Джеймс Полк — Инаугурационная речь, 1845

James Knox Polk «Inaugural Address, 1845»

4 марта 1845г.

Сограждане!

Без моего назойливого ходатайства я был избран свободным и сознательным голосованием моих соотечественников на самую почетную и самую ответственную должность на Земле. Я чувствую глубокую благодарность за оказанное мне доверие. Удостоенный такой высокой чести в возрасте более молодом, чем кто-то другой из моих предшественников, я не могу скрыть той боязни, с которой начинаю выполнять свои официальные полномочия.

Если даже более взрослые и более опытные мужи, которые занимали должность Президента Соединенных Штатов еще в детском возрасте нашей республики, сомневались в своей способности исполнять обязанности такой высокой важности, то какими же тогда должны быть чувства человека, намного младшего и менее одаренного, теперь, когда наши владения простираются от океана до океана, когда наш народ так сильно вырос в своем количестве, и в то время, когда преобладает такое разнообразие мыслей в отношении политических принципов, которые должны характеризовать работу нашего правительства? Понятно, что ощущаю нескрываемый страх и глубокий трепет, так как речь идет о возложении на меня обязанностей, от которых могут зависеть мир и процветание нашей страны, а в какой-то мере — и ожидания, и счастье всей семьи народов мира.

Принимая на себя столь большую ответственность, я искренне прошу помощи Всемогущего Правителя Вселенной, в чьих руках пребывает судьба стран и народов, чтобы Он оберегал эту благословенную Небесами землю от бедствий которые без Его руководства могут возникнуть из-за неразумной государственной политики. Твердо полагаясь на Всемогущего в том, чтобы Он мудро поддерживал меня и направлял на том пути, идти по которому меня назначил народны выбор, я стою теперь перед огромной массой собравшихся здесь своих соотечественников, чтобы взять на себя торжественное обязательство «всеми своим силами и способностями сохранять, оберегать и защищать Конституцию Соединенных Штатов».

Краткий перечень принципов, которых я буду придерживаться, руководя правительством, не только соответствует тем примерам, которые мне преподнесли мои предшественники, но еще и будет очень уместен в нынешней ситуации.

Так просто написана сама Конституция, которая является гарантией целостности нашего федеративного образования, плодом уступок и компромиссов, которая связывает воедино узами мира и единства эту большую и все более увеличивающуюся семью свободных и независимых штатов, будет той картой, которая определит направление моей деятельности.

Первейшим моим принципом будет руководить правительством в истинно духе этого орудия и брать на себя только четко гарантированные полномочия,  которые недвусмысленно вытекают из положений Конституции. Правительств Соединенных Штатов — это правительство делегированных и ограниченных полномочий, и именно посредством строгого соблюдения четко гарантированны полномочий и неприсвоения сомнительных, несанкционированных и прямо несформулированных полномочий мы сможем обеспечить надежную гарантию от повторения тех достойных сожаления коллизий между федеральными властям и властями штатов, которые время от времени так сильно нарушали гармонию нашей системы и даже угрожали существованию нашего славного Союза.

«Штатам — каждому в отдельности — или народу» были даны «полномочия не делегированные Соединенным Штатам Конституцией и не запрещенные ею штатам». Каждый имеет полный суверенитет в пределах сферы своих обеспеченных полномочий. Правительство Союза, действуя в сфере делегированной ему власти, также является полным сувереном. Тогда как Центральное правительство должно удерживаться от принятия на себя власти, четко ему не делегированной, штаты тоже должны в равной мере следить за тем, чтобы во время осуществления своих прав они не выходили за пределы вверенных им полномочий. Один из величайших моих предшественников заслуженно придавал большое значение «поддержке правительств штатов во всех их правах как наиболее эффективному способу решения наших внутренних проблем и надежному бастиону против антиреспубликанских  тенденций», а также «сохранению и энергичной поддержке Центрального правительства во всех его полномочиях как залогу нашего мира внутри и безопасности за границей».

Правительству Соединенных Штатов было вверено исключительное право заниматься нашей внешней политикой. Кроме того, оно владеет несколькими общими и всем известными полномочиями. Оно не принуждает штаты к реформам Оно дает индивидам, подлежащим его защите, полную свободу улучшать условия своей жизни, легитимно применяя все свои умственные и физические способности. Правительство является общим защитником всех штатов и каждого по отдельности, защитником каждого человека, который живет на нашей земле, независимо от того, родился он тут или за границей, защитником каждой религиозной общины, которая поклоняется Всевышнему согласно приказам их совести, каждого оттенка мысли и свободных научных исследований, каждого ремесла, специальности и занятия, совместимого с законами штатов. И мы радуемся общему счастью, благосостоянию и прогрессу нашей страны, которые являются подами свободы, а не власти.

Эта достойная восторга и самая мудрая система хорошо отрегулированного демократического самоуправления человеческого сообщества, которую только мог придумать человеческий разум, успешно выдержала испытания в течение более чем половины столетия и, при условии защищенности от узурпации власти Центральным правительством, с одной стороны, и от присвоения штатами непредусмотренных полномочий — с другой, будет существовать, как я искренне надеюсь, еще не одно столетие, передавая блага гражданских и религиозных свобод грядущим поколениям. Достижению этой цели, дорогой сердцу каждого патриота, я посвящу себя с энергичной заботливостью. Моим желанием будет принятие предупредительных мер против мощнейшего источника опасности слаженным иным действиям нашей системы, который заключается в замещении обычного произвола и прихоти главы исполнительной власти или большинства в законодательном департаменте правительства теми полномочиями, которых федеральное правительство лишила Конституция. Согласно теории нашего правления, власть принадлежит большинству, но это право не является своевольным или неограниченным. Этим правом нужно пользоваться, подчиняясь Конституции и в согласии с ней. Одной из великих целей Конституции было сдерживание большинства от угнетения меньшинства или посягательства на его законные права. Меньшинства имеют право апеллировать к Конституции как к защите от такого угнетения.

Чтобы благами свободы, которые обеспечивает наша Конституция, могли одинаково пользоваться и большинство, и меньшинство, глава государства был мудро наделен конкретизированным правом накладывать вето на акты законодательного органа. Это отрицательное полномочие и оно консервативно по своему характеру. Оно на определенное время сдерживает поспешное, непродуманное или антиконституционное законодательство, открывает путь к его пересмотру и передает конфликтные вопросы, которые разделяют законодательную и исполнительную ветви власти, на суд народу. Как и все другие полномочия, оно имеет лазейки к злоупотреблениям. Если же самой Конституцией пользоваться рассудительно и надлежащим образом, то ее можно уберечь от нарушений, а права всех людей сохранить и защитить.

Безграничная ценность нашего федерального Союза ощущается и признает всеми. Эта система объединенных конфедеративных штатов позволяет нашему народу коллективно и индивидуально по-своему стремиться к счастью, и результаты были очень благоприятными. С того времени, как был создан Союз, количество штатов выросло с тринадцати до двадцати восьми, — два из них стали членами Конфедерации за последнюю неделю. Наше население увеличилось о трех до двадцати миллионов. Новые общины и штаты ищут защиты под его эгидой, а огромное количество людей из Старого Света целыми тучами прибывает к нашим берегам, чтобы познать вкус их благ. Под его доброжелательной власть процветают мир и благополучие. Освобожденные от бремени и бедствий войны наша торговля и наши связи распространились по всему миру. Разум, больше не отягощенный необходимостью вести интриги, чтобы воплотить или сдержат чьи-то амбиции, осуществить узурпацию или завоевание, посвящает себя истинным интересам человека, которые состоят в развитии его силы и способностей, также в развитии способности природы служить удовлетворению его потребностей. Гений спокойно может поведать о своих открытиях и изобретениях, а рук человека могут свободно творить все, что придумал его разум, если это не противоречит правам ближнего. Все отличия в рождении или звании были отменены. Всем гражданам, как коренным, так и натурализованным, создаются условия полнейшего равенства. Всем гарантируются одинаковые права и одинаковая защита. Между церковью и государством не существует связи, и всем сектам, а так конфессиям гарантируется абсолютная свобода мысли.

Таковыми являются некоторые блага, обеспечиваемые в нашем счастливо крае федеральным Союзом. Чтобы сохранить эти блага, мы должны беречь наш Союз, и это наш священный долг. Кто посмеет ограничивать достижения свободного ума и свободных рук под защитой нашего славного Союза? Ни одна измена человечества с того времени, как общество приобрело организованные формы, не сравняется по своей жестокости с жестокостью того, кто посмеет поднять руку, чтобы уничтожить наш Союз. Он разрушит самое благородное создание человеческой мудрости, которое защищает и его самого, и его ближних. Он приостановит прогресс свободного правительства и ввергнет свою страну либо в анархию, либо в деспотизм. Он затопчет огонь свободы, который согревает и взбадривает сердца счастливых миллионов и предлагает всем странам на Земле последовать нашему примеру. Если он скажет, что работа нашего правительства ошибочная и плохая, то пускай он помнит, что ничто человеческое не может быть безупречным и что ни при одной другой системе правления, посланной Небесами или придуманной человеком, здравый смысл не имел такого свободного и широкого диапазона действий для исправления недостатков и ошибок. Разве меч деспота оказался более надежным или более безопасным инструментом реформ правительства, чем просвещенный здравый смысл? Неужели он надеется обрести на руинах нашего Союза более счастливую жизнь для наших многочисленных миллионов, чем та, которую они имеют теперь, под его защитой? Каждый, кто любит эту страну, непременно вздрогнет от самой мысли о возможности ее распада и будет готов проникнуться патриотическими чувствами. «Наш федеральный Союз должен быть сохранен». Для его сохранения необходимо с религиозным трепетом придерживаться политики компромиссов, так как лишь дали возможность нашим отцам создать общую Конституцию для управления и защиты такого большого количества штатов и разных общин, таких разных обычаев, интересов и внутренних институтов. Всякая попытка нарушить и разрушить эти компромиссы, которые являются залогом целостности Союза не приведет ни к чему другому, как к крайне разрушительным и катастрофическим последствиям.

Глубоко сожалею, что в некоторых частях нашей страны введенные в заблуждение люди время от времени задумывают заговоры и ведут агитацию, цель которой — уничтожить отечественные институты, существующие в других регионах, — институты, которые существовали во время принятия Конституции и были ею признаны и защищены. Всем должно быть понятно, что если бы эти люди добились успеха в достижении своей цели, то это привело бы к быстрому распаду нашего Союза и дальнейшему уничтожению нашей полезной формы правления.

Я счастлив верить, что во все периоды нашего существования как нации среди огромных масс нашего народа процветала и будет процветать преданность Союзу штатов, которая прикроет и защитит ее от морального предательства каждого, кто по-настоящему захочет ее уничтожить. Для сбережения и укрепления этой преданности нужно не только сохранять компромиссы Конституции, но и разоблачать местечковую зависть и страсти — и все должны помнить, что они члены одной политической семьи с общей судьбой. Для увеличения любви нашего народа к Союзу наши законы должны быть справедливыми. Всякая политика, которая будет склоняться в сторону предоставления преимуществ монополиям ли с лужения узким интересам определенных групп населения либо классов, непременно будет вредить интересам других граждан, поэтому такой политики следует избегать. Если сохранять заложенные в Конституции компромиссы, если разоблачать местечковую зависть и страсти, если законы наши будут справедливыми, а правительство фактически будет работать в пределах вверенных ему властных полномочий, то мы сможем забыть обо всех наших опасениях относительно целостности Союза.

Придерживаясь таких взглядов на суть, характер и цели правительства, а также на ценность нашего Союза, я неизменно буду выступать против тех институтов и систем, которые по своей природе будут сбивать Союз с пути к его законным целям и предпримут попытки сделать из него инструмент групп, классов и индивидуумов. Нам не нужен национальный банк или другие внешние институты, приставленные к правительству, дабы контролировать или усиливать его вопреки воле творцов Союза.

Опыт показал нам, что они не нужны как вспомогательные структуры государственных органов власти, поскольку они не способны на добро, а сеют лишь зло.

Я собирался сделать наше правительство простым и экономным в работе, поэтому считаю своим долгом рекомендовать это Конгрессу и сам как глава государства всеми средствами, находящимися в моей компетенции, буду внедрять самую жесткую экономию затрат государственных средств, чтобы они шли исключительно на удовлетворение общественных потребностей.

В европейских монархиях государственный долг стал едва ли не обязательным государственным институтом. В некоторых из этих монархий на него смотрят как на одну из основных опор действующей власти. Но печален удел того народа, чье правительство можно поддерживать лишь с помощью системы, которая периодически перераспределяет большое богатство, созданное трудом многих, по чемоданам маленькой кучки людей. Такая система несовместима с той целью, ради которой было основано наше республиканское правительство. Будучи результатом проведения мудрой политики, долги, появившиеся во время Войны за независимость и войны 1812 года, были успешно погашены. Нет сомнения, что за счет мудрого распределения государственных доходов, предназначенных для покрытия других безотлагательных затрат, долг, который образовавшегося вследствие неблагоприятных обстоятельств за несколько последних лет можно будет быстро выплатить.

Я поздравляю моих сограждан с полным восстановлением кредитной платежеспособности Центрального правительства и правительств многих штатов. Было бы очень хорошо для многих штатов, если бы они освободились от тех долговых обязательств, которые так неосмотрительно завели. И хотя правительство Союза ни в законодательном, ни в моральном смысле не имеет обязательств относительно выплаты долгов штатов, и было бы нарушением нашего союзного договора брать на себя эти обязательства, мы не можем не быть глубоко заинтересованы в том, чтобы все штаты выполнили свои общественные обязательства и уплатили имеющиеся долги настолько быстро, насколько это позволят им сделать фактические обстоятельства. Думаю, нет оснований сомневаться в том, что они так и поступят, не облагая при этом своих граждан чрезмерным бременем налогов. Моральное здоровье и порядочность людей тех штатов, где возникла задолженность, не могут быть поставлены под сомнение, и мы с радостью приветствуем твердое намерение с их стороны — по мере того как восстанавливается их платежеспособность после периода беспримерных финансовых осложнений — выплатить все имеющиеся долги и согласиться на все разумные мероприятия, направленные на достижение этой цели.

Одна из трудностей, с которыми мы столкнулись в практической работе, состоит в регулировании наших законов о государственных доходах и взыскании налогов для поддержки работы правительства. Кажется, все стороны соглашаются с тем общим предложением, что денег следует собирать не больше, чем это необходимо для экономного управления государственными делами. Нет существенных разногласий и относительно отсутствия у правительства права облагать налогами одну часть страны или какой-либо один слой общества непосредственно в пользу другой части или другого слоя. «Справедливая и мудрая политика запрещает федеральному правительству поощрять одну отрасль промышленности в ущерб другой или же оказывать содействие интересам одной части в ущерб другой части нашей общей страны». Ранее я заявлял своим согражданам, что «обязанность правительства, по моему мнению, заключается в обеспечении — по мере практической необходимости — своим законодательством о государственных доходах и всеми другими средствами, находящимися в его компетенции, равной и справедливой защиты всех основных интересов всего Союза, включая сельское хозяйство, промышленность, ремесла, торговлю и судоходство». Я также заявлял, что моя мысль «благосклонна к дифференцированному тарифу на доходы» и что «благодаря урегулированию деталей такого тарифа я санкционировал такие умеренные дифференцированные пошлины, которые дадут необходимый объем государственных доходов и вместе с тем обеспечат взвешенную и дифференцированную защиту нашей отечественной промышленности», а еще заявлял, что «выступаю против тарифа ради протекции, а не ради дохода».

Наделение правительства полномочием «назначать и собирать налоги, пошлины и акцизы» было необходимым шагом, так как без этого оно не имело бы средств поддерживать свое существование. При применении этого полномочия путем введения дифференцированных пошлин для финансирования потребностей правительства сбор государственного дохода должен быть целью, а протекция — сопутствующим обстоятельством. Если изменить этот принцип на противоположный и сделать протекцию целью, а доход — сопутствующим обстоятельством, то это было бы явной несправедливостью относительно всех других незащищенных интересов. При обложении пошлиной для получения государственного дохода, без сомнения, уместно установить такую дифференциацию в самом принципе получения дохода, которая обеспечит сопутствующую протекцию нашим отечественным интересам. В пределах дохода применяется право на дифференциацию; вне этих границ законное применение этого права уже не допускается. Считается, что сопутствующая протекция, обеспечиваемая нашим отечественным интересам благодаря дифференциации в пределах дохода, будет вполне достаточной. При условии применения такой дифференциации все наши отечественные интересы на практике будут равномерно защищены. Наибольшую часть нашего народа составляют сельскохозяйственные производители. А остальные работают в промышленности, торговле, во флоте и механических ремеслах. Все они делают свое дело, и их общий труд является основой национального либо местного производства. Облагать налогами какую-то отрасль местного производства в пользу другой было бы несправедливо. Никто из представителей ее интересов не может требовать каких-то преимуществ перед другими и обогащаться за счет обнищания других. Все они имеют одинаковое право на содействие, заботу и защиту со стороны правительства. Разумно применяя право на свободу действий при обложении дифференцированной пошлиной в предписанных границах, нужно остерегаться делать это так, чтобы угодить немногочисленным богачам за счет миллионов трудящихся, облагая самым низким налогом предметы роскоши или изделия высшего сорта и высокой стоимости, которые могут потреблять лишь богатые люди, облагая самым низким налогом предметы первой необходимости или же изделия низкого качества и стоимости, которые вынуждена потреблять преобладающая масса нашего народа и бедняки. Финансовое бремя правительства нужно — насколько это практически возможно — распределять справедливо и равномерно среди всех слоев нашего населения. Таковы мои общие взгляды на эту тему. Я придерживаюсь их уже давно и счел сейчас необходимым изложить их еще раз. Это та проблема, вокруг которой борются интересы разных групп населения и представителей разных профессий, поэтому дух взаимных уступок и компромиссов при урегулировании деталей нужно поддерживать в каждом регионе нашей огромной страны, так как он является единственным средством сбережения гармонии и готовности масс идти на компромиссы в том, что касается функционирования налоговых законов. Наши патриотически настроенные граждане с готовностью подчинятся необходимости платить налоги, необходимые для нормальной работы правительства — то ли в мирное время, то ли во время войны, — если их будут собирать таким образом, чтобы обеспечить максимально справедливое распределение налогового бремени среди всего населения.

Республика Техас заявила о своем намерении присоединиться к нашему Союзу, стать частью Конфедерации и пользоваться вместе с нами теми благами свободы, которые гарантирует наша Конституция. Когда-то Техас был частью нашей страны, которую мы неразумно уступили иностранному государству. Теперь он независим и имеет неотъемлемое право распоряжаться либо всей своей территорией, либо ее частью и добавить свой суверенитет к нашему как самостоятельный штат. Я поздравляю нашу страну с тем, что согласно недавнему акту Конгресса Соединенных Штатов было дано согласие нашего правительства на присоединение, и остается только, чтобы две страны согласовали между собой окончательные условия завершения такого важного для обеих сторон дела.

Я считаю вопрос аннексии принадлежащим к компетенции исключительно Соединенных Штатов и Техаса. Они являются независимыми государствами, имеющими право подписывать договоры, а иностранные государства не имеют права вмешиваться в их дела и мешать их объединению. Похоже, иностранным государствам не очень нравится сама природа нашего правительства. Наш Союз — это Конфедерация независимых штатов, политика которых — соблюдение мира между собой и со всей планетой. Расширение границ Конфедерации означает расширение сферы мира на новые территории и новые миллионы людей. Планета не имеет оснований бояться военных амбиций нашего правительства. Поскольку президента и палату представителей Конгресса избирают на короткий срок голосами тех миллионов, которые лично должны принимать на себя бремя и несчастья войны, то наше правительство просто не может не быть мирным. Поэтому иностранные государства должны рассматривать присоединение Техаса к Соединенным Штатам не как территориальное завоевание, осуществленное страной, которая стремится расширить свои владения с помощью оружия и насилия, а как мирное получение территории, которая когда-то ей принадлежала, путем присоединения к Конфедерации еще одного члена с согласия этого члена, что сводит к минимуму возможность возникновения войны и открывает перед ним большие рынки для его продукции.

Воссоединение имеет большое значение для Техаса, поскольку его возьмет под свою опеку сильная рука нашего правительства, а богатые ресурсы его плодородной почвы и благодатного климата получат быстрое развитие. Вдобавок ко всему будет обеспечена защита Нового Орлеана и нашей юго-западной границы от вражеской агрессии, а также защита интересов всего Союза.

На ранних стадиях нашего национального существования кое-кто считал, что наша система конфедеративных штатов не сможет успешно функционировать на большой территории, и потому время от времени выдвигались серьезные возражения против расширения наших границ. Эти возражения вполне искренне озвучивались и во время присоединения Луизианы. Опыт показал, что они были необоснованными. Право многочисленных индейских племен на обширные части нашей территории было отменено, в Союз были приняты новые штаты, созданы новые территории, на которые распространились наша юрисдикция и наши законы. Возрастало наше население, а вместе с ним возрастал и укреплялся наш Союз. Когда наши границы расширились, а по большой приобретенной территории расселились люди, которые занимались сельским хозяйством, наша федеративная система приобрела дополнительную силу и безопасность. Следовательно, возникает вопрос: а не легче ли было бы уничтожить нашу систему, если бы население так и оставалось в относительно узких границах начальных тринадцати штатов и не расселилось, как теперь, на значительно большей территории? Существует твердое убеждение, что нашу систему можно вполне безопасно расширять до крайних территориальных границ, и по мере этого расширения связи нашего Союза не будут ослабевать, наоборот — существенным образом укрепятся.

Нельзя не видеть угрозы нам и будущему миру, если Техас останется независимой республикой или станет союзником либо сателлитом какого-нибудь иностранного государства, более сильного, чем он сам. Есть ли хотя бы один наш гражданин, который не желал бы стабильного и продолжительного мира с Техасом вместо войн, время от времени вспыхивающих между соседними независимыми странами? Есть ли хоть кто-нибудь, кто не желал бы свободных отношений с Техасом вместо высоких пошлин на все наши изделия, которые попадали бы к нему через порты или через сухопутные границы? Есть ли среди нас те, кто не желал бы свободных отношений с его гражданами вместо пограничных ограничений, которые непременно возникали бы, если бы Техас остался за пределами нашего Союза? А то добро или зло, которое содержится в местных институтах Техаса, останется его внутренней проблемой, независимо от того, присоединится он к Конфедерации или нет. Ни один из нынешних штатов не будет ответственным за них больше, чем за внутренние институты других штатов. Они создали конфедеративное объединение ради определенных конкретных целей. Если бы они отказались сформировать вечный союз с Техасом из-за несогласия с его местными институтами, то, исходя из этого принципа, наши предки никогда бы не создали нынешнего Союза. Не усматривая серьезных предостережений против этого шага и вместе с тем видя много оснований для его осуществления, которое будет жизненно важным для мира, безопасности и процветания обеих стран, я, исходя из того широкого принципа, который создал основу нашей Конституции и послужил причиной ее принятия, а не из узкого духа местечковой политики, всеми честными и адекватными конституционными средствами буду оказывать содействие воплощению воли народа и правительства Соединенных Штатов путем присоединения Техаса к нашему Союзу настолько быстро, насколько это позволят сделать практические обстоятельства.

Кроме того, не меньшей моей обязанностью является подтверждение и реализация всеми конституционными средствами права Соединенных Штатов на территорию, которая находится за Скалистыми горами. Наше право на местность Орегон «четкое и недвусмысленное», и уже есть люди, готовые воплотить это право, заселив эту местность вместе со своими женами и детьми. Но восемьдесят лет назад наше население ограничивалось на западе грядой Аллеганских гор. В течение этого периода — фактически на протяжении всей жизни некоторых из тех, кто меня сейчас слушает, — наши люди, количественно достигнувшие многих миллионов, освоили восточную долину Миссисипи, поднялись, смело преодолевая препятствия, к истокам Миссури и уже распространяют блага демократического самоуправления в долинах тех рек, которые впадают в Тихий океан. Мир стал свидетелем мирного триумфа упорства наших эмигрантов. На нас возложена обязанность надлежащим образом защищать их, где бы они ни появились на нашей территории. Юрисдикция наших законов и блага наших республиканских институтов должны распространяться на них даже в тех отдаленных регионах, в которых они решили поселиться. Развитие средств связи легко вовлечет в сферу нашего конфедеративного Союза те штаты, создание которых на той части нашей территории не следует надолго откладывать. А тем временем нужно будет неукоснительно и свято придерживаться обязательств, возложенных на нас договором или простыми соглашениями.

Занимаясь внешней политикой, я всегда буду помнить об особом уважении к правам других стран, а уважение к нашей стране будет предметом моего постоянного внимания. Равная для всех и одинаково требовательная справедливость должна характеризовать наши отношения с иностранными государствами. Мы будем старательно избегать всех альянсов, которые своими тенденциями могут поставить под угрозу благосостояние и честь нашей страны либо будут принуждать пожертвовать хотя бы небольшой частицей национальных интересов, однако мы не будем упускать ни единой возможности развивать дружеское взаимопонимание с иностранными правительствами, благодаря которому мы сможем получить возможность расширять наше судоходство и торговлю, а щедрые плоды нашей плодородной земли и изделия наших ремесленников-умельцев найду т в за граничных странах перспективные рынки с очень выгодными ценами.

При «обеспечении добросовестного соблюдения законов» от всех государственных служащих будет строго требоваться исполнение их обязанностей. Это касается прежде всего тех чиновников, на которых возложена обязанность сбора и распределения государственных доходов, — они должны будут четко и регулярно отчитываться. Любая преступная невозможность отчитаться за вверенные средства или же задержка отчета в течение определенного времени и способом, определенным законом, безусловно повлечет за собой официальное прекращение отношений с правительством провинившегося чиновника.

Хотя в нашей стране глава государства должен почти обязательно избираться от партии и сохранять преданность ее принципам и политике, в своих официальных действиях он должен быть президентом не только от какой-либо партии, но и представлять весь народ Соединенных Штатов. И когда он бесстрастной рукой вводит законы, избегает неприсущих президенту полномочий и добросовестно внедряет в работу исполнительной ветви власти принципы и политику его избирателей, ему не следует забывать, что наши сограждане, которые разошлись с ним в мыслях, имеют право на полное и свободное высказывание своих мыслей и суждений и что права всех нужно уважать и учитывать.

С уверенностью полагаясь на помощь и содействие координационных департаментов правительства во время ведения общественных дел, я берусь исполнять высокие обязанности, вверенные мне народом, и снова смиренно прошу Божественного Творца, который защищал нашу любимую страну, проявлял заботу о ней с детства и до настоящего момента, и дальше милосердно посылать нам свое благословение, чтобы мы и в будущем были обеспеченными и счастливыми людьми.

Опубликовано: Инаугурационные речи Президентов США. Харьков: Folio, 2009. С. 89-99.
OCR: © 2009 Северная Америка. Век девятнадцатый (Заметили опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter)

Джеймс Полк — Инаугурационная речь, 1845

Речь, произнесенная Джеймсом Полком при вступлении в должность президента США
Оригинал и перевод на русский язык.