Русский дипломат П.И. Полетика и его Записка о внутреннем положении и внешней политике США (1820)

Вниманию читателей представлен перевод отрывков из «Мемуара» (Записки) от 12/24 апреля 1820 г., адресованной К.В. Нессельроде чрезвычайным посланником и полномочным министром России в США Петром Ивановичем Полетикой (1778-1849). Его без преувеличения можно считать одним из ведущих дипломатов, сыгравших важную роль в развитии русско-американских отношений в первой четверти XIX в. Кроме того, П.И. Полетика был государственным деятелем и имел тесные дружеские связи со многими выдающимися представителями русской культуры.

Он родился 15 августа (ст. ст.) 1778 г. в г. Василькове (Киевская губерния) в семье надворного советника,1 «медицины доктора при Васильковской карантинной заставе» и турчанки, плененной еще в младенчестве и ставшей набожной христианкой, которая воспитывалась в семье первого доктора императрицы Елизаветы Петровны П.З. Кондоиди.2 Окончил Сухопутный шляхетский кадетский корпус в С.-Петербурге. В 1796 г. как один из лучших воспитанником вступил в императорскую свиту Павла I поручиком по квартирмейстерской части. В 1798 г. П.И. Полетика вышел в отставку и поступил в чине губернского секретаря переводчиком в Коллегию иностранных дел. В 1799 г. он служил в канцелярии вице-канцлера графа Н.П. Кочубея, но в связи с отставкой последнего Полетика вернулся Коллегию иностранных дел.

Зарубежная дипломатическая деятельность его началась в 1801 г. в качестве канцелярского служащего в русской миссии в Стокгольме, однако в 1803 г. он вернулся на родину. Далее служил в канцеляриях русского посланника в Неаполе графа Д.П. Татищева и состоял по дипломатической части при эскадре адмирала Дмитрия Сенявина (январь 1807 — май 1808). П.И. Полетике пришлось принять участие в десанте «при взятии крепости на о. Тенедосе, также в двух морских сражениях с турецким флотом у Дарданелл 10 Майя и у Святой горы 19 Июня 1807 года».3

Первое знакомство П.И. Полетики с Соединенными Штатами состоялось в 1809 г. — его назначили советником русской миссии в Филадельфии. В начале лета 1811 г. его перевели на ту же должность в Рио-де-Жанейро, но он туда не поехал (в феврале 1812 г. возвращен в Россию), а осенью 1812 г. — в Мадрид. Карьера дипломата, пожалованного в 1814 г. в чин статского советника, продолжилась при фельдмаршале Барклае-де-Толли. В 1816 г. П.И. Полетика был переведен в Лондон на должность советника посольства.

Возвращение в США состоялось в качестве чрезвычайного посланника и полномочного министра России (назначен 13 ноября по ст. ст. 1817 г.). В 1818 г. П.И. Полетика был пожалован в действительные статские советники. Дипломат вернулся на родину в 1822 г. Он сыграл важную роль при заключении русско-американской и русско-английской конвенций, соответственно, 1824 и 1825 гг. об урегулировании границы, торговли и мореплавания на Северо-Западе Америки, являясь уполномоченным от Министерства иностранных дел России.

В 1825 г. дипломат назначен членом особого Комитета при МИД, получил чин тайного советника и стал сенатором Правительствующего сената, оставаясь в штате министерства. Публикатор воспоминаний П.И. Полетики, вероятно, Петр Бартенев, предположил, что он не ужился с новым министром иностранных дел графом К.В. Нессельроде, который «повел дела по пути, которому ученик Татищева и графа Семена Воронцова не мог сочувствовать. В Сенате Полетика памятен независимостью своих отзывов и суждений».4

Петр Иванович был знаком с будущим императором Николаем I, когда тот был еще великим князем, и пытался помочь поэту К.Н. Батюшкову получить назначение на должность адъютанта великого князя.5 Вероятно, неслучайно 19 декабря (ст. ст.) 1825 г. П.И. Полетика был по «Высочайшему повелению» отправлен к Штутгартскому двору с известием о вступлении на престол Николая I. В конце 1820-x-1830-е годы император неоднократно выражал свое «благоволение» трудам дипломата в качестве почетного, а затем действительного члена Императорского человеколюбивого общества. П.И. Полетику утвердили в звании президента (1832-1837) Общества поощрения лесного хозяйства, и деятельность на этом поприще тоже высоко ценилась императором.

Нельзя не отметить активную деятельность Полетики в борьбе с эпидемией холеры в Петербурге в 1831 г., за что он заслужил похвалу царя, пожаловавшего Петру Ивановичу золотую табакерку с вензелем государя.6 П.И. Полетика выполнял другие поручения Николая I и обязанности сенатора.

В апреле 1841 г. он был произведен в действительные тайные советники и вышел в отставку 22 декабря (ст. ст.) 1842 г. Важно отметить, что МИД высоко оценило многолетнее служение дипломата и приняло во внимание достигнутые им дипломатические успехи, особенно в бытность его посланником России в США, и за это «Всемилостивейше повелено производить ему из государственного казначейства» пенсион в размере 4 тыс. руб. серебром в год.7 За время службы П.И. Полетика был пожалован несколькими орденами: Св. Владимира 4-й степени (1808), Св. Анны 2-й степени (1815), Св. Анны 1-й степени (1821),8 Св. Владимира 2-й степени (1822), Белого орла (1833), Св. Александра Невского (1834).

Последние годы жизни здоровье Петра Ивановича пошатнулось. Он умер в С.-Петербурге по одним сведениям 26 (ст. ст.), а по другим 28 января (ст. ст.) 1849 г. и похоронен на Волковом кладбище.9 В молодости П.И. Полетика был близок с кружком Н.М. Карамзина, в литературном обществе «Арзамас» (1815-1818) его называли «Очарованным челном». Нельзя не отметить такой факт из биографии дипломата, как дружбу с А.С. Пушкиным, А.О. Смирновой (ур. Россет), В.А. Жуковским, К.Н. Батюшковым, князем П.А. Вяземским, Д.Н. Блудовым и др.10 Н.Н. Болховитинов отмечал: «По своим взглядам Полетика тяготел к либеральным кругам, в связи с чем и заслужил расположение братьев Н.И. и С.И. Тургеневых».11

Очень живо описал внешний облик и характер Петра Ивановича член общества «Арзамас» уже упомянутый Ф.Ф. Вигель по прозвищу «Ивиковый журавль». По его мнению, Полетика «был собою не виден, но умные черты лица и всегда изысканная опрятность делали наружность его довольно приятною. Исполненный честью и прямодушия, он соединял их с тонкостью, свойственною людям его происхождения и роду его; откровенность его, совсем не притворная, была однако ж не без разсчета; он так искусно, шутливо, необидно умел говорить величайшие истины людям сильным, что их самих заставлял улыбаться. Он не имел глубоких познаний, но в делах службы и в разговорах всегда виден был в нем сведующий человек. Не зная вовсе спеси, со всеми был он обходителен, и никто не решился бы забыться перед ним. Всеми был он любим и уважаем…»12

Находясь в США, П.И. Полетика подробно знакомился со страной. В 1810-1811 гг. торговые отношения между Соединенными Штатами и Россией существенно расширились, при этом соблюдались формальности из-за Континентальной блокады. 30 мая/11 июня 1811 г. П.И. Полетика написал для Коллегии иностранных дел России известный «Мемуар» (Записку) о русско-американских отношениях.13 Он рассуждал о различном географическом и политико-экономическом положении России и США. В сложившейся на тот момент международной обстановке дипломат разъяснял особенности отношения заокеанской республики к Европе: «Доныне лишь торговля и мореплавание связывали их с европейской политикой; во всем остальном они [США] являются лишь доброжелательными наблюдателями. Более того, различие политических интересов на- столько велико, что пора, когда начались бедствия Европы, стала для Соединенных Штатов временем, к которому следует отнести начало столь быстрого роста их благоденствия». Благодаря своему географическому положению страна не опасается любого вторжения со стороны государств Старого Света, она окружена малонаселенными территориями, где «влачат жалкое существование лишь отдельные туземные племена, численность которых уменьшается с каждым годом… внешняя безопасность — первая цель всех политических союзов — обеспечена Соединенными Штатами без содействия каких бы то ни было иностранных сил». Кроме того, согласно внутреннему политическому устройству, федеральные власти США не имеют постоянной большой армии, что ограничивает действия центрального правительства, «лишая его возможности активно участвовать в делах Европы… Их [США] политическая система целиком определяется коммерческими интересами, и поскольку в этом отношении они зависят лишь от морских держав Европы, то все внимание американское правительство уделяет именно этим державам, и в первую очередь Франции и Англии».14

В Записке П.И. Полетика подробно рассмотрел развитие прямых русско-американских торговых связей. Он отметил также, что в результате Континентальной блокады США стали «единственной нейтральной нацией», сосредоточившей в своих руках посреднические функции, в том числе и в торговле с Россией. Вместе с тем дипломат не без основания предполагал, что такое положение лишь временно: американцы лишатся части своих посреднических преимуществ по мере умиротворения в Европе, восстановления нормального морского судоходства и русско-английского сближения.

Однако в создавшейся обстановке к концу первого десятилетия XIX в. П.И. Полетика советовал всячески содействовать любым формам торговых связей между США и Россией. Он полагал, что с этой целью «представляется очевидным, что учреждение ряда российских консульств в Соединенных Штатах более полезно, нежели учреждение дипломатической миссии. Можно даже сказать, что консульства необходимы, хотя бы лишь для выдачи документов» для захода иностранных судов в русские порты.15

Может показаться, что Записка от 30 мая/11 июня 1811 г. П.И. Полетики цитируется излишне подробно, но, думается, важно проследить, в чем наблюдения 1811 г. повторяют или противоречат рассуждениям дипломата в 1820 г., когда международная обстановка в Европе и по другую сторону Атлантики изменилась: завершилась эпоха наполеоновских войн и Венский конгресс (1815) положил начало складыванию новой расстановки сил в Европе, крупнейшие европейские державы (Россия, Пруссия, Австрия) создали охранительный легитимистский Священный Союз, прекратилась англо-американская война 1812-1814 гг., развернулась борьба за независимость в Латинской Америке и т.д.

Прибыв весной 1819 г. в США в ранге посланника, П.И. Полетика должен был следовать данным ему инструкциям, в которых высказывалось желание русского правительства предложить заокеанской республике, учитывая уроки англо-американской войны 1812-1814 гг., выйти из добровольной изоляции и присоединиться к Священному Союзу.16 В силу ряда причин, и прежде всего из-за кардинального различия политического устройства, Соединенные Штаты остались верными себе, разделив мир на американскую и европейскую системы, и отказались от подобного предложения, продолжая в отношении европейских держав политику невмешательства в дела Европы, провозглашенную еще в «Прощальном обращении» президента Дж. Вашингтона. Не связывая себя какими-либо союзными обязательствами, США стремились исходить из собственных интересов и сохранить свободу рук, в частности поддерживая революционные и освободительные движения на юге Европы и в Испанской Америке. Но если в первом случае речь шла в основном о моральной поддержке или помощи частных лиц, то на Американском континенте Соединенные Штаты претендовали на ведущую роль в признании независимости новых государств.

В начале 1820-х годов формировалась внешнеполитическая так называемая доктрина Монро,17 озвученная президентом Дж. Монро в ежегодном послании Конгрессу США от 2 декабря 1823 г. Помимо упомянутого выше принципа невмешательства в ней провозглашался принцип неколонизации: враждебной акцией против США будет считаться любая попытка превратить в колонию независимое государство н Западной полушарии или установить там монархию, но признавались уже существовавшие в Новом Свете владения европейских держав.

П.И. Полетика находился в Соединенных Штатах, когда обострился территориальный вопроса на Северо-Западе Америки, где толкнулись интересы России, США и Великобритании, а также в период установления границы между заокеанской республикой и Испанией, подписавшими 22 февраля 1819 г. договор Адамса — Ониса, согласно которому Флорида отошла к США, граница до Тихого океана прошла по 42° с.ш., а североамериканцы отказались от большей части Центрального и Восточного Техаса.

Как отмечал американский историк Н. Сол, П.И. Полетика, приехавший в США в марте 1819 г., понял, что опоздал и не сможет оказать воздействие на правительство Соединенных Штатов, стремившееся признать независимость некоторых южноамериканских республик. Но при этом посланник предложил помощь в ратификации Мадридом испано-американского договора 1819 г., поскольку, по мнению Н. Сола, для России более приемлемой была аннексия территории испанских владений североамериканцами, нежели превращение этих колоний в независимые государства. Кроме того, историк отмечал, что госсекретарь США Дж. К. Адамс не полностью доверял уверениям П.И. Полетики, узнав от своего представителя во Франции А. Галлатина, будто русский посланник в Испании Д.П. Татищев поддерживал Мадридский двор в намерении не ратифицировать упомянутый договор.18 Подробно изучивший историю русско-американских отношений первой трети XIX в. Н.Н. Болховитинов высоко оценил деятельность П.И. Полетики и пришел к выводу, что «позиция, занятая Россией, сыграла … существенную роль в предотвращении новой насильственной оккупации Флориды и способствовала умиротворению в отношениях между Соединенными Штатами и Испанией».19 В силу ряда обстоятельств последняя была вынуждена ратифицировать договор в 1820 г., а Сенат Конгресса США сделал это 22 февраля 1821 г.

П.И. Полетике пришлось активно защищать интересы России Российско-американской компании (РАК) на Северо-Западе Америки. С самого начала пребывания в Соединенных Штатах послании был удивлен мощной экспансией североамериканцев на Запад и перспективой расширения территории страны до Тихого океана. Он за метил также повышение интереса «в торговых кругах» к русским поселениям на Северо-Западе, особенно усилившегося после заключения испано-американского договора 1819 г., что неоднократно проявлялось в беседах П.И. Полетики с гражданами США. О был вынужден демонстрировать свои дипломатические способности и на вопрос, «что русские намерены предпринять на северо-запад ном побережье Америки… учитывая простодушие, с каким о [американцы] спрашивали меня, с улыбкой отвечал, что, как ни сл бы наши права на поселение в Америке, они во всяком случае сильнее прав Соединенных Штатов, ибо восходят к временам, предшествовавшим появлению этой страны на свет в качестве государств. Однако, после того как в конце января 1821 г. специальная комиссия Конгресса США представила доклад о возможности занятия Соединенными Штатами территории в устье р. Колумбии, П.И. Полетика был вынужден обратить самое серьезное внимание русского правительства на такие требования и рекомендовал уведомить РАК с тем чтобы компания «могла заранее принять все диктуемые ей благоразумием меры предосторожности против конкуренции, которая не замедлит стать сильной и даже опасной…»20

4/16 сентября 1821 г. был провозглашен указ Александра I о запрете иностранным судам подходить к побережью русских владений в Америке на расстояние ближе 100 итальянских миль, чтобы оградить эти территории от контрабандистов, в первую очередь «бостонских корабельщиков», обменивавших у индейцев пушнину на различные товары, в том числе ружья и порох, подстрекавших туземцев на враждебные действия против служащих РАК. Этот шаг русского правительства был встречен в США резко негативно, и именно П.И. Полетике поручалось объяснить американским властям, что император желал укрепления дружественных отношений с Соединенными Штатами, и обосновать права России на территории севернее 51° с.ш., что он и сделал в феврале 1822 г.21 Однако миссия Петра Ивановича в Вашингтоне завершилась, и дискуссия по данному вопросу переместилась в С.-Петербург.

П.И. Полетика сыграл важную роль в развитии не только сугубо дипломатических русско-американских отношений, но также научных и культурных связей. Обобщив свои наблюдения, он написал на французском языке книгу о самых разных сторонах жизни США, которая была издана под псевдонимом «Русский» в 1826 г. сначала в Лондоне и в том же году в Балтиморе в переводе на английский язык (Apergu de la situation interieure des Etats-Unis d’Amerique et de leurs rapports politiques avec l’Europe. Par russe. Londre, 1826; A Sketch of the Internal Conditions of the United States and their Political Relations with Europe. By a Russian. Baltimore, 1826).22 В России в силу цензурных соображений она не увидела свет, и лишь «Литературная газета» (1830. 9 августа. № 45. С. 65-68; 14 августа. № 46. С. 73-77) опубликовала переведенную на русский язык заключительную часть этой книги в виде статьи «Состояние общества в Соединенных Американских Областях».23

Впервые вниманию читателей предлагаются отрывки из детального «Мемуара» (Записки) от 12/24 апреля 1820 г. под названием «Обзор внутреннего положения Соединенных Штатов Америки и их политических отношений с Европой», который П.И. Полетика представил в МИД России графу К.В. Нессельроде. Автор объяснил большой объем документа желанием как можно точнее изложить свои наблюдения.24 Документ содержит много важных статистических данных, почерпнутых из переписей начала XIX в., которые стали регулярно проводиться в США с 1790 г. каждые 10 лет, а также некоторых книг. Кроме того, П.И. Полетика использовал новейшую карту США, составленную Дж. Мелишем25 и опубликованную в 1819 г. Однако ценность Записки заключается прежде всего в глубине наблюдений дипломата, его умении анализировать весьма разнообразный фактический материал.

Нельзя не отметить стремление русского посланника к объективности при рассмотрении разных сторон внутреннего положения заокеанской республики, особенностей ее социально-экономического, политического и правового развития. Он пытался также объяснить специфику политики США в отношении Европы и в данном контексте определить, каким образом следовало развивать русско-американские отношения. В этом смысле данный «Мемуар» можно считать продолжением упомянутой Записки 1811 г.

Вместе с тем следует отметить, что документ 1820 г. шире по содержанию и сообщает разнообразные сведения о географическом положении США, численности населения, включая рабов, ветвях власти на федеральном уровне, армии и военно-морской флоте, финансах; специальный раздел посвящен политике Соединенных Штатов в отношении Европы.

В данной публикации вниманию читателей предлагаются целиком раздел, озаглавленный «Общие рассуждения», и раздел о европейской политике США, а также фрагменты из некоторых других разделов. Оригинал «Мемуара» написан на французском языке и находится в Архиве внешней политики Российской империи (Ф. 133. Канцелярия. Оп. 468. Д. 12195. Л. 198-244). Перевод осуществлен Л.M. Троицкой по подлиннику.

Л.М. Троицкая

Примечания

1 Отцом П.И. Полетики был Иван Андреевич Полетика (1722-1783) – «врач; первый русский профессор иностранного университета и первый из врачей, русских по происхождению, стоявших во главе большого русского госпиталя, малорос, сын значкового товарища Лубенского полка». Помимо России учился в академии в Киле и в Лейденском университете, где получил степень доктора медицины. Подробно см.: Кульбин Н. Полетика Иван Андреевич // Русский биографический словарь. Издан под наблюдением председателя Императорского Исторического Общества А.А. Половцова. СПб., 1905. Т. 14. С. 324-326. [Репринт: М. 1999].
2 Воспоминания Петра Ивановича Полетики // Русский архив. 1885. Кн. 3 С. 306-307. Полетика вел свою родословную от древнего шляхетского рода, предки которого в конце XVII в. покинули Польшу из-за гонений на православие и поселились в России в Полтавской губернии. Б. Модзалевский писал, что дипломат был потомком «древней малороссийской дворянской фамилии». Подробнее см.: Модзалевский Б. Полетика Петр Иванович // Русский биографический словарь. Т. 14. С. 327.
3 См.: Архив внешней политики Российской империи (Далее: АВПРИ). Ф. ДЛХ и ХД «Формулярные списки». Оп. 464. Д. 2700. Л. 37.
4 Воспоминания Петра Ивановича Полетики. С. 366.
5 См.: Константин Николаевич Батюшков. Его письма и очерки его жизни // Русский архив. М„ 1867. Кн. 1-3. С. 1486.
6 АВПРИ. Ф. ДЛХ и ХД «Формулярные списки». Оп. 464. Д. 2700. Л. 42 об.-43.
7 Там же. Л. 47- 47 об.
8 В указе Александра I от 26 июля (ст. ст.) 1821 г. о пожаловании П.И. Полетике этого ордена говорилось: «Отличное исполнение всех обязанностей, возложных на вас по званию Чрезвычайного Посланника и Полномочного Министра НАШЕГО в Соединенных Американских Областях, постоянное усердие к истинным пользам службы и уважение Американского Правительства ко всем поступкам вашим, замеченное с удовольствием МНОЮ из взаимных наших соотношений, заслуживают в полной мере МОЮ признательность … пребываю вам благосклонный». См.: Московские ведомости. 1821. 20 авг. № 67. С. 1931-1932.
9 Б. Модзалевский указывал 26 января, тогда как старый друг П.И. Полетики Ф.Ф. Вигель сообщал 28 января и, более того, описал поминки, на которых присутствовали П.А. Вяземский, Д.Н. Блудов, Виельгорский, вдовы и дети некоторых уже ушедших друзей, в том числе Наталья Николаевна Пушкина (Ланская) с дочерью. Подробнее см.: Модзалевский Б. Указ. соч. С. 328; Письмо Ф.Ф. Вигеля // Русски архив. М., 1870. № 9. С. 1721-1723. Помимо уже упомянутой биографической информации сведения о П.И. Полетике см.: URL: http://america-xix.org.ru/personalia/poletika.html (в этом материале имеются некоторые фактические неточности); Энциклопедический словарь / Издатели Ф.А. Брокгуз, И.А. Ефрон. СПб., 1898. Т. XXIV, С. 278.
10 См.: Вяземский П.А. Полное собрание сочинений князя П.А. Вяземского. Издание графа С.Д. Шереметева. СПб., 1884. Т. X. С. 245; Пушкин А.С. Полн. собр. соч.: В 17 т. М., 1949. Т. 12. С. 329; Смирнова А.О. Записки, дневник, воспоминания, письма. Со статьями и примечаниями Л.В. Крестовой / Под ред. М.Я. Цявловского. М., 1929. С. 309; и др.
11 Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения. 1815-1832. М., 1975. С. 28.
12 Записки Филипа Филиповича Вигеля. Издание «Русского архива». М., 1892. Ч. V. С. 38.
13 См.: Россия и США: Становление отношений. 1775-1815 / Редколлегия: С.Г. Тихвинский, Д.Ф. Траск (главы редколлегий со стороны СССР и США) и др. М., 1980. С. 468-471; Болховитинов Н.Н. Становление русско-американских отношений, 1775-1815. М„ 1966. С. 434.
14 Россия и США… С. 470.
15 Там же. С. 434.
16 Подробнее см: Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения. 1815-1832. С. 28-30.
17 Впервые это название появилось в 1852 г. из-за угрозы войны в связи со спорами о границах Венесуэлы. См.: Словарь американской истории / Под ред. Т. Перкинса / Пер. с англ. М., 2007. С. 306. Подробнее о доктрине Монро см.: Болховитинов Н.Н. Доктрина Монро (происхождение и характер). М., 1959; и др.
18 Saul N.E. Distant Friends: The United States and Russia, 1763-1867. Lawrence, KA„ 1991. P. 87-88, 93.
19 Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения. 1815-1832. С. 77.
20 П.И. Полетика — К.В. Нессельроде, 21 января/2 февраля 1821 г. № 3 // Внешняя политика России. Серия: 1815-1830. Май 1819-февраль 1821 г. М„ 1979. С. 711.
21 Подробнее см.: Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения. 1815-1832. С. 192-193.
22 Болховитинов Н.Н. Становление русско-американских отношений, 1775-1815. С. 569-572; Он же. Русские дипломаты (П.И. Свиньин, П.И. Полетика, Ю.А. Валенштейн) как исследователи Америки в первой половине XIX в. // Конференция, посвященная 200-летию со дня рождения академика Г.И. Лангсдорфа: (Проблемы исследования Америки в XIX-XX вв.). Ленинград, 22-24 октября 1974 г. Тезисы докладов. Л., 1974. С. 42-44; Он же. Русско-американские отношения 1815-1832. С. 522, 530, 533-536, 538; Николюкин А.Н. Литературные связи России и США: Становление литературных контактов. М., 1981. С. 152-153, 169-171.
23 См.: Полетика П.И. Состояние общества в Соединенных Американских Областях // Взгляд в историю — взгляд в будущее: Русские и советские писатели, ученые, деятели культуры о США / Сост., авт. послесл. и коммент. А.Н. Николюкина. М., 1987. С. 117-132. Отрывки из книги печатались в Петербурге в «Journal de St. Peterbourg» (1825. № 81, 88-90).
24 П.И. Полетика — К.В. Нессельроде, № 33, 17/28 апреля 1820, Вашингтон АВПРИ. Ф. 133. Канцелярия. Оп. 468. Д. 12195. Л. 197.
25 Melish J. Map of the United States with the Contiguous British & Spanish Possessions Compiledfrom the Latest and Best Authorities. Philadelphia, 1819.

Текст: © 2006 Л.М. Троицкая
Опубликовано: Американский ежегодник 2006. М.: Наука, 2008. С. 260-268.
OCR: 2016 Северная Америка. Век девятнадцатый. Заметили опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter

Русский дипломат П.И. Полетика и его Записка о внутреннем положении и внешней политике США (1820)

Вниманию читателей предлагаются отрывки из детального "Мемуара" (Записки) от 12/24 апреля 1820 г. под названием "Обзор внутреннего положения Соединенных Штатов Америки и их политических отношений с Европой", который П.И. Полетика представил в МИД России графу К.В. Нессельроде. Документ содержит много важных статистических данных, почерпнутых из переписей начала XIX в. Однако ценность Записки заключается прежде всего в глубине наблюдений дипломата, его умении анализировать весьма разнообразный фактический материал.