Лонгли Э. ««Права Штатов»: Не понимаем ли мы их неправильно?»

Eric Longley «States Rights: Do We Have It All Wrong?»

Обычно считается, что перед Гражданской войной южные штаты вышли из Соединенных Штатов, опираясь на «права штатов». Все тогдашние политические дебаты имели этот «факт» в своей основе. Сегодняшние сторонники Союза говорят, что южные штаты вспомнили о «правах штатов», чтобы защитить институт рабства, спрятав рабовладение под мантией «прав штатов», подобно тому, как клансмены скрывали свои лица под капюшонами, а тела – под плащами. В Союзе рассказывают о героическом Аврааме Линкольне, призвавшем величие федерального правительства, чтобы доказать превосходство государства, уничтожив «мятежников» и их варварский «особенный институт». В этом рассказе «права штатов» называются взрывоопасной доктриной, привлеченной для оправдания притеснения, совершенного штатами и выступления против отважных федеральных усилий установить человеческое достоинство и свободу. Совсем другое вам расскажут современные конфедераты. По их словам, настоящей целью Гражданской войны была защита штатов от зарвавшегося федерального правительства в Вашингтоне. Конфедерация воевала с Союзом не только для защиты рабства (если принять во внимание, что это вообще было причиной войны), но и для сопротивления федеральному правительству, пытавшемуся сосредоточить всю власть в своих руках. Для уничтожения Конфедерации, гласит их рассказ, правительство Соединенных Штатов захватило диктаторские полномочия и растоптало штаты ногами, направив Соединенные Штаты по трагическому пути федерального деспотизма и консолидации власти. Неоконфедераты называют целями Севера, лицемерно изображавшего из себя защитника рабов, заковывание всего народа в цепи тирании.

В обоих рассказах Север изображается представителем стороны федерального превосходства, а Юг сторонником «прав штатов» (я помещаю «права штатов» в кавычки, поскольку лично я считаю, что более подходящим термином является «федерализм», но вынужден следовать общепринятой традиции). Некоторые люди, включая меня, отказываются верить обоим рассказам и считают «права штатов» оружием, которое Север и Юг использовали в борьбе с рабством, борьбе, приведшей к Гражданской войне.

Чтобы продемонстрировать гибкость, с которой участники споров о рабстве использовали принципы «права штатов» и федеральной власти, я предлагаю взглянуть на постановления об отделении, принятые в некоторых штатах Нижнего Юга сразу после избрания Авраама Линкольна президентом в 1860 году. (Штаты Нижнего Юга вышли из Союза в ответ на избрание Линкольна, остальные южные штаты последовали за ними тогда, когда Линкольн решил вернуть их обратно силой). В конце 1860 года и начале 1861 года специальные собрания в штатах Нижнего Юга проголосовали за выход их штатов из Союза. Эти постановления об отделении, на первый взгляд, представляют окончательное воплощение так называемых «прав штатов». Согласно утверждению, поддержанному отделяющимися штатами, Конституция Соединенных Штатов была договором или соглашением между суверенными штатами, которые согласились следовать некоторым правилам. Отделяющиеся штаты утверждали, что северные штаты нарушили положения Конституции, и что поэтому, согласно обычным принципам соблюдения договоров и соглашений, южные штаты могли считать себя больше не связанными Конституцией и выйти из Соединенных Штатов.

Сецессия — в значительной степени окончательное воплощение прав штатов. Она базируется на праве суверенных штатов, сформировавших Союз, выйти из него, если отходящий штат думает, что другие штаты не исполняют условия договора (Конституции).

В ответ на уход южных штатов, федеральное правительство (теперь управляемое Севером) утверждало, что Союз штатов нерушим, что сецессия является восстанием и изменой, и что все силы федеральной армии будут брошены на подавление «мятежа».

Эти драматические события превратили южные штаты в защитников прав штатов, а Север – в защитника федеральной власти.

Однако взглянем на это поглубже. Предположим, что президентство Линкольна было предопределено последовательными действиями южан и «деньголицых (doughfaced)» (люди на Севере, разделявшие южные принципы – уничижительное определение, придуманное южанином Джоном Рэндольфом). Юг управлял федеральной судебной властью и (большую часть довоенного периода) оказывал существенное влияние на Конгресс. Как мы увидим, федеральное правительство, в котором доминировали южане, утвердило свою власть от имени рабства, за счет «прав штатов» северных штатов, которые выступали против рабства.

Чтобы проиллюстрировать моё мнение, позвольте мне вспомнить некоторые из обид, изложенных в постановлениях об отделении отдельных штатов Нижнего Юга. Эти «обиды» описывают предполагаемое нападение Севера на южный институт (в некоторых постановлениях к обидам добавлены жалобы на высокие тарифы [Джорджия] и неадекватную защиту от индейцев [Техас]). Жалобщики обвиняют федеральное правительство в запрете рабства на федеральных территориях, произволе во время атаки Джона Брауна на Харперс-Ферри и так далее.

Но есть одна категория обид, которая имеет отношение к поведению северных штатов. Как говорилось выше, уходящие штаты полагали, что северные штаты нарушили некоторые положения Конституции, которые, как считалось, защищали рабство. Когда мы исследуем эти предполагаемые нарушения, то заметим, что постановления уходящих штатов обвиняют северные штаты в использовании прав штатов в неподходящем случае, как часть их борьбы с рабством, и что северные штаты насаждают федеральное превосходство по вопросу о рабстве.

Например: главная причина жалоб в постановлениях об отделении состоит в том, что северные штаты препятствуют осуществлению положения американской Конституции о беглых рабах. Это положение объявляет, что рабы, которые убежали из одного штата в другой, должны быть возвращены их владельцам. Хотя положение о беглых рабах не определяет процедуру, которой нужно следовать при возвращении беглых рабов, Конгресс принял два закона — один в 1793 году и один в 1850 году, которые описали процедуру возвращения беглецов. Закон 1793 года говорит, что владелец или его представитель должны приехать в свободный штат, где скрывается беглец, арестовать беглеца, представить его федеральному суду, или суду штата и получить постановление о возвращении беглеца в рабство. Закон 1850 года сделал положение беглого раба ещё более незавидным. Закон 1850 года позволил независимым федеральным специальным уполномоченным, равно как и федеральным судьям, возвращать беглецов в рабство. Закон 1850 года также уполномочил федеральное правительство использовать федеральных шерифов и армейские отряды для поимки и возвращения беглецов.

Согласно этим двум законам, чернокожие могли быть арестованы на Севере, объявлены беглыми рабами и возвращены в рабство. В случае сопротивления отправке беглеца назад, федеральные власти направляли вооруженные отряды, которые препятствовали освобождению раба. Если аресту беглеца мешало противодействие толпы, либо попытка вернуть раба заканчивалась насилием, федералы арестовывали тех, кто сопротивлялся федеральной власти, и судили их.

Короче говоря, федералы предпринимали большие усилия для соблюдения закона о беглых рабах. Так в чем же обвинял Юг северные штаты? Давайте прочтём фрагмент постановления об отделении Миссисипи:

«[Неприятие рабства] аннулировало Закон о беглых рабах почти в каждом свободном штате Союза ….»[выделено мной]

И из постановления штата Южная Каролина:

«Штаты Мэн, Нью-Хэмпшир, Вермонт, Массачусетс, Коннектикут, Род-Айленд, Нью-Йорк, Пенсильвания, Иллинойс, Индиана, Мичиган, Висконсин и Айова, приняли законы которые или аннулируют решения Конгресса [то есть, Законы о беглых рабах] или делают бессмысленной любой попытку выполнить их.» [выделено мной]

Обратите внимание на слово «аннулируют». Доктрина нуллификации связана с лидером южнокаролинским политиком (и прежним националистом) Джоном К. Кэлхуном. В 1830-ых годах Южная Каролина объявила, что федеральный закон о тарифах является неконституционным и ничтожным в пределах штата Южная Каролина. Кэлхун оправдывал действия его штата утверждениями, что штат имеет право «аннулировать» любой федеральный закон, который сочтёт неконституционным. Как только штат сделает это, федеральный закон теряет силу в пределах аннулировавшего его штата, если не будет принята определенная поправка к американской Конституции, приказывающая штату исполнять аннулированный федеральный закон. Тем самым подразумевалось, что штаты имеют право вето федеральных законов, вето, которое могло быть преодолено только голосами двух третей Конгресса плюс трех четвертей всех штатов.

Доктрина нуллификации Кэлхуна была настолько чрезвычайная, что многие штаты, включая южные, её отклонили.Президент Эндрю Джексон (уроженец Теннесси), пообещал послать федеральные войска в Южную Каролину только чтобы вынудить её повиноваться Закону о тарифах (в конечном итоге был достигнут компромисс, и кризис преодолён).

Нуллификация, определённая ведущим государственным деятелем Южной Каролины (Кэлхуном) представляет собой самую устойчивую основу позиции крайней школы прав штатов. Но штат Южная Каролина, который использовал доктрину нуллификации против тарифного закона, посчитав его неконституционным, возражает против северных штатов, которые аннулировали Закон о беглых рабах, рассматриваемый многими жителями севера как неконституционный. Всё перевернулось и южные штаты, требовавшие исполнения Закона о беглых рабах, оказались перед лицом его предполагаемой нуллификации северными штатами.

Но аннулировали ли северные штаты Закон о беглых рабах на самом деле? Существует лишь один пример северного штата, сделавшего так. Аболиционист по имени Шерман Бут помог спасти предполагаемого беглого раба, который находился под федеральным арестом. Раб убежал, но Бут предстал перед федеральным судом, который приговорил его к тюремному заключению за помощь в спасении раба. Все это произошло в Висконсине, и Бут отбывал свой срок в Висконсине. Суды Висконсина, включая Верховный суд штата, постановили освободить Бута, на том основании, что Закон о беглых рабах 1850 года является неконституционным. Когда Верховный суд США попробовал пересмотреть дело, Верховный суд Висконсина неудачно попытался предотвратить пересмотр.

Верховный суд США рассмотрел дело и принял решение, которым поддержал федеральную власть, объявив, что суд никакого штата не может освобождать человека, осужденного именем Соединенных Штатов. Если бы Бут был заключен в тюрьму незаконно, то он должен был бы аппелировать к федеральному суду, а не суду штата.

Для любого бескомпромиссного нуллификатора, решение американского Верховного суда являлось правильным. Если кто-то незаконно был арестован федералами, то он может быть освобождён только федеральным судом (кроме чрезвычайных ситуаций вроде Гражданской войны), и такому человеку нет смысла обращаться в суд штата. Решение судов штатов по освобождению федеральных заключенных может дать штатам в пределах их юрисдикции право вето федеральных законов. Другими словами, принятие позиции Верховного суда Висконсина имело бы тот же самый эффект как принятие позиции Южной Каролины во время спора о нуллификации. Но в этом случае штат Южная Каролина не одобрил применение нуллификации Висконсином и поддержал применение федеральной власти.

Во время Висконсинского кризиса, северные противники рабства вспомнили о правах штатов. Например, Верховный суд Огайо, в ситуации, подобной случаю Бута в Висконсине, рассматривал дело об освобождении человека, осужденного по Закону о беглых рабах. Суд поддержал закон голосованием 3 к 2-м. Если бы голосование закончилось иначе, то губернатор Огайо Сэлмон Чейз был готов для освобождения заключенных, обвиненных по Закону о беглых рабах, прибегнуть к силе. Республиканские лидеры Огайо, включая Чейза, помогли Верховному судье штата, голосовавшему против Закона о беглых рабах, переизбраться на следующий срок. Сэлмон Чейз позже стал министром финансов у Линкольна, а потом был назначен Верховным судье США вместо Роджера Тэни.

Республиканский сенатор Бенджамин Уэйд из Огайо похвалил «благородный Висконсин», добавив, «я не являюсь защитником нуллификации, но в природе вещей, согласно истинного понимания наших институтов, штат, припертый к стене главным [то есть, федеральным] правительством, старающимся сильной рукой попрать права штатов, как в последнем случае, не должен задумываться может ли он настаивать на своих правах… Висконсин воспользовался теми же великими принципами, которыми воспользовалась в момент опасности Виргиния». Уэйд здесь имеет в виду Виргинские постановления 1798 года, которые отменяли предположительно неконституционные законы, принятые федеральным правительством и утверждали власть штата, противостоящую узурпации федерального центра. Во время Реконструкции сенатор Уэйд окажется в лагере «радикалов», но пока ещё он защищает права штатов.

Республиканский активист Карл Шурц, который был адвокатом Шермана Бута, так прокомментировал Висконсинский кризис: «Республиканская партия подошла к самому краю Нуллификации, в то время как Демократическая партия … стала горячим защитником федеральной власти ….»

(Конгресс в 1850 году объявил, что люди заключенные в тюрьму как беглые рабы, не могли оспаривать своё арест в суде. Это было явным нарушением Конституции и если бы федеральный суд отказался рассматривать дело об освобождении беглого раба, то суд штата получал право восполнить пробел и рассмотреть его. Мировой судья Огайо Джон Бергойн однажды принял такое решение в отношении беглого раба. Шерман Бут не был беглым рабом, а был спасителем рабов. Федеральные суды были для него открыты, и он не имел никаких прав обращаться со своим иском к суду штата).

Что известно о других случаях предполагаемой нуллификации северными штатами? Перед ответом на этот вопрос, мы должны рассмотреть тогдашнюю ситуацию с законами… Верховный Суд США в 1842 году вынес важное решение по вопросу беглых рабов. Штат Пенсильвания принял закон, гласивший, что любой, кто попробует вывезти негра или мулата из штата Пенсильвания с целью помещения того человека в рабство, виновен в похищении. Верховный Суд США отменил этот закон, посчитав, что рабовладельцы и их представители могут разыскивать беглых рабов в свободных штатах и возвращать их в рабство, без вмешательства властей штата, если при этом не был нарушен общественный порядок (надо понимать, если беглый или его друзья не устроят драку).

Любопытно, что суд проигнорировал определенное требование Конституции, чтобы беглого раба «возвращали по требованию владельца». Тем самым подразумевалось, что если хозяин хотел вернуть своего раба, то он должен был выразить своё «требование». Это требование должно быть заверено федеральным судьей либо федеральным уполномоченным, как это записано в законах 1793 и 1850 годов. Мистер Пригг зафиксировал такое своё требование, обратившись к суду с просьбой признать жертву его похищения беглым рабом. Судья штата отказался удовлетворить его требование, но мистер Пригг всё равно вывез свою жертву в рабство. Таким образом, по решению Верховного суда, суды штатов не могли даже выслушивать предполагаемых беглецов, прежде чем отправлять их в рабство. Проигнорировав право штатов защищать своих жителей от похищения, Верховный суд растоптал права штатов во имя защиты рабства.

Как это ни странно, решение по делу Пригга в конечном счете поддержало права штатов. И вот как: суд постановил, что возвращение беглых рабов является делом федеральных властей, а не штата. Другими словами, проблема беглых рабов была изобретением федералов, и свободные штаты не были обязаны помогать им в поимке беглецов. Опираясь на права штатов, северные штаты могли не участвовать в охоте на людей, оставив её федералам.

Опираясь на решение по делу Пригга, многие северные штаты решили, что они оставят исполнение Закона о беглых рабах за федеральным правительством, и не будут ему помогать. Это означает (в зависимости от штата), что предполагаемые беглые рабы не могут быть помещены в тюрьмы штата, или арестованы полицией штата и не могли быть возвращены в рабство судами штата.. В штате Массачусетс, где официальным лицам штата было запрещено участвовать в делах о беглых рабах, сложилась ситуация, когда человек одновременно был и судьёй штата и федеральным уполномоченным. Одев форму уполномоченного, он вынес решение о возвращении в рабство. Штат Массачусетс немедленно уволил его с должности судьи. С точки зрения прав штатов, суверенный штат Массачусетс был надёлен правом решать, кто может исполнять должности, находящиеся в его юрисдикции. С точки зрения защитников рабства, Массачусетс недостаточно сотрудничал с федеральными властями.

Так, основываясь на доктрине прав штатов, признанной Верховным судом США решением по делу Пригга, многие северные штаты решили позволить федералам взять на себя исполнение предписаний ненавистного Закона о беглых рабах. Подобно другим законам, этот не всегда соблюдался (в своей первой инаугурационной речи Линкольн указал, что ни один закон против иностранной работорговли не исполнялся до конца). Все обвинения северных штатов в неисполнении Закона о беглых рабах, когда как право штатов не делать это, было признано Верховным судом, являлись необоснованными.

Конфликт между правами штатов и рабством демонстрируется нам одним случаем. В свободном штате Пенсильвания, три федеральных шерифа попробовали арестовать беглого раба Уильяма Томаса и открыли по нему огонь, когда он вырвался и побежал. Раненный Томас забежал в реку по шею и отказался выходить оттуда до тех пор, пока шерифы не ушли, избежав тем самым когтей своих преследователей.

Власти штата Пенсильвания арестовали федеральных шерифов и судили их по обвинении в попытке убийства. Состоялся суд, шерифы были признаны невиновными, пока не будет доказано обратное, и стрельба по Томасу была признана исполнением их служебных обязанностей.

Если и существовал какой-нибудь принцип, который отстаивал бы защитник прав штатов, то этот принцип заключался в том, что суверенный штат имеет право преследовать по суду и наказывать людей, которые нарушают общественное спокойствие, убивая или пытаясь убить. Предлагая обвиняемым федеральным шерифам всесторонний и справедливый суд, с возможностью представления любой доступной юридической защиты, штат, с точки зрения прав штатов, осуществил бы свои права соответствующим образом, предоставив ответчикам полную меру преимуществ, положенным им как федеральным должностным лицам.

Однако ответчики — федеральные шерифы не предстали перед судом никогда. Вместо этого, они убедили федеральный суд не позволить штату возбудить против них уголовное дело. Федеральный суд рассуждал, что раз федеральные шерифы просто выполняли свои обязанности как федеральные должностные лица, никакой штат не может наказывать их за исполнение служебных обязанностей. Очевидно, обязанности федерального должностного лица включают в себя убийства или избиение беглых рабов, которые не представляют никакой опасности для сообщества (федеральным судьей, вынесшим это решение, было судья Гриер, пенсильванец, который позже попадёт в историю, подписав мнение Верховного судьи Тэни по делу Дреда Скотта).

Нелепым является то, что, обращаясь к федеральному суду с просьбой уберечь их от преследования со стороны штата, федеральные шерифы опирались на так называемый Закон о власти, принятыйв 1830 году в ответ на кризис нуллификации в Южной Каролине. Во время кризиса, власти штата Южная Каролина предупредили, что федеральные таможенные должностные лица, которые пробовали провести в жизнь тарифный закон, будут рассматриваться как правонарушители. Конгресс, чтобы воспрепятствовать штату, и не дать ему побеспокоить таможенные должностные лица или других федеральных чиновников, уполномочил федеральные суды освобождать любое федеральное должностное лицо от заключения в тюрьмы штата только за то, что он делает свою работу. Этот Закон о власти, направленный, в первую очередь против Юга, теперь был призван защищать федеральных должностных лиц от преследования свободными штатами, которые решили, что убивая рабов, они заходят слишком далеко в исполнении своих обязанностей. Власти штата Пенсильвания арестовывали шерифов еще два раза, и каждый раз федеральный суд освобождал шерифов, опираясь на Закон о власти. Решение по этому делу в 1890 году процитирует Верховный суд США, вынося приговор по делу Пи Нигл.

В 1855 году «деньголицый» сенатор из Коннектикута (Айзек Туси) предложил законопроект, который должен был воспрепятствовать аболиционистам противодействовать федеральным шерифам, исполняющим Закон о беглых рабах в свободных штатах. Согласно законопроекту, судебные процессы, начатые против федеральных должностных лиц в судах штатов, должны быть переданы в федеральные суды (которые, как мы видели, больше сочувствовали рабству чем суды штатов). Республиканцы осудили законопроект. Сэлмон Чейз (будущий Верховный судья) назвал законопроект Туси «направленным на установление огромного, централизованного федерального правительства. Он является большим шагом к деспотизму.» (Помните Джорджа Уоллеса, который обвинял федеральные суды в «тирании»? Будущий Верховный судья говорил почти то же самое.) Другой республиканский противник закона, сказал, что эта мера «аннулирует функции и юрисдикцию трибуналов [то есть, судов] штатов и [не должно] терпеть её ни секунды.» Закон был провален, что не помешало после Гражданской войны уже республиканцам принять закон, говоривший об этом же.

Постановления об отделения также жаловались на то, что северные штаты скрывали преступников, которых южные штаты хотели бы подвергнуть судебному преследованию. Например, декларация штата Южная Каролина говорит:

«Штаты Огайо и Айова отказались отдавать правосудию беглецов, обвиняемых в убийстве и подстрекательстве к восстанию рабов в штате Виргиния.»

Согласно американской Конституции, человек, который обвинен в преступлении в одном штате и убежавший в другой штат, должен быть выдан для суда над ним в тот штат, где произошло предполагаемое преступление. Однако, Верховный Суд США, незадолго до сециссионального кризиса, решил, что, в отличие от случая с беглыми рабами, беглых преступников нельзя было бы выдавать назад в штат, откуда они сбежали, поскольку они покинули его по разрешению федерального правительства. Вместо этого, Верховный суд предоставил губернатору штата, куда сбежал предполагаемый преступник, право решать, выдавать ли его, или нет. Пользуясь этим решением, многие северные губернаторы отказывали в удовлетворении запросов южных штатов по выдаче людей, которые подозревались в спасении рабов, подстрекании восстания, или участии в убийстве рабовладельца. Подозреваемые спокойно проживали в северных штатах, которые давали им убежище. Согласно доктрине прав штатов, не являлось ли решение о выдаче прерогативой северных штатов? Согласно постановлениям об отделении – нет, поскольку с точки зрения Юга, было прерогативой федерального правительства. Можно предположить, что северные губернаторы отказывались выдавать людей, обвиняемых южными штатами в преступлениях, связанных с рабством из-за общественной антирабовладельческой политики, или из-за сомнений в том, что человека, обвиненного в преступлениях против института рабства, мог бы ждать в южном штате несправедливый суд. Но такое специфическое осуществление «прав штатов» возмутило южные штаты.

(Между прочим, современный Верховный суд решил, что федеральные суды могут приказать выдать предполагаемого преступника из одного штата в другой, отменив таким образом свое прежнее решение.)

Другая южная обида имела отношение к так называемому праву пребывания, то есть предполагаемому праву рабовладельца перевезти рабов временно в свободный штат и, в течение своего пребывания в том свободном штате, держать рабов в состоянии рабства. Из постановления об отделении Джорджии:

«В некоторых из наших конфедеративных штатов [то есть, северных штатов] гражданин не может путешествовать со своим слугой [то есть, рабом], который сопровождает его добровольно, не будучи по закону объявленным уголовником и не будучи подвергнутым позорным наказаниям.»

Из постановления Южной Каролины:

«В штате Нью-Йорк судом было запрещено даже право транзитного пребывания рабов…»

В Нью-Йорке был случай, когда рабовладелец приехал в штат со своими рабами. Его рабы решили остаться в Нью-Йорке как свободные люди, и нью-йоркские суды постановили, что, будучи привезенными в штат по решению их владельца, рабы согласно нью-йоркскому закону объявляются свободными.

Это решение было принято полностью в соответствии с предписаниями прав штатов. Федеральная Конституция говорит, что раб, который убежал от его владельца из рабовладельческого штата в свободный штат, должен был быть возвращен его владельцу, независимо от того, хочет ли того штат, куда он сбежал, или нет. Однако, в Конституции не говорится ничего определенного по поводу того, что раб привезённый в свободный штат по решению владельца, должен оставаться в рабстве. Десятая Поправка к Конституции, уважаемая сторонниками прав штатов, установила, что все полномочия, которые не были предоставлены в соответствии с федеральной Конституцией федеральному правительству, и которые не были запрещены для штатов, сохранялись за штатами. При истинном понимании прав штатов, за свободными штатами сохранялась возможность решать – освобождать, или нет, раба, ввезённого в штат по решению его владельца. (В известном случае Дреда Скотта, раб – Скотт приехал со своим хозяином в свободный штат Иллинойс как на федеральную территорию. Потом Скотт добровольно вернулся в рабовладельческий штат Миссури и был вновь порабощен согласно его законам. Если бы Скотт остался в Иллинойсе, он наверняка стал бы свободным человеком.)

(Авраам Линкольн волновался, что нью-йоркское решение может быть пересмотрено Верховным судом США. Линкольн боялся возможного решения по делу Дреда Скотта №2, которым высший суд легализует рабство на территориях, однако Верховный суд США не стал пересматривать нью-йоркское решение, и не было никакого дела Дреда Скотта №2.)

Вопреки жалобам Джорджии и Южной Каролины, рабы, которых привозили в свободные штаты, не освобождались автоматически. Федеральное правительство вмешалось в несколько дел о попытках вновь поработить освобождённых. Это федеральное вмешательство еще раз подтверждает утверждение, что права штатов=рабство.

Еще один случай произошёл в штате Огайо. Рабыня, которая по согласию её владельца приехала в штат, была освобождена решением суда штата. Федералы арестовали её как беглянку, хотя мы видели, что определение беглого раба применялось только к рабам, сбежавшим с плантации вопреки воле владельца. Тем не менее, по приказу федерального специального уполномоченного, она была возвращена хозяину, а судья Верховного суда США Джон Мак-Лин указал судам Огайо не содействовать похищениям. (Такое решение не помешало судье Мак-Лину добиваться президентской номинации от республиканцев).

В другом случае, федералы попробовали вновь поработить Джейн Джонсон и ее двух детей — рабов, которые были привезены в свободный штат Пенсильвания их владельцем, видным дипломатом Джоном Уилером. Когда судно дипломата оказалось в водах штата Пенсильвания, на его борт поднялся аболиционист Пассмор Уильямсон, который сказал чернокожим, что согласно закону штата Пенсильвания они стали свободны. С помощью некоторых пенсильванских негров эти три бывших раба сказали «hasta la vista» своему прежнему владельцу и ушли, чтобы жить как свободные люди.

Уиллер был шокирован такими событиями и начал в федеральном суде невероятный судебный процесс. Проявляя огромную наглость, и используя тип юридической логики, известный нам по « Алисе в Стране чудес», бывший владелец утверждал, что Уильямсон незаконно заключил его прежних рабов. Уиллер требовал, чтобы аболиционист привел негров в суд, который освободил бы их от незаконного заключения, вернув ему в рабство! Федеральный судья принял сторону Уиллера и приказал Уильямсону привести негров, удерживаемых им незаконно.

Уильямсону за отказ привести негров пришлось провести некоторое время в тюрьме. Джонсон, предполагаемая заключенная Уильямсона, предстала перед судом и заявила, что Уильямсон никогда не удерживал её насильно. Федеральный суд не захотел попасть в неловкое положение и постановил, что Джонсон «не имела статуса», позволяющего ей выступать в суде. Наконец, возобладал здравый смысл, и суд признал, что Джонсон и ее дети не удерживались Уильямсоном — факт, который был очевиден с самого начала. Так федеральный суд, пользуясь очень сомнительной юридической теорией, пытался вернуть в рабство людей, которых Верховный суд Пенсильвании объявил свободными. А еще говорят о наступлении на права штатов!

Когда Конфедеративные штаты Америки написали свою Конституцию, штаты были обязаны разрешать держать рабов рабовладельцам из других штатов. Другими словами, конституция Конфедеративных Штатов Америки сократила права штатов в вопросах рабства. И после этого нам рассказывают о том, что Конфедеративные штаты Америки были основаны на принципах прав штатов.

Из постановления об отделении Джорджии:

«Общественный закон цивилизованных государств требует, чтобы каждый штат оградил своих граждан или субъектов от совершения действий, вредных для мира и безопасности любого другого штата и от попыток возбудить восстание, или нарушения и спокойствия их соседей, и наша мудрая Конституция дает Конгрессу власть наказывать все нарушения национальных законов.»

Другими словами, Джорджия жаловалась на то, что северные штаты отказались противодействовать аболиционистской агитации. Джорджия также утверждает, что у северных штатов есть юридическая обязанность подавлять такую агитацию, и что Конгресс может принять законы против такой агитации как нарушения национальных законов! Но согласно доктрине прав штатов, вопрос уважения свободы слова своих граждан принадлежит штату, а не Конгрессу (вспомните, что 14-ю поправку, повсеместно объявлявшую свободу слова, ратифицировали не все). На языке защитников прав штатов, подавление возможных опасных речей — часть полицейской власти штатов, но не часть власти Конгресса. Согласно доктрине прав штатов, южные штаты были свободны запрещать, и запрещали, речи и публикации, критикующие рабство. Также как у южных штатов была власть запретить подобные обсуждения, северные штаты имели право разрешать их.

Если северный штат решил, что является правильным защищать у себя аболиционизм, то не осуществлял ли такой северный штат свои права штатов? Что случилось с суверенным правом штата управлять его собственными внутренними делами? И опять Джорджия была более заинтересована о защите рабства больше чем в последовательной защите доктрины прав штатов.

Из постановления Южной Каролины:

«Эта секциональное (т.е. Cеверное) сотрудничество по свержению Конституции позволяет некоторым из штатов, принимать в гражданство людей, которые, согласно высшему закону земли, неспособны быть гражданами, и их голоса будут использоваться, чтобы начать новую политику, враждебную к Югу, и разрушительную для его верований и безопасности ….»

Тем самым намекается на то, что некоторые (но далеко не все) северные штаты позволяют неграм голосовать. Штат Мэн, например, посмел не согласиться с решением Верховного суда по делу Дреда Скотта. Верховный суд США решил, что негры никогда не были гражданами; Верховный суд Мэна же сказал, что негры являются гражданами со всеми прилагающимися привилегиями. Постановление Южной Каролины не учитывало, что даже по решению Дреда Скотта у штатов оставалось право давать неграм собственное гражданство, даже если оно не признаётся другими штатами. Что штат Мэн и сделал, позволив неграм воспользоваться гражданскими правами, включая право голоса, на территории штата Мэн. Разве согласно доктрине прав штатов (а штат Южная Каролина был своеобразным Ватиканом ортодоксальных прав штатов) южнокаролинцы могли повлиять на решение суверенного штата Мэн относительно того, кому будет разрешено голосовать на выборах в штате Мэн? К тому же, если черное право голоса было неконституционным, почему южнокаролинцы молчали по поводу соседней Северной Каролины, такого же рабовладельческого штата, который до 1835 года позволял свободным чернокожим голосовать наравне с белыми?

(В любом случае, жалобы Южной Каролины на голосование негров были преувеличением. Ситуация в Мэне была редка даже для северных штатов и северных чернокожих с правом голоса было такое незначительное количество, что они едва ли оказывали влияние на исход выборов. Так что утверждение Южной Каролины будто бы черные избиратели могут повредить южным интересам было преувеличением).

Возможно также, что штат Южная Каролина не согласился бы с законами некоторых северных штатов, которые позволили голосовать иностранцам. Эта практика была настолько нежелательна, что позже Конфедеративная конституция ограничила право голоса только гражданами. С точки зрения прав штатов, это – странное ограничение на свободу суверенного штата устанавливать избирательные цензы, и новое опровержение утверждения, что Конфедеративные Штаты Америки стояли за права штатов.

(Конфедеративная конституция содержала несколько положений, благоприятных правам штатов. Однако она также содержала положения, которые ограничивали права штатов. Вопрос в том, как посмотреть.)

Сецессионистские штаты говорили в оправдание раскола, что северные штаты используют (сознательно или подсознательно) «права штатов» таким способом, чтобы выступать против интересов рабства. Заявлять, что штаты уходят согласно «правам штатов» и при этом осуждать применение «прав штатов» другими, то же что насмехаться над историей.

В этой статье я следовал принципу «человек кусает собаку». Когда собака кусает человека, это — не новость. Вот когда человек кусает собаку, это — новость. Примеры, которые я привёл в доказательство использования северными штатами «прав штатов» в борьбе против рабства, или посягания федерального правительства на права штатов ради защиты рабства, иллюстрируют принцип «собаки, кусающей человека». Но конечно были южные политики, привлекавшие «права штатов» для защиты рабства, или аболиционисты, призывавшие федеральное правительство бороться с этим институтом. Вот они представляли принцип «человека, кусающего собаку», так как они соответствуют представлениям многих людей о том, что «права штатов» использовались только для защиты рабства.

Единственная точка зрения, которой я придерживаюсь в этой статье – точка зрения республиканца Карла Шурца: «… на Севере, так же как на Юге, отношение людей к рабству формировало и изменяло их политические доктрины и конституционные теории. На Юге это были Права Штатов и превосходство федеральной власти, содействовавшие интересам рабства. На Севере это были Права Штатов и превосходство федеральной власти, содействовавшие интересам свободы.»

Литература для дополнительного чтения

Blue, Frederick J. Salmon P. Chase: A Life in Politics. Kent, Ohio: Kent
State University Press, 1987.
Campbell, Stanley W. The Slave Catchers: Enforcement of the Fugitive Slave
Law, 1850- 1860. Chapel Hill: UNC Press, 1970.
Duker, William F. A Constitutional History of Habeas Corpus. Westport,
Conn: Greenwood Press, 1980.
Fehrenbacher, Don. Slavery, Law, and Politics: The Dred Scott Case in
Historical Perspective, New York: Oxford University Press, 1981.
Trefousse, Hans Louis. Carl Schurz, a Biography. Knoxville: University of
Tennessee Press, 1982.
Warren, Charles. The Supreme Court in United States History. Boston:
Little, Brown, 1922.
Wilson, Henry. History of the Rise and Fall of the Slave Power in America.
Boston: Houghton, Mifflin, 1872- 1877.

Текст: © 2004 Eric Longley, опубликован в Civil War Interactive
Перевод: © 2006 Северная Америка. Век девятнадцатый
Данный перевод выполнен в ознакомительных целях и не является авторизованным. Перепечатка перевода запрещена.

Лонгли Э. ««Права Штатов»: Не понимаем ли мы их неправильно?»

Статья современного историка из Северной Каролины, рассматривающая важный вопрос — разные взгляды Севера и Юга на так называемые «права штатов».