.

Теория прогресса, в ее истолковании О’Салливеном и его сторонниками, была связана с концепцией «предопределения судьбы» («Manifest destiny«). В ходе подготовки к президентской избирательной кампании 1844 г. на одно из центральных мест вышла проблема Техаса. В апреле 1844 г., еще в период президентства Дж. Тайлера, государственным секретарем Дж. Кэлхуном был подписан договор о присоединении «Республики Техас» к США. Этот документ вызвал ожесточенные дебаты в американском обществе и явился предметом длительного обсуждения в Конгрессе. В конечном итоге в июне 1844 г. большинство сенаторов отказалось его ратифицировать. Г. Клей, выдвинутый затем кандидатом в президенты от Вигской партии, и предполагаемый кандидат в президенты от демократов М. Ван Бюрен объявили акт преждевременным, выступив против немедленной аннексии. В условиях значительного распространения экспансионистских настроений, в особенности на Юге и Западе Соединенных Штатов, бывший президент своим заявлением оттолкнул от себя многих представителей этих регионов и не набрал большинства голосов на конвенте Демократической партии в Балтиморе в мае 1844 г. Таким образом, кандидатом от демократов стал бывший спикер Палаты представителей, губернатор Теннеси в 1839–1841 гг., ярый защитник аннексии Дж. Полк (на президентских выборах в ноябре 1844 г. он одержал победу над Клеем). Вопрос об аннексии Техаса стал главной темой открывшейся в декабре 1844 г. второй сессии 28-го Конгресса. В конце концов 1 марта 1845 г., за три дня до передачи власти Полку, Тайлер подписал совместную резолюцию обеих палат Конгресса (в декабре того же года Полк поддержал одобренный Конгрессом билль о включении Техаса в состав Соединенных Штатов на правах штата).

В середине 1840-х гг. обострилось и англо-американское соперничество в Орегоне. После заключения договора Уэбстера–Ашбертона в августе 1842 г. все чаще стали раздаваться голоса о захвате всего Орегона до 54˚40′ с.ш. Все же возобладал компромисс: в июне 1846 г. был подписан договор с Великобританией, который разделил Орегон по 49˚ с.ш. от Скалистых гор до Тихого океана50.

В середине 1840-х гг. «Democratic Review» в целом был поборником территориальной экспансии, решительно отстаивал законность и «справедливость» притязаний США на Техас и Орегон. Именно в статье по техасскому вопросу (июль–август 1845 г.) был впервые использован термин “Manifest destiny”. Судьба североамериканской республики, говорилось в ней, предопределена свыше, США призваны распространить «зону свободы» по всей территории Северной Америки. Вхождение Техаса в состав Соединенных Штатов абсолютно правомерно и неотвратимо: «крыло нашего орла уже простирается над значительной частью его прекрасной, плодородной земли». «Наше явное предначертание – заполнить весь континент, предназначенный Провидением для свободного развития ежегодно умножающихся миллионов нашего населения»51. Однако общенациональную известность выражение «предопределение судьбы» получило несколько позднее, после опубликования в газете «New York Morning News» от 27 декабря 1845 г. редакционной статьи, в которой притязания Соединенных Штатов на весь Орегон обосновывались ссылками на данную теорию. Необходимо положить конец, заявил О’Салливен, всем обращениям к «древнему» международному праву, «правам открытия, исследования, поселения». Претензии североамериканской республики освящены Провидением, это «право нашего явного предначертания распространиться по всему континенту». Развивая заложенные в доктрине Монро принципы «неколонизации», невмешательства европейских держав в дела Западного полушария, О’Салливен в довольно агрессивной форме протестовал против всяких «посягательств монархий Европы на свободную землю Америки», их попыток подчинить ее своему влиянию52.

Вскоре 3 января 1846 г. конгрессмен от штата Массачусетс Р. Уинтроп в своем выступлении в Палате представителей с иронией отзывался об «этом новом открытии в области права, названном правом нашего явного предначертания распространиться по всему нашему континенту«53. «Manifest destiny» стала крылатой фразой, предметом острых дебатов; ее использовали для обоснования своей позиции как сторонники, так и противники экспансии.

В последнее время авторство О’Салливена статьи «Аннексия» подвергается сомнению. Американская исследовательница Л. Хадсон на основании проведенного ею компьютерного анализа приписывает ее перу журналистки, занимавшейся земельными спекуляциями в мексиканском Техасе, сторонницы «Молодой Америки» Джейн МакМанус Сторм (по первому мужу) Казно (по второму мужу), писавшей под псевдонимом Кора Монтгомери54 (в марте 1845 г. в «Democratic Review» была опубликована ее статья «Президенты Техаса»). Биограф О’Cалливена Р. Сэмпсон опровергает заключения Хадсон по многим причинам, в том числе полагая, что использована неверная компьютерная программа (Grammatik) и избраны в качестве образцовых статьи, скорее всего не принадлежавшие перу редактора журнала55. Несомненно, однако, что мысли, проводившиеся в статье «Аннексия», не были новыми: они высказывались и ранее, в том числе в статье О’Cалливена «Великая нация грядущего» (ноябрь 1839 г.).

Споры вокруг «Manifest destiny» не умолкают по сей день. Классическими трудами признаны работы Дж. Прэтта, А. Вейнберга, Ф. Мерка. Прэтт в 1927 г. впервые проследил генезис термина «предопределение судьбы», выявив авторство О’Cалливена. Саму доктрину он рассматривал как проявление американского национального сознания и экспансионистских устремлений56. В отечественной научной литературе теория «явного предначертания» также была предметом изучения57.

Современные американские авторы смотрят на проблему в более широком контексте. Эдвард Уидмер небезосновательно рассматривает ее как в определенной степени завоевание культурного пространства, подчеркивая стремление «Молодой Америки» в этот период сделать Нью-Йорк средоточием демократической культуры, в противовес интеллектуальной гегемонии Новой Англии. Согласно Эми Гринберг, экспансионизм «Manifest destiny» отражал и понимание современниками «мужественности» и «женственности», «гендерный» аспект оказывал влияние на внешнюю политику58.

У «молодых» демократов, действительно, присутствовало стремление обыграть свою «воинственную мужественность», в частности в отношении Кубы, правда, это все же характерно скорее для более позднего периода. Однако к О’Салливену вряд ли применим «гендерный» подход. «Немужественного» вида, не отличавшийся крепким физическим телосложением журналист не вписывается в данную концепцию. Гроза Таммани-холл, кумир гангстерской банды «парней Бауэри» М. Уолш явно имел в виду редактора «Democratic Review», когда восклицал в начале 1840-х гг.: «Есть люди, которые страстно желают, чтобы …на передовицах стояли их имена… хотят выступать с речами, готовить резолюции, входить в состав различных комитетов и любят болтать о том, что они готовы лечь костьми на земле Род-Айленда (недвусмысленный намек на поддержку О’Салливеном восстания Т. Дорра за расширение избирательного права в штате Род-Айленд в начале 1840-х гг.– М.С.), и в то же время любой сапожник может набить им морду и протащить их по улице, и они не окажут ни малейшего сопротивления» [громкие возгласы одобрения и смех]59.

Какой смысл вкладывал в доктрину «явного предначертания» О’Салливен в 1845 г., когда предположительно он писал статью «Аннексия»? Ряд исследователей убеждены, что, пацифист по своим убеждениям, он не подразумевал применение оружия. Предполагалось, что сами народы обратятся к США с просьбой о включении в Союз: это будет «в основном мирный и постепенный процесс»60.

Проблема методов осуществления аннексии Техаса в истолковании «Democratic Review», не столь проста. Действительно, в журнале говорилось о присоединении Техаса к США мирным путем, но прямого ответа на вопрос о том, что надо делать в случае, если Мексика не захочет добровольно отдать свою территорию и придется, «в целях самообороны», занять «агрессивную позицию», не было61. И если вначале, в мае 1846 г., О’Салливен выражал сомнения в целесообразности объявления войны Мексике и выражал надежды на ее скорое завершение, то, в конечном итоге, он ее поддержал62. В этом смысле сведение сути доктрины «явного предначертания» лишь к проявлению романтического национального сознания представляется неправомерно однозначным.

По отношению к мексиканцам, индейцам «Manifest destiny» была окрашена в «расовые тона». Проводилась мысль о политической отсталости мексиканцев; отмечались отрицательные качества индейцев63. Однако в 1840-е гг. идея англосаксонского превосходства не распространялась на европейских иммигрантов (вспомним об ирландских корнях О’Салливена), отношение к ним было в целом благожелательное. Приветствовались «беженцы» из Старого Света, которые должны были найти приют в Америке под «свободным флагом» – символом «демократической свободы», «всеобщего равенства и братства» людей64.

В полемике по школьному вопросу, развернувшейся в начале 1840-х гг. между католической церковью, в частности епископом Нью-Йорка Дж. Хьюзом, и Обществом государственной школы города Нью-Йорка65, О’Салливен встал на сторону католиков, отстаивая религиозную терпимость, право детей ирландских иммигрантов получать образование в школах, не контролируемых Обществом. «New York Morning News» в середине 1840-х гг. выступила против издателя Дж. Харпера, ставшего весной 1844 г. мэром Нью-Йорка благодаря коалиции нейтивистов, вигов и некоторых демократов. Газета высказывалась за отделение церкви от государства и выражала сочувствие ирландским и немецким иммигрантам. В апреле 1845 г. «Morning News» иронизировала над попытками нового мэра «очистить» Бродвей, закрыв фруктовые лавки, где торговали пожилые ирландки, лишившиеся «честного приработка». Кампания по освобождению главной улицы города от проституток (многие из них были бедными девушками из семей ирландских иммигрантов), в интерпретации газеты, закончилась задержанием молодых женщин, «служанок или швей, торопившихся домой в темноте». В значительной степени усилиями О’Салливена и его друзей на следующий год в нью-йоркском правительстве практически не оказалось сторонников нейтивистов, а Харпер потерпел поражение. По некоторым данным, во время или после Гражданской войны О’Салливен обратился в католичество66.

Многими современниками, не говоря уже о современных исследователях, территориальная экспансия США 1840-х гг. связывалась с проблемой рабства в Америке: войдут ли земли, захваченные у Мексики, в состав Союза в качестве свободных или рабовладельческих штатов? О’Салливен, как и публицисты журнала, опровергал доводы о том, что экспансия обострит политическую борьбу в стране, в том числе и по вопросу об «особом институте». Парадоксально, но проводилась мысль о том, что аннексия будет способствовать постепенному решению вопроса, точней сказать, все решится само собой, без социальных потрясений. Рабство постепенно будет все в большей степени перемещаться к Югу, пока не перейдет границу Союза, и тогда чернокожие «растворятся» в населении Мексики, Центральной и Южной Америки – публицисты категорически отвергали вероятность расового смешения в США. Число свободных штатов будет расти быстрей – на Запад и Северо-Запад Соединенных Штатов устремится поток эмигрантов из Европы, а также с Северо-Востока США. Труд рабов будет становиться все более экономически невыгодным. Называлась даже приблизительная дата исчезновения рабов на территории США – 1926 г. Чернокожие рассматривались как «низшая» раса, говорилось о якобы невежественности, лени, неприспособленности рабов к самостоятельной жизни.

В самом вопросе о рабстве журнал, хотя и выражал сочувствие лозунгу «всеобщей свободы», провозглашал приверженность доктрине «золотой середины», выступая на словах как против южан-экстремистов, так и против «фанатичных» аболиционистов, «с колоколом, книгой и свечой» (намек на пуританскую одержимость противников рабства), проповедников «одной идеи»67.

О’Салливен, как и другие «молодые» демократы68, не придавал большого значения проблеме рабства, стремился вообще эту больную тему не поднимать. Представлялось, что можно обойтись некими полумерами. Одним из путей решения проблемы, к примеру, виделись уступка округа Колумбия Виргинии и Мэриленду, дабы не «портить» рабством лицо столицы. О’Салливен, обеспокоенный ростом антирабовладельческого движения на Севере и усилением противоречий внутри Демократической партии по данному вопросу, выдвигал такое предложение и в своем письме Дж. Полку в феврале 1845 г. (реакция президента неизвестна)69.

Впрочем, в это время О’Салливен был охвачен новой идеей – присоединением Кубы к Соединенным Штатам. В октябре 1846 г. в Нью-Йорке состоялось бракосочетание О’Салливена с дочерью нью-йоркского врача, темноволосой красавицей Сьюзен К. Роджерс. Вскоре молодожены отправились в свадебное путешествие на Кубу – незадолго до этого сестра О’Салливена Мэри, вдова, вышла замуж за К. Мадан-и-Мадана, судовладельца, крупного кубинского плантатора (на Кубе он возглавлял «Клуб Гаваны», после эмиграции в США был среди организаторов нью-йоркского «Кубинского совета», выступавшего за аннексию). Меморандум о желательности покупки Кубы, составленный О’Салливеном и направленный им 6 июля 1847 г. государственному секретарю Дж. Бьюкенену, дал толчок в 1848 г. провалившимся переговорам с испанским правительством. 10 мая 1848 г. бывший редактор «Democratic Review» вместе с сенатором Стивеном Дугласом посещали Белый дом, настаивая на приобретении Кубы. Затем 2 июня сам О’Салливен заходил к президенту, убеждая его в том, что среди многих богатых и влиятельных плантаторов острова готовится план подготовки восстания на Кубе с целью свержения испанских властей70. Аннексию Кубы, по меньшей мере, наивно полагал О’Салливен, будут приветствовать барнбернеры, ибо она даст возможность осуществить контроль над международной торговлей рабами (!); присоединение же к США Канады в качестве свободного штата позволит сохранить равновесие между Севером и Югом.

В дальнейшем О’Салливен оказывал горячую поддержку флибустьерам, чуть не попав в тюрьму за нарушение закона о нейтралитете: в марте 1852 г. в Нью-Йорке состоялся суд (среди защитников О’Салливена был «принц Джон», сын бывшего президента США М. Ван Бюрена) – присяжные не смогли прийти к соглашению, и в конечном итоге обвиняемый был оправдан. Сам О’Салливен был уверен, что его преследуют по политическим соображениям. Своим ближайшим другом, наряду с Готорном и Дорром, он считал Н. Лопеса71.

О’Салливен и многие его друзья усматривали параллель между либеральными движениями в Старом Свете и борьбой против «тирании» Испании в Западном полушарии.

Самого О’Салливена в конце 1840-х гг. ассоциировали с «барнбернерами» («поджигателами амбаров») – фракцией радикальных нью-йоркских демократов, приверженцев М. Ван Бюрена. На конвенте Демократической партии в Балтиморе в 1848 г. они отказались поддержать кандидатуру сенатора от штата Мичиган (1845–1848) Л. Касса и, объединившись позднее с рядом вигов – противников рабства – и аболиционистов, выдвинули кандидатом в президенты от партии фрисойлеров Ван Бюрена. Большая часть фрисойлеров разделяла идею нераспространения рабства на новые территории, сформулированную в знаменитой поправке Уилмота72. Значительное место в их идеологии, как в дальнейшем и в воззрениях республиканцев, занимала концепция «свободного труда»73.

Сложно с достоверностью говорить о том, насколько в это время приверженность О’Салливена Ван Бюрену определялась позицией бывшего редактора по вопросу о рабстве. Судя по всему, все-таки решающими были другие соображения; акцент на антирабовладельческий пафос О’Салливена представляется не совсем уместным. Понятно также, что он не был поборником идеи «свободного труда», превосходства северного общества над южным. О’Салливен вскоре возвратился в ряды Демократической партии. В 1852 г. он поддержал кандидатуру Ф. Пирса и снова, после избрания последнего президентом США, имел возможность посещать Белый дом74. В своей статье «Долг Севера в отношении Небраски» в официальном органе администрации газете «Washington Union» (10 марта 1854 г.) он горячо защищал билль Канзас–Небраска С. Дугласа. О’Салливен высказывался против фрисойлеров и поправки Уилмота. Ее проведение в жизнь на федеральном уровне, подчеркивал он, приведет к ограничению системы рабства уже существующей территорией, против чего он возражал. Возможность отмены рабства даже не допускалась.

В дальнейшем в своей автобиографии бывший редактор отзывался о «восстании барнбернеров» как о «горестной ошибке» и характеризовал партию фрисойлеров как «странный и неестественный союз». Он был порожден скорее внутрипартийными разногласиями: «молодые» демократы боготворили губернатора Нью-Йорка (1845–1846) С. Райта, «этого Катона демократии», и испытывали неприязнь к Кассу. Противники Ван-Бюрена, по мнению О’Салливена, на перевыборах нью-йоркского губернатора в 1846 г. провалили кандидатуру Райта (вскоре, в 1847 г., он умер) с целью избрания Касса кандидатом в президенты в 1848 г.; действия «барнбернеров» явились своеобразной «местью» «ханкерам»75.

После завершения дипломатической миссии в Лиссабоне О’Салливен, испытывавший значительные финансовые трудности, в 1860 г. на непродолжительное время возвратился в Соединенные Штаты, однако затем снова отправился в Европу, где, возможно, являлся позднее агентом Конфедерации в годы Гражданской войны.

В 1862 г. в письме бывшему президенту Ф. Пирсу, опубликованному в Лондоне в виде брошюры, О’Салливен признавал ошибки как Севера, так и Юга. В числе причин, приведших США к Гражданской войне, он снова, как и ранее в «Democratic Review», называл недостатки американской политической системы – практику «погони за должностями», длительный срок президентства и т.п., а также действия лидеров Республиканской партии (А. Линкольну он выражал недоверие). Конечно, ни о каком освобождении рабов и речи не шло76.

Позднего О’Салливена нередко противопоставляют его ранним годам, делается акцент на его эволюцию от «идеалиста-реформатора», поклонника «романтической демократии» 1840-х гг. к «реакционеру», выразителю идей расового превосходства 1850–1860-х гг.77. Представляется все же более правомерным говорить об определенной преемственности взглядов «графа Бэрхейвена» на проблему рабства, что в конечном итоге привело его в ряды сторонников Конфедерации и обусловило некий трагизм последних лет его жизни. Расовые же предубеждения были свойственны О’Салливену, как и многим другим его современникам, и в 1840-е, и в 1850-е годы. Он постоянно отделял себя от аболиционистов и претендовал на то, чтобы по вопросу об «особом институте» занимать «политику середины». Однако после компромисса 1850 г. это было уже невозможно – даже молчание по теме рабства по существу означало поддержку южан. Изменилась сама страна, а бывший блестящий редактор «Democratic Review» не смог увидеть масштабность перемен, того, что данная проблема вышла в центр американской общественно-политической жизни.

Устремления и взгляды «Молодой Америки» в середине 1840-х гг., чьим печатным органом являлся «Democratic Review» О’Салливена, думается, опровергают довод о «традиционализме» джексоновских демократов.

В конце 1830-х – начале 1840-х гг. журнал иногда демонстрировал некоторую приверженность риторике классического республиканизма. Но, собственно, принцип «минимального правительства», который отстаивал «Democratic Review», акцент публицистов журнала на свободу предпринимательской деятельности, на права человека, культ образа «self-made man», защита частной собственности (редактор высказывался против радикальных изменений общественных институтов) – идеи классического либерализма. Как и другие «молодые» демократы, О’Салливен, провозглашавший принцип «наибольшего счастья наибольшего количества людей», испытывал определенное влияние утилитаризма78, в частности идей английского философа, теоретика права Дж. Бентама и экономиста, мыслителя Дж.С. Милля.

Редактор «Democratic Review» ратовал за отмену смертной казни, за судебную реформу, отказ от системы «дележа добычи», был противником дуэлей. На страницах журнала публиковались статьи некоторых поборников новых реформаторских движений, произведения знаменитых в будущем писателей, поэтов, философов. Большое значение придавалось молодости, новизне, прогрессу. О’Салливен отстаивал необходимость представления федеральных субсидий на строительство канала, соединяющего Атлантический и Тихий океаны.

Несмотря на выпады против монополий, привилегий, «капиталистов», журналист, конечно же, реально был далек от народа. Он был связан с предпринимателями, банкирами, судовладельцами; его постоянно влекли различные бизнес-проекты. В декабре 1846 г. Готорн с иронией отзывался об очередном «вздорном» увлечении О’Салливена – на сей раз планом строительства сухих доков. Позднее писатель потерял тысячи долларов, вложенные другом в испанские медные рудники. В начале 1850-х гг. бывший редактор входил в руководящий состав «Broadway Railway Association», лоббируя в легислатуре штата Нью-Йорк интересы этой компании.

Исследователи справедливо указывают на некую авантюристичность О’Салливена, склонность оказываться вовлеченным в дела, обреченные на неудачу. Девизом его семьи было: «modestia victrix», что можно перевести как: «победа посредством умеренности»79. Соответствовало ли это самой натуре О’Салливена? Видимо, деньги искушали его. Довольно трудно объяснить причины продажи им своих акций в журнале и его ухода из мира журналистики в мае 1846 г. Р. Сэмпсон выдвигает и, представляется, небезосновательно, предположение: а не прельстила ли бывшего редактора власть и надежда заработать большое состояние? Как бы там ни было, годы издания «Democratic Review» и, в особенности, середина 1840-х гг., явились наиболее счастливым периодом жизни О’Салливена, но, увы, тогда он это еще не осознавал.

Примечания

1 Он являлся поверенным в делах Соединенных Штатов в Лиссабоне в 1854 г., американским посланником в Португалии в 1854–1858 гг.

2 О’Салливен умер в 1895 г.

3 Sampson R.D. John L. O’Sullivan and His Times. L., 2003; Widmer E.L. Young America. The Flowering of Democracy in New York City. N.Y., 1999; Eyal Y. The Young America Movement and the Transformation of the Democratic Party, 1828–1861. Cambridge, 2007.

4 Журнал издавался в 1837–1840 гг. в Вашингтоне О’Салливеном совместно с С. Лэнгтри, с 1841 г. – О’Салливеном в Нью-Йорке. Материалы журнала доступны в Интернете: http://cdl.library.cornell.edu/moa/browse.journals/usde.html

5 Sampson R.D. Op. cit. P. 173.

6 Hawthorne H. The Letters, 1843–1853 / Ed. by Th. Woodson, L.N. Smith, N.H. Pearson. Columbus, 1985. P. 56–58, 617, 644; Hawthorne J. Nathaniel Hawthorne and His Wife: In 2 vols. Vol. 1. Boston, 1884. P. 160; Richards L.E., Elliott M.H. Julia Ward Howe, 1819–1910: In 2 vols. Vol. 2. Boston, 1916. P. 319–320.

7 Longfellow H.W. The Letters of Henry Wadsworth Longfellow / Ed. by A. Hilen: In 6 vols. Vol. 2. Cambridge, 1966. P. 162–163; Thoreau H.D. The Correspondence of Henry David Thoreau / Ed. by W. Harding, C. Bode. N.Y., 1958. P. 77, 130, 139.

8 Готорн Н. Избранные произведения: в 2 т. Т. 2. Л., 1982. С. 298, 494.

9 Лэнгтри эмигрировал из Ирландии в 1832 г. и был мужем его младшей сестры Мэри.

10 Schlesinger A.M., Jr. The Age of Jackson. Boston, 1945. P. 371–373; Sampson R.D. Op. cit. P. 6-7, 24-26; Widmer E.L. Op. cit. P. 32-36.

11 Democratic Review (далее – DR). Oct. 1837. Vol. 1. N 1. P. 1-8.

12 См. напр.: Болховитинов Н.Н. США: проблемы истории и современная историография. М., 1980. С. 253–281; История США: В 4 т. Т. 1. М., 1983. С. 319–323; Романова Н.Х. Реформы Э. Джексона 1829–1837. М., 1988; Дубовицкий Г.А. Шесть портретов: Из истории США I пол. XIX в. Самара, 1994; Власова М.А. Эндрю Джексон и особенности эволюции американского либерализма 1830–1840-х годов // Проблемы американистики. Вып. 10. М., 1997. С. 57–73; Согрин В.В. Президенты и демократия. Американский опыт. М, 1998; Его же. Политическая история США. М., 2001. С. 100–130; Его же. Джексоновская демократия: социально–политическая характеристика // Русское открытие Америки. М., 2002. С.129–137; Алентьева Т.В. Образ Эндрю Джексона в американском общественном мнении // Americana. Вып. 8. Волгоград, 2006. С. 44–57; Ее же. Пропаганда и манипуляция общественным мнением в период «джексоновской демократии» // Американский ежегодник, 2005. М., 2007. С. 90–105; и др.

13 Meyers M. The Jacksonian Persuasion Politics and Belief. Stanford, 1957. P. 209; Ashworth J. “Agrarians” and “Aristocrats”: Party Political Ideology in the United States, 1837–1846. L., 1983. P. 27, 34; Kohl L.F. The Politics of Individualism: Parties and the American Character in the Jacksonian Era. N.Y., 1989. P. 6, 15–16, 27–28, 62, 226–227; о влиянии идеологии классического республиканизма в США см., напр.: Филимонова М.А. Классический республиканизм в Американской и Французской революциях конца XVIII века // Новая и новейшая история. 2004. № 1. С. 47–64; Baker J. Affairs of Party. The Political Culture of Northern Democrats in the Mid-Nineteenth Century. Ithaca-L., 1983. P. 143–175; Watson H.L. Liberty and Power: The Politics of Jacksonian America. N.Y., 1990. P. 42–72.

14 Ковалев Ю.В. «Молодая Америка». Л., 197 1; Его же. От «Шпиона» до «Шарлатана»: Статьи, очерки, заметки по истории американского романтизма. СПб., 2003. С. 233–237; Николюкин А.Н. Вступит. ст. // Эстетика американского романтизма. М., 1977. С. 13–15 и др.

15 Э. Дайкинк и братья Мелвилл, были, по-видимому, знакомы с О’Салливеном еще по Колумбийскому колледжу – будущий редактор мог являться их преподавателем. См.: Widmer E. L. Op. cit. P. 33.

16 DR. Febr. 1842. Vol. 10. N 44. P. 115–119; Oct. 1838. Vol. 3. N 10. P. 99–100, 109–111.

17 O’Sullivan J.L. Report in Favor of the Abolition of the Punishment of Death by Law, Made to the Legislature of the State of New York. Apr. 14. 1841. N.Y., 1841 //http://www.archive.org/stream

18 Cheever G.B., O’Sullivan J.L. Capital Punishment. N.Y., 1843 // http://www.archive.org/stream; DR. March 1843. Vol. 12. N 57. P. 227–236; Bigelow J. William Cullen Bryant. Boston; N.Y., 1890. P. 338.

19 DR. Aug. 1846. Vol. 19. N 98. P. 129–139; Apr. 1844. Vol. 14. N 70. P. 347–350 etc. Борьба за судебную реформу в штате Нью-Йорк связана с именем сторонника «Молодой Америки» Д. Филда; перу последнего принадлежат многие статьи в журнале (в дальнейшем Филд стал преуспевающим адвокатом, защищал небезызвестного лидера Таммани-холл «босса Твида»). См. подр.: Widmer E.L. Op. cit. P. 155–184.
20 DR. Nov. 1841. Vol. 9. N 41. P. 414–416; Febr. 1842. Vol. 10. N 44. P. 114–115 etc.

21 Poore B. Perley’s Reminiscences of Sixty Years in the National Metropolis. Philadelphia, 2007 // http://www.gutenberg.org/etext/20290; Bridge H. Personal Recollections of Nathaniel Hawthorne. N.Y., 1893. P. 17–22; Pasley J.L. Minnows, Spies, and Aristocrats: The Social Crisis of Congress in the Age of Martin Van Buren // Journal of the Early Republic. Winter 2007. Vol. 27. P. 632–649.

22 DR. Sept. 1838. Vol. 3. N 9. P. 69–75; March 1838. Vol. 1. N 4. P. 493–506; May 1842. Vol. 10. N 47. P. 482–487; Sept. 1842. Vol. 11. N 51. P. 311 etc.; Hawthorne N. Op. cit. P. 264–265, 272.

23 DR. Sept. 1845. Vol. 17. N 87. P. 163–172; Jan. 1843. Vol. 12. N 55. P. 96–97; Apr. 1845. Vol. 16. N 82. P. 315–318.

24 DR. May 1844. Vol. 14. N 71. P. 477–483; Aug. 1839. Vol. 6. N 20. P. 129–132, 136.

25 DR. Jan. 1842. Vol. 10. N 43. P. 30; Febr. 1842. Vol. 10. N 44. P. 167–181; Apr. 1842. Vol. 10. N 46. P. 321–336; June 1842. Vol. 10. N 48. P. 560–580; Sept. 1842. Vol. 11. N 51. P. 302–304.

26 См. напр.: DR. Dec. 1847. Vol. 21. N 114. P. 562.

27 DR. Jan. 1843. Vol. 12. N 45. P. 79–93; Dec. 1841. Vol. 9. N 42. P. 515–527.

28 DR. 1837. Vol. 1. N 1. P. 10–15; Oct. 1843. Vol. 13. N 64. P. 415; Aug. 1844. Vol. 15. N 74. P. 191–194 etc.; Ковалев Ю.В. «Молодая Америка». С. 10; Longfellow H. Op. cit. P. 162.

29 DR. March 1844. Vol. 14. N 69. P. 267–268; Sept. 1845. Vol. 17. N 87. P. 220 etc.

30 DR. Nov. 1842. Vol. 11. N 53. P. 475–480; May 1845. Vol. 16. N 83. P. 492–494.

31 См.: Мифы и реалии американской истории в периодике XVIII–XX вв. / Отв. ред. В.А. Коленеко. Т. 1. М., 2008. С. 136.

32 DR. July 1843. Vol. 13. N 61. P. 89–96.

33 DR. Sept. 1844. Vol. 15. N 75. P. 241, 247–248; Jan. 1845. Vol. 16. N 79. P. 59–61.

34 DR. June 1845. Vol. 16. N 84. P. 574.

35 DR. Nov. 1838. Vol. 3. N 11. P. 253, 258, 264–268.

36 DR. Aug. 1843. Vol. 13. N 62. P. 196, 205; June 1847. Vol. 20. N 108. P. 568–569.

37 Forrest E. Oration Delivered at the Democratic Republican Celebration of the Sixty-Second Anniversary of the Independence of the United States in the City of New-York. Fourth July, 1838. N.Y., 1838. P. 23.

38 DR. Sept. 1838. Vol. 3. N 9. P. 54–57; Apr. 1845. Vol. 16. N 82. P. 385–387, 411.

39 DR. Sept. 1841. Vol. 9. N 39. P. 260–276; Nov. 1841. Vol. 9. N 41. P. 438–445; Aug. 1844. Vol. 15. N 74. P. 204–211; Jan. 1846. Vol. 18. N 91. P. 47–56; July 1846. Vol. 19. N 97. P. 25–29 etc.

40 DR. Febr. 1845. Vol. 16. N 80. P. 119; Aug. 1844. Vol. 15. N 74. P. 204.

41 New York Times. June. 17. 1852; Eyal Y. Op. cit. P. 135; Sampson R.D. Op. cit. P. 219.

42 Lipset S.M. American Exceptionalism Reaffirmed // Is America Different? A New Look at American Exceptionalism. Oxford, 1991; Idem. American Exceptionalism A Double-Edged Sword. N.Y.-L., 1996.

43 Токвиль А. де. Демократия в Америке. М., 1992; Харц Л. Либеральная традиция в Америке. М., 1993; Ряд современных историков оспаривает созданный Тернером «миф» об американском Западе. См. напр.: Nordholt J.W.S. The Turner Thesis Revisited // Reflections on American Exceptionalism. Staffordshire, 1994. P. 9–18.

44 Болховитинов Н.Н. Указ. соч. С. 150–152, 275–280; Пессен Э. Миф о бревенчатой хижине. Социальное происхождение американских президентов. М., 1987; Исаев С.А. Алексис Токвиль и Америка его времени. СПб., 1993. С. 45–56; Wilentz S. Chants Democratic New York City and the Rise of the American Working Class, 1788–1850. N.Y., 1984; American Exceptionalism in a New Light: A Comparison of Intergenerational Earnings Mobility in the Nordic Countries, the United Kingdom and the United States // http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=878675.
45 Cм. напр.: Pourquoi n’y a-t-il pas de socialisme aux États-Unis? // Why Is There No Socialism in the United States? / Ed. by J. Heffer and J.-P. Rovet. Paris, 1988; Tyrrell I. American Exceptionalism in an Age of International History // American Historical Review/ Oct. 1991. Vol. 96. N 4. P. 1031–1055; Glickstein J.A. American Exceptionalism American Anxiety: Wages, Competition and Degraded Labor in the Antebellum United States. Charlottesville-L., 2002.

46 DR. Febr. 1845. Vol. 16. N 80. P. 112–116; Jan. 1843. Vol. 12. N 55. P. 5; Jan. 1844. Vol. 14. N 67. P. 30–33; Sept. 1842. Vol. 11. N 51. P. 260–272; Oct. 1845. Vol. 17. N 88. P. 265.

47 Historical Statistics of the United States Colonial Times to 1970. Pt. 1. Washington, 1975. P. 16, 32.

48 DR. May 1845. Vol. 16. N 83. P. 495; June 1844. Vol. 14. N 72. P. 634–637.

49 DR. Oct. 1837. Vol. 1. N 1. P. 9. 14; Nov. 1839. Vol. 6. N 23. P. 426–427 etc.

50 См.: Потокова Н.В. Аннексия Техаса Соединенными Штатами Америки 1821–1845. Р н/Д, 1986; Троицкая Л.М. Англо-американские отношения и орегонская проблема (1815–1846) // История внешней политики и дипломатии США 1775–1877 / Отв. ред. Н.Н. Болховитинов. М., 1994. С. 194–199; Ярыгин А.А. Дж. Полк и политическая борьба в демократической партии США в 1830–1844 гг. // Политика и культура стран Европы и Америки. Ч. 1. Йошкар-Ола, 1994. С. 114–115; Миньяр-Белоручев К.В. Реформы и экспансия в политике США. М., 2005. С. 108–146; и др.

51 DR. July–Aug. 1845. Vol. 17. N 85–86. P. 5; Словарь американской истории с колониальных времен до первой мировой войны / Отв. ред. А.А. Фурсенко. СПб., 1997. С. 482.

52 Merk F., Merk L.B. The Monroe Doctrine and American Expansionism 1843–1849. N.Y., 1966. P. 75–78; Hietala T.R. Manifest Design Anxious Aggrandizement in Late Jacksonian America. Ithaca; L., 1985. P. 234, 237.

53 Congressional Globe. 29th Congress. 1st Session. Appendix. P. 99.

54 См.: Hudson L.S. Mistress of Manifest Destiny: A Biography of Jane McManus Storm Cazneau, 1807–1878. Austin, 2001.

55 Sampson R.D. Op. cit. P. 244–245.

56 Pratt J.W. The Origin of “Manifest Destiny” // American Historical Review. July 1927. Vol. 32. N 4. P. 795–798; Weinberg A.K. Manifest Destiny A Study of Nationalist Expansionism in American History. Chicago, 1935; Merk F., Merk L.B. Manifest Destiny and Mission in American History: A Reinterpretation. N.Y., 1963.

57 См.: Дементьев И.П. Идейная борьба в США по вопросам экспансии (на рубеже XIX– XX вв.). М., 1973. С.16–19, 50–54; История США. Т. 1. С. 343–344; Алентьева Т.В. Война США с Мексикой в 1846-1848 и американское общественное мнение // Вопросы истории. 2006. №8. С. 116-128 и
др.

58 Widmer E. Op. cit. P. 11–12, 138, 216–217, etc.; Greenberg A.S. Manifest Manhood and the Antebellum American Empire. Cambridge, 2005. P. 11–13; Stephanson A. Manifest Destiny: American Expansionism and the Empire of Right. N.Y., 1995. P. 39–48; etc.

59 Цит. по: Widmer E.L. Op. cit. P. 21; http://www.latinamericanstudies.org/academic/khs-05.pdf.

60 Sampson R.D. Op. cit. P. 201–204; Eyal Y. Op. cit. P. 130–131; Hietala T.R. Op. cit. P. 255.

61 DR. Apr. 1844. Vol. 14. N 70. P. 423–424, 430; Oct. 1845. Vol. 17. N 88. P. 243–244, 247–248.

62 Sampson R.D. Op. cit. P. 203; Horsman R. Op. cit. P. 219.

63 DR. Oct. 1845. Vol. 17. N 88. P. 245; Jan. 1846. Vol. 18. N 91. P. 58 etc.

64 DR. Sept. 1841. Vol. 9. N 39. P. 261.

65 См.: Кислова А.А. Религия и церковь в общественно-политической жизни США. М., 1989. С. 154–157.

66 Sampson R.D. Op. cit. P. 171–172, 190–191, 247.

67 DR. Oct. 1846. Vol. 19. N 100. P. 254; Apr. 1844. Vol. 14. N 70. P. 424, 429; etc.

68 Wilentz S. The Rise of American Democracy: Jefferson to Lincoln. N.Y.-L., 2005. P. 563.

69 DR. Jan. 1845. Vol. 16. N 79. P. 9; Sampson R.D. Op. cit. P. 179.

70 Polk J.K. The Diary of James K. Polk During his Presidency, 1845 to 1849 / Ed. by M.M. Quaife: In 4 vols. Vol. 3. Chicago, 1910.

71 Ларин Е.А. Какому флагу служил генерал Нарсисо Лопес? // Новая и новейшая история. 1980. № 4; Rauch B. American Interest in Cuba: 1848–1855. N.Y., 1948. P. 50–73; Chaffin T. “Sons of Washington”: Narciso López, Filibustering, and U.S. Nationalism, 1848–1851 // Journal of the Early Republic. Spring 1995. Vol. 15. N 1. P. 79–108.

72 В августе 1846 г. конгрессмен-демократ из Пенсильвании Д. Уилмот внес поправку, которая предлагала запретить рабство на территориях, которые могут быть отторгнуты от Мексики в результате войны.

73 Blue F.J. The Free Soilers Third Party Politics 1848–1854. Urbana, 1973; Foner E. Free Soil, Free Labor, Free Men: The Ideology of the Republican Party Before the Civil War. L., 1978; Ginsberg J.B. Barnburners, Free Soilers, and the New York Republican Party // New York History. Oct. 1976. Vol. 57. N 4. P. 475–500.

74 Nichols R.F. The Democratic Machine 1850–1854. N.Y., 1967. P. 202.

75 O’Sullivan J.L. Nelson Jarvis Waterbury. A Biographical Sketch. N.Y., 1880. P. 10–124; Sampson R.D. John L. O’Sullivan and the Tragedy of Radical Jacksonian Thought // Politics and Culture of the Civil War Era: Essays in Honor of Robert W. Johannsen. Selinsgrove (Pa.), 2006. P. 63–65.

76 O’Sullivan J.L. Union, Disunion, and Reunion : A Letter to General Franklin Pierce, Ex-President of the United States. L., 1862.

77 Sampson R.D. John L. O’Sullivan and the Tragedy… P. 54–57, 66–67.

78 Winger S. Lincoln, Religion, and Romantic Cultural Politics. DeKalb, 2003. P. 81–82.

79 Hawthorne N. The Letters. P. 188, 195.

Текст: © 2009 М.М. Сиротинская
Опубликовано: Американистика: Актуальные подходы и современные исследования: межвуз. сб. науч. тр. Вып. 2: Памяти академика Н.Н. Болховитинова / под ред. Т.В. Алентьевой. – Курск: Курск. гос. ун-т, 2009. C. 94-121.
Статья предоставлена Т.В. Алентьевой

Сиротинская М.М. «Джон Луи О’Салливен: парадоксы судьбы»

Джон О’Салливан (О’Салливен) — американский журналист и дипломат, активный пропагандист и участник американской территориальной экспансии.