Письмо-донесение российского посла в Японии, уполномоченного Российско-американской компании, действительного камергера Н.П. Резанова министру коммерции графу Н.П. Румянцеву от 17/29 июня 1806 г. из Ново-Архангельска принадлежит к числу наиболее известных и часто публикуемых (хотя только в отрывках или с купюрами^[1]) документов по истории Русской Америки. Действительно, содержание письма — история первого плавания русского судна в Калифорнию, его пребывания в порте Сан-Франциско и контактов с испанцами, включая романтическую историю взаимоотношений Н.П. Резанова с дочерью коменданта Сан-Франциско, ставшей его невестой и никогда более не увидевшей своего жениха, скончавшегося в следующем году при проезде через Сибирь — не может не привлекать внимание, становясь предметом научных, популярных и художественных произведений в России и США.

Фигура Н.П. Резанова и особенно его визит в Сан-Франциско, в частности связанная с этим визитом романтическая история, не раз привлекали внимание Н.Н. Болховитинова, отразившись во многих его публикациях.^[2]

Упомянутое письмо Н.П. Резанова Н.П. Румянцеву является на сегодняшний день основным источником о визите русских на корабле «Юнона» в Сан-Франциско в 1806 г.

Архивный подлинник письма-донесения Н.П. Резанова известен по двум рукописям-автографам, одна из которых (полная) хранится в АВПРИ,^[3] другая (без окончания) — в РГИА.^[4]

Характеризуя этот документ как письмо-донесение мы исходим из некоторой двойственности его содержания. С одной стороны — это отчет о путешествии в Калифорнию и положении в Ново-Архангельске по возвращении обратно, отчет лицу, стоявшему выше по иерархической лестнице и являвшемуся, в качестве министра коммерции, правительственным куратором Российско-американской компании (РАК), интересы которой представлял Н.П. Резанов. С другой стороны — это документ, внешне не оформленный как донесение. Собственно донесение по всей форме прямому начальству — императору Александру I, Н.П. Резанов отправляет дважды — из Калифорнии (через Мексику), от 5/17 мая 1806 г.^[5], и по прибытии на Ситху, в тот же день, что и письмо Румянцеву^[6]; эти документы весьма лаконичны и лишены подробностей. Напротив, письмо Румянцеву изобилует подробностями, и это диктуется, по-видимому, не только необходимостью отчета, но и потребностью излить человеку, на чью заинтересованность он имел все основания рассчитывать (Н.П. Румянцев был одним из главных покровителей РАК), огромный объем информации, которую Резанов почерпнул за время путешествия. Документ имеет многие черты частного письма — и взволнованный, местами лирический стиль автора, и определенная свобода обращения к адресату — как к собеседнику и в основе своей единомышленнику, и живое описание деталей частного быта, смешных случаев и т.п.

Текст письма в АВПРИ сшит с другими в общей папке с грифом «Секретно» на обложке, сделанным теми же чернилами, что и расположенная ниже надпись рукой Резанова: «Дубликаты донесений моих к Вашему Сиятельству из Америки, отправленных на судах «Сварии» и «Ростиславе»».^[7] Эти бумаги, по-видимому, предназначались Румянцеву и к нему же, очевидно, поступили после смерти Резанова.

История рукописи из РГИА остается неизвестной: судя по последовательности записей в описи и датам записей о проверках, дело № 687 (в описи оно последнее), состоящее из данного документа, было присоединено к описи и фонду сравнительно поздно, между февралем 1949 и январем 1953 г., (это совпадает с периодом известного перемещения документов о Русской Америке в советских архивах), однако данные о происхождении этой рукописи, присоединенной к фонду департамента министра коммерции явно по чисто формальному принципу (в составе данного фонда документ выглядит слишком инородным по отношению к остальным), в описи отсутствуют. Отсутствуют они и на страницах самого документаожно лишь предположить, что извлеченная из неизвестного нам архива или коллекции рукопись оказалась «на периферии» потока документов, концентрировавшихся в фонде РАК Архива внешней политики России (ныне — АВПРИ) МИД СССР и почему-то «не удостоилась» включения в этот фонд. Возможно, ее приняли за копию донесения Резанова, возможно, сыграли роль какие-то случайные обстоятельства.

Наконец, кроме двух архивных вариантов существует публикация (со значительными купюрами) П.Тихменева (1863)^[8], который, судя по данным текстологического анализа, которые мы не имеем возможности здесь привести из-за ограниченного объема статьи, пользовался наиболее близким к варианту АВПРИ, но не идентичным ему текстом (плохой копией или еще одним «дубликатом» письма, но уже для Главного правления РАК? Впрочем, не исключено, что некоторые отличия от текста АВПРИ могли быть вызваны ошибками при публикации).

Как было установлено Н.Н. Болховитиновым, «письмо было написано в нескольких экземплярах, которые в деталях отличаются друг от друга».^[9]

Что касается двух архивных документов, то по нашим подсчетам, между ними имеется не менее ста различий разного масштаба — от наличия/отсутствия отдельных предлогов и союзных слов — до вставки/замены в двух случаях относительно крупных фрагментов (в несколько фраз).

Различия между двумя текстами заслуживают пристального внимания и скрупулезного текстологического анализа. Сопоставление двух текстов позволяет нам сделать вывод, что текст рукописи из РГИА представляет собой более ранний вариант письма.

Рассмотрим наиболее существенные различия, прежде всего связанные с заменой или исключением слов и фрагментов текста, не отвлекаясь на многочисленные изменения порядка слов в пределах одной фразы, а также изменения в делении текста на отдельные предложения.

Прежде всего это уточнения. Вместо просто «Главному правлению» (в. РГИА) Резанов добавляет слово Компании — «Главному правлению Компании» -мелочь, но тексту придается большая строгость и официальность. К слову «Калифорния» добавляет — Новая. И это тоже — для сухой деловитости, подчеркнутой точностью в географическом названии. Говоря о реке «Коломбии» (Колумбии) — уточняет «устья Коломбии» — и здесь это уже не просто формальное уточнение, но достойная серьезного документа поправка, ибо «северная часть берега» залива «Гавр де Грей» может «весьма сходствовать» с устьем реки, но не с самой рекой — иначе письмо сбивается на разговорное просторечье.

В эпизоде с входом в залив Сан-Франциско, где русские моряки делают вид, что согласны с требованием испанцев бросить якорь, а сами удаляются от крепости в порт на пушечный выстрел, Резанов в варианте РГИА дает русскую транскрипцию ответа испанцам: си сеньер. В варианте АВПРИ он считает нужным заменить ее на оригинальный испанский текст: «Si senor, si senor». Так точнее, а значит документ наполняется большей ответственностью, ценимой начальством.

Просторечное русифицированное слово «президия» (в. РГИА) — и почти точное соответствие испанскому — «президио» (в. АВПРИ). Вместо не очень удачного ознакомились (с одним из миссионеров, в. РГИА) - более точное познакомились (в. АВПРИ). А сокращенное Св. перед названием миссии (Санта-)Клары (в. РГИА) Резанов заменяет на более близкое к оригиналу (хотя все равно неточное) — Санкта (Санкта-Клара, Санкт-Блаз и т.д.)

Еще одно маленькое уточнение: в варианте РГИА Резанов пишет, что комендант обещал выполнить «все, что угодно», в варианте АВПРИ — «все, что мне угодно». Это маленькая правка избавляет автора от подозрения в несерьезности.

Есть и другие уточнения — они также, как правило, элементарны, но характерно, что от варианта РГИА к варианту АВПРИ мы ощущаем тенденцию к большей информативности и точности в терминах: в последнем варианте мы узнаем о пушках испанской батареи, что они медные (в варианте РГИА отсутствует), что коменданта старика де Аргуелло зовут дон Жозе (также отсутствует в варианте РГИА). Если в варианте РГИА Резанов называет монтерейского коменданта просто Жозе де ла Нурриега, то в варианте АВПРИ дает, как ему представляется, его точное полное имя: Жозе Ла Нурриега де ла Герра. В варианте РГИА Резанов позволяет губернатору назвать коменданта Сан-Франциско просто Аргуелло, в варианте же АВПРИ перед этой фамилией появляется де.

Особенно Резанов стремится избежать неточности в том, что касается дипломатических материй (в. РГИА: сношениях политических; в. АВПРИ: отношениях политических — избегается двусмысленность слова «сношения»).

В «экономической» части письма многие уточнения, судя по всему, родились у Резанова в Ново-Архангельске, где он мог посоветоваться со знающими людьми относительно цен и т.п. Так в в. АВПРИ появляется вставка в связи с ценами на масло: в Охотске от 21 и до 26 рублей пуд. (в в. РГИА отсутствует), а цена на Камчатке существенно изменена: 20 [рублей] (в. РГИА) и 40 рублей (в. АВПРИ). Уточнена и цена на ржаную муку на Камчатке: 25 рублей по в. РГИА и не менее 30 рублей по в. АВПРИ, соответственно в случае установления торговли с Калифорнией доход казны с каждой четверти муки увеличивается с 5-ти рублей (в. РГИА) до 10 рублей (в. АВПРИ). И эта динамика замены цифр — в в. АВПРИ они на примере муки лучше «работают» на проект Резанова, чем в в. РГИА —> свидетельствует в пользу последовательности: в. РГИА — в. АВПРИ. В этом же направлении уточняется и соответствие веса испанской фанеги хлеба российскому пуду: не менее 3 пуд 20 фунтов (в. РГИА) и никогда не менее трех с половиною пуд (в. АВПРИ).

В ряде случаев там, где в в. РГИА у Резанова стоит в Америке, он исправляет это в в. АВПРИ на — у нас, если речь идет о русских колониях, или — у них, если речь идет о Калифорнии, чтобы избежать недоразумений.

Интересно, что когда речь заходит о системе отечественных мер и весов, Резанов в в. РГИА просторечно называет их русскими (руской вес, руских 24 фунта), а в в. АВПРИ исправляет на российской, предпочитая поставить это слово даже там где в в. РГИА стояло просто наш [аршин].

Есть и много других рационально обоснованных уточнений или вставок (там, где были пропущены необходимые по смыслу слова — пуд, масла и т.п.), которые мы не перечисляем здесь полностью из-за ограниченного объема статьи и которые, как и приводимые в статье примеры, убедительно показывают, что изменение текста письма шло от в. РГИА к в. АВПРИ, а не наоборот.

Ряд изменений подчеркивают высокую степень почтения к адресату и содержат обороты вежливости, которые в варианте РГИА Резанов пропустил (или, точнее, упустил). Так ссылаясь на последующий подробный рассказ о Калифорнии, Н.П. Резанов в в. РГИА пишет просто, без церемоний: В своем месте объясняю я. В в. АВПРИ, будто спохватившись, что письмо сановному адресату получается недостаточно вежливым, он уже пишет по-другому: В своем месте буду я иметь честь объяснить Вашему Сиятельству... Аналогично в другом месте Я прилагаю (в. РГИА) меняется на более официальное Честь имею приложить (в. АВПРИ). И это тоже свидетельство развития текста от в. РГИА к в. АВПРИ.

Опережая упрек в излишней быстроте и настойчивости в установлении контактов с калифорнийской администрацией, прежде всего губернатором, Резанов просит Румянцева не удивляться его нетерпеливости: Вы из писем моих уже приметили, сколь время мне дорого (в. РГИА). В в. АВПРИ в середине этой фразы присутствует слово надеюсь. Кажется, Резанов почувствовал, что тон первого из вариантов фразы недостаточно корректен в письме министру, тот был вправе и не «приметить» эту черту — отсюда и вставка, смягчающая тон.

В каких-то местах различия связаны с правкой чисто технического характера (например, в в. РГИА число миль дано прописью: восьмидесяти, в в. АВПРИ — цифрой, в другом случае Резанов поступает наоборот, когда пишет о числе испанских пушек). Но это явно правка варианта РГИА, по отношению к которому вариант АВПРИ выступает, таким образом, как более поздний. Именно так позволяет интерпретировать соотношение двух текстов и неоднократное снятие Резановым в варианте АВПРИ некоторых слов, присутствовавших в варианте РГИА: здесь налицо забота о стиле, о динамизме изложения. К этой же группе различий примыкают и замены отдельных слов, отражающие стилистические предпочтения автора: до самого отхода (в. РГИА) и до самого отбытия (в. АВПРИ), под видом забытия платка (в. РГИА) и под видом забытого платка (в. АВПРИ). Просторечное завтрева (в. РГИА) в в. АВПРИ меняется на до завтре, которое нам может показаться не более благозвучным, но явно имело стилистические преимущества в глазах Резанова. Резанов явно насколько возможно стремится уйти от просторечья (ср. в. РГИА: ета та же торговля, и в. АВПРИ: ето тоже торговля).

К правке подобного типа относится и снятие повторов в словах, что само по себе убедительное свидетельство гипотезы РГИА-> АВПРИ.

Свидетельством того, что вариант АВПРИ есть выправленный вариант РГИА является тот факт, что если в варианте РГИА слово орудий вписано над зачеркнутым пушек, то в тексте АВПРИ представлен именно результат этой правки, т.е. орудий. (Это редкий случай, когда правка присутствует в самом тексте РГИА. Как правило, мы должны лишь догадываться о том, что она имела место.)

Но кроме уточняющей и стилистической правки имеет место и правка, так сказать, превентивно-оборонительного типа.