Гринёв А.В. «Динамика высшей управленческой элиты Российско-американской компании»

Эта проблема уже привлекала внимание исследователей. Среди них следует отметить в первую очередь профессора С.Б.Окуня, написавшего еще до войны крупную монографию о Российско-Американской компании.1 В трудах других отечественных ученых также иногда упоминаются отдельные сюжеты этой темы. В зарубежной историографии можно выделить ценные биографические очерки, посвященные наиболее известным людям Русской Америки, принадлежащие перу канадского историка Р.А.Пирса.2 И все же, на наш взгляд, эта проблема нуждается в дополнительном изучении и уточнении отдельных аспектов, равно как и пересмотре некоторых важных теоретических выводов.

Российско-Американская компания (РАК), окончательно оформившаяся летом1799 г.,3 служила инструментом по освоению и колонизации Нового Света. Она представляла собой результат своеобразного симбиоза интересов отечественных предпринимателей и царской бюрократии. Первоначально РАК возникла как монопольное объединение нескольких компаний в основном сибирских купцов. Главенствующую роль в ней играли иркутский купец 1-й гильдии Николай Прокофьевич Мыльников и его сыновья Дмитрий и Яков, а также наследники известного курского купца Григория Ивановича Шелихова – его вдова Наталья Алексеевна, компаньон Иван Илларионович (Ларионович) Голиков и зятья – богатый купец Михаил Матвеевич Булдаков и обер-секретарь Правительствующего сената, действительный статский советник и камергер Николай Петрович Резанов. Последний, будучи приближенным к императорскому двору, вскоре стал неофициальным главой и ходатаем компании перед царским правительством. Именно по его настоянию Главное правление РАК было переведено в 1801 г. из Иркутска в Санкт-Петербург, а сама компания обрела черты полугосударственной монополии, когда в состав ее акционеров вступил сам император, члены царствующей фамилии и ряд крупных сановников. Более того, перевод штаб-квартиры РАК в столицу привел к тому, что сибирское купечество оказалось отрезанным от управления компанией и ее руководство фактически попало в руки столичных предпринимателей, чиновников и богатых дворян.4

И все же первоначально РАК еще сохраняла черты купеческого объединения, поскольку у руля ее управления находились представители крупного торгового капитала. К высшей управленческой элите компании относились директора, находившиеся в Главном правлении компании (ГП РАК) в Санкт-Петербурге, а также главные правители (управляющие) российскими колониями в Америке (прил. 1 и 2). Если говорить о качественных изменениях в руководящей элите РАК, то они затронули в первую очередь именно колониальную администрацию. Так, первым главным правителем Русской Америки стал в 1802 г. уроженец города Каргополя именитый купец Александр Андреевич Баранов, с1790 г. руководивший наиболее значительной компанией Г.И.Шелихова в Америке. Энергичный и непреклонный, он сумел воплотить в жизнь многие проекты своего патрона, безвременно скончавшегося в1795 г.5 При этом Баранов был не только первым главным правителем, но и единственным представителем купеческого сословия на этой ответственной должности. Впрочем, тут надо внести существенное уточнение: с 1802 г. одновременно со званием главного правителя российских колоний он получил чин коллежского советника,6 а в 1806 г. – орден Св. Анны 2-й степени, т.е. был инкорпорирован в чиновничью иерархию империи и приобрел право на потомственное дворянство.

К чиновничьему сословию принадлежали и преемники Баранова, посланные ему на замену Главным правлением РАК по его многочисленным просьбам. До этого директора компании уже отвергли предлагавшуюся престарелым правителем кандидатуру его ближайшего заместителя – коммерции советника И.А.Кускова. Вначале выбор Главного правления пал на бывшего охотского коменданта, коллежского ассесора Ивана Гавриловича Коха, давнего знакомого Баранова. Он должен был поступить к нему в помощники, а затем и сменить на посту главного правителя колоний. Однако добраться до Русской Америки Коху так и не удалось – он скончался в пути на Камчатке в январе 1811 г. Получив известие о смерти Коха, Главное правление немедленно выслало на смену Баранову коллежского советника Терентия Степановича Борноволокова. Но и он погиб в пути во время кораблекрушения шлюпа «Нева» у острова Ситха (Баранова) в январе 1813 г.7

После этого больной и дряхлый Баранов вновь рекомендовал Главному правлению свою кандидатуру – суперкарго корабля РАК «Суворов» Германа Николаевича Молво, прибывшего в колонии в 1814 г. Однако в письме к Баранову от 6 апреля 1817 г. директора и на этот раз отвергли его предложение, ссылаясь на молодость и неопытность претендента.8 Кроме того, еще 25 августа 1816 г. специальный совет при Главном правлении компании принял решение назначить главой колониальной администрации капитан-лейтенанта Л.А.Гагемейстера.9 С этого времени пост главного правителя Русской Америки стал замещаться исключительно офицерами Военно-морского флота обычно в чине капитана 1-го или 2-го ранга. Правда, жесткого регламента тут не было и на высший пост колониальной администрации иногда попадали даже лейтенанты ВМФ (обычно в ходе службы они получали повышение до звания капитан-лейтенанта). С другой стороны, известен пример, когда назначенный в 1854 г. главным правителем капитан 1-го ранга Степан Васильевич Воеводский в августе 1856 г. был произведен царем в контр-адмиралы за умелое руководство вверенными ему колониями в суровые годы Крымской войны.10 Избежать тогда разорения Русской Америки англо-французской эскадрой удалось благодаря ловкости Главного правления РАК, сумевшего накануне войны заключить сепаратный пакт о нейтралитете с британской Компанией Гудзонова залива (КГЗ).

Директора РАК, по ходатайству которых царь назначал руководителей колониальной администрации, очень ответственно подходили к своему выбору. Ведь от распорядительности главного правителя во многом зависело успешное ведение пушного промысла и торговли, благополучие российских колоний, а, следовательно, и размер прибыли самой РАК. Обычно предлагаемый директорами кандидат на замещение поста главного правителя был опытным мореплавателем, уже посещавшим Русскую Америку во время кругосветных путешествий, а чаще служивший в самих колониях по несколько лет и хорошо разбиравшийся в проблемах заокеанских владений России, равно как и в ведении финансовых и торговых дел.

Конечно, гораздо логичнее было бы передать управление Русской Америкой в руки моряков торгового флота, тем более что сама Российско-Американская компания была формально коммерческой организацией. Однако в России вплоть до середины XIX в. торговый флот был крайне слаб и кадры образованных моряков поставлял почти исключительно флот военный. Отмечая этот факт, С.Б.Окунь связывал его с господством в метрополии крепостнической системы.11 Действительно, это был важный фактор, препятствующий развитию торгового мореплавания в России, но не объясняющий до конца суть проблемы. Например, во Франции в XVII–XVIII вв. также господствовало крепостничество, тем не менее страна располагала достаточно крупным торговым флотом. Принципиальное отличие ситуации во Франции и России состояло в том, что в первой абсолютно преобладала частно-личная собственность, что способствовало развитию товарного производства, торговли, а следовательно, и коммерческого мореплавания. В России же верховной частной собственностью обладало государство. Иные формы собственности занимали подчиненное положение, а соответствующие социально-экономические уклады были включены в государственный в виде своеобразных подукладов. Поэтому российское купечество никогда не играло той роли и не имело той самостоятельности, какой обладали предприниматели в Западной Европе и США. Неудивительно, что в результате почти вся внешняя торговля империи сосредоточилась в руках иностранных (главным образом английских и американских) торговцев, обладавших гораздо большей конкурентоспособностью.12 Этот фактор, помноженный на господство натурального хозяйства, узкий внутренний рынок, слабость товарно-денежных отношений, тотальную зависимость работника и нанимателя от всесильного чиновничества, приводил к почти полному отсутствию отечественного торгового мореплавания вплоть до середины XIX в. Государство же, исходя из своих интересов, развивало исключительно флот военный.

То, что сменил А.А.Баранова именно морской офицер, было, конечно, не случайно: тем самым усиливался государственный, а в какой-то мере и военный контроль за жизнью российских колоний в Новом Свете. К этому же подталкивало геополитическое положение колоний и специфика их хозяйства. Почти все русские поселения в Америке располагались на океанском побережье и островах, а их экономика базировалась в значительной мере на морском зверобойном промысле. Поэтому роль флота в жизни колоний была исключительно велика (особенно в плане коммуникации, снабжения, вывоза пушнины и т.д.). Об этом хорошо сказал в свое время главный правитель капитан 1-го ранга барон Фердинанд Петрович фон Врангель: «Колонии находятся под управлением моряков, существуют морем и во многом подобны судну в открытом море».13

Естественная зависимость колоний от морских офицеров, командовавших кораблями РАК, получила свое логическое завершение в передаче им всей полноты исполнительной власти в Русской Америке спустя почти 20 лет после образования Российско-Американской компании. Было еще несколько причин, склонивших руководство компании к такому шагу. Назначая военных моряков на высший пост в колониальной администрации, Главное правление РАК сглаживало свои традиционные противоречия с Морским министерством и в какой-то мере отводило от себя обвинения в злоупотреблениях, которые сыпались на нее во время управления А.А.Баранова со стороны флотских офицеров, посещавших российские владения в Новом Свете.14 Не случайно, что в 18 18 г., когда произошло отстранение А.А.Баранова от власти в колониях, здесь с ревизией побывал по заданию царского правительства известный мореплаватель капитан 2-го ранга В.М.Головнин. По результатам своей проверки он составил специальную записку, содержащую резкую критику деятельности Российско-Американской компании. Весьма язвительно высказался В.М.Головнин и в адрес руководства РАК, особенно Н.П.Резанова и управляющего колониями А.А.Баранова.15

Выводы ревизии 18 18 г., очевидно, еще более укрепили правительство в решимости взять под более жесткий контроль дела в заокеанских владениях России. Назначение на пост главного правителя людей с безупречной репутацией из среды просвещенного военного сословия, не погрязшего в торгашестве и не связанного с жестокостями в отношении туземцев, как раз и было призвано разрешить эту проблему. Наконец, этим решался и вопрос о субординации, поскольку даже после присвоения А.А.Баранову чина коллежского советника многие морские офицеры отказывались подчиняться распоряжениям бывшего купца, ставшего гражданским чиновником. Не случайно сам Баранов еще в 1805 г. в своем письменном отзыве Н.П.Резанову настаивал на передаче власти в колониях именно представителю флотского офицерства.16

Первым морским офицером – преемником А.А.Баранова на посту правителя Русской Америки в 18 18 г. – стал капитан-лейтенант Леонтий Андрианович Гагемейстер (Людвиг фон Хагемайстер).17 Это был знающий, опытный моряк, уже бывавший в Русской Америке в 1807– 1808 гг. и имевший давние дружеские отношения с А.А.Барановым. 18 Впрочем, на посту главного правителя российских колоний Гагемейстер пробыл совсем недолго и уже в том же году сдал свою должность лейтенанту Семену Ивановичу Яновскому,19 который незадолго до этого женился на дочери Баранова Ирине (ее матерью была дочь эскимосского старейшины с о.Кадьяк Григория Раскащикова – Анна). Таким образом была реализована своеобразная родственная преемственность в управлении Русской Америкой. Но и Яновский недолго оставался во главе Русской Америки, и в 1820 г. его сменил капитан-лейтенант Матвей Иванович Муравьев. Начиная с него устанавливается традиция пятилетнего срока пребывания главных правителей на своем посту (единственным исключением стал предвоенный период 1850– 1854 гг., когда сменилось три главных правителя, прил. 2).

Любопытно отметить, что сходную эволюцию претерпел и порядок замещения поста помощника главного правителя, что, кстати, совершенно не отмечено в научной историографии. Первоначально эта должность носила полуофициальный характер и ее занимали представители мещанского, купеческого или чиновничьего сословия. Так, первым помощником главного правителя А.А.Баранова стал тотемский мещанин, а впоследствии коммерции советник Иван Александрович Кусков.20 Долгие годы ( 18 18– 1832 гг.) заместителем ряда главных правителей российских колоний был «летописец Русской Америки», выходец из семьи кунгурских купцов и чиновников Кирилл Тимофеевич Хлебников.21 Он же был и последним гражданским служащим, находившимся на этом посту. Начиная с февраля 1832 г. эта должность обрела официальный статус, а поступать на нее получили право только флотские офицеры с санкции самого императора.22 Первым из них стал капитан-лейтенант Адольф Карлович (Арвид Адольф) Этолин, происходивший из знатной шведско-финской фамилии. Отличаясь большими административными способностями, он сам впоследствии стал главным правителем Русской Америки в 1840– 1845 гг., а затем и членом Главного правления РАК.23

Введение постоянного поста помощника главы российских колоний и закрепление за этой должностью исключительно морских офицеров еще более увеличивало государственный контроль за деятельностью компании в Америке и способствовало усилению обороноспособности колоний перед лицом возможной внешней угрозы. Некоторые из главных правителей действительно имели военный опыт, участвуя в многочисленных войнах, которые Россия вела в первой половине XIX в. Так, например, когда в 1834 г. англо-русские отношения в Северной Америке обострились в результате так называемого стикинского инцидента,24 уже в 1835 г. главным правителем был назначен капитан 1-го ранга Иван Антонович Купреянов, награжденный орденами Св. Анны 2-й степени с императорской короной, Св. Георгия 4-й степени, Св. Владимира 4-й степени с бантом, Св. Станислава 3-й степени и медалями за Персидскую, Турецкую и Польскую кампании, а также золотой саблей за храбрость.25 А последний правитель Русской Америки – капитан 2-го ранга князь Дмитрий Петрович Максутов – доблестно командовал артиллерийской батареей во время героической обороны Петропавловска-Камчатского от англо-французского десанта в 1854 г.26

Другие главные правители российских колоний прославились как известные путешественники, гидрографы и организаторы географических экспедиций. Среди них следует назвать в первую очередь видного полярного исследователя барона Ф.П.Врангеля,27 а также А.К.Этолина и Михаила Дмитриевича Тебенькова, находившегося на посту главного правителя в 1845– 1850 гг. Он составил один из лучших географических атласов берегов Северо-Западной Америки, который исправно служил морякам вплоть до XX в.28 Опыт этих морских офицеров весьма существенно помогал Российско-Американской компании в освоении неизведанных территорий Аляски.

В целом почти все главные правители Русской Америки проявили себя как достойные люди и умелые администраторы. По крайней мере такое впечатление возникает после знакомства с их донесениями в Главное правление РАК.29 Некоторым исключением явился, пожалуй, лишь капитан 2-го ранга Николай Яковлевич Розенберг, руководивший российскими колониями в 1850– 1853 гг. Вследствие его попустительства в 1852 г. произошло крупное столкновение между враждебными родами индейцев тлинкитов, повлекшее за собой серьезные отрицательные последствия для российских колоний.30 Кроме того, и в хозяйственных делах Розенберг был явно не на высоте, о чем свидетельствовал в 1851 г. побывавший в колониях И.В.Фуругельм. По его словам, некомпетентность главного правителя порождала «неописуемую анархию», в Ново-Архангельске и во всем поселении не было ни тачки, ни ворота, ни вообще крестьянского инструмента, чтобы соорудить даже простую собачью будку. При этом сам Розенберг, несомненно, был порядочным человеком, а его административные просчеты и упущения могут быть объяснены в значительной мере серьезной болезнью: по этой причине и из-за семейных обстоятельств он еще в конце 1851 г. просил Главное правление о своей замене на посту главного правителя Русской Америки.31

В отечественной историографии неоднозначно оценивают переход власти в колониях в руки военных моряков. Некоторые авторы приветствуют это решение Главного правления РАК, поскольку, по их мнению, высокогуманные и прогрессивные морские офицеры «положили конец опасным злоупотреблениям Баранова».32 Другие, наоборот, отрицательно относятся к передаче им управления Русской Америкой, считая, что морские офицеры и их помощники, хотя и могли быть исключительно честными людьми, добросовестно исполнявшими свои обязанности, смотрели на свое пребывание в Америке как на способ обогатиться и укрепить свои политические позиции в обществе.33 Так, Е.В.Алексеева в своей крупной историографической монографии пишет: «В результате (прихода к власти в колониях морских офицеров. – А.Г.) были ликвидированы многие злоупотребления купеческой вольницы, улучшилось положение как русских, так и особенно местных жителей, в том числе алеутов и креолов, находившихся на службе компании. Впрочем, вскоре обнаружились и серьезные недостатки. Морские офицеры назначались правителями колоний на небольшие сроки, смотрели на свое пребывание в Америке как на временное явление. Хотя они и были знающими, честными и добропорядочными людьми, как правило, они не очень хорошо разбирались в коммерции, и экономические дела компании после смены Баранова оставляли желать лучшего».34 Аналогичную точку зрения высказывал в свое время и американский историк Дж.С.Гэлбрайт.35

На самом деле ситуация была сложнее: падение прибылей РАК после прихода морских офицеров к руководству Русской Америкой было связано не столько с малой коммерческой компетентностью отдельных главных правителей российских колоний (например, Ф.П.Врангель очень хорошо разбирался в торговой бухгалтерии), сколько с рядом объективных факторов. Среди последних следует назвать значительное сокращение к 1820-м гг. популяции главного промыслового зверя – калана – и отказ от наиболее грубых форм эксплуатации коренного населения. Все это вело к относительному падению доходов РАК после 1820 г. Представляется достаточно очевидным, что руководство текущими делами РАК в Америке со стороны морских офицеров имело как свои положительные, так и отрицательные аспекты. С одной стороны, это позволяло наладить строгую дисциплину и отчетность, в определенной мере укрепить обороноспособность колоний, максимально снизить количество должностных злоупотреблений. С другой стороны, нанимаясь на определенный срок и на постоянное жалованье, размер которого не зависел напрямую от результатов их деятельности, морские офицеры не имели действенных экономических стимулов для развития колониального хозяйства. Не все из них обладали достаточной деловой хваткой и предприимчивостью, столь необходимых для ведения торговых дел (как, например, И.А.Купреянов36). Они скорее следовали за событиями, а не опережали их. Правда, их личную инициативу сковывала зависимость от Главного правления в Петербурге, с которым они вынуждены были согласовывать каждый свой шаг. Их функция заключалась скорее в наиболее точной передаче распоряжений Главного правления РАК и контроле за их исполнением. Они были администраторами, а не купцами. А это обстоятельство, безусловно, отрицательно сказывалось на общем состоянии дел РАК в Америке, а в конечном итоге и на ее прибылях и будущем.

Приход к власти в колониях морских офицеров был только началом качественного перерождения высшей руководящей элиты РАК, что отмечал в свое время С.Б.Окунь. По его мнению, основы для этого были заложены при переводе Главного правления из Иркутска в Санкт-Петербург, что позволило сосредоточить большое число акций РАК в руках столичного чиновничества, офицерства и царских сановников, которые уже к концу 1810-х гг. стали активно влиять на решения, принимаемые общим собранием акционеров – высшим органом компании. Эту точку зрения разделяют и некоторые современные исследователи – американский профессор Б.Дмитришин и московский историк А.Ю.Петров.37 Однако анализ состава акционеров в этот период, проведенный А.А.Преображенским, ясно указывает, что ведущую роль в компании продолжали сохранять купцы, а участие «благородного сословия» в ее делах не являлось сколько-нибудь заметным. Помимо прочего, несмотря на перевод Главного правления из Иркутска в Петербург, крупные пакеты акций РАК продолжали находиться в руках сибирского купечества (Мыльниковых, Старцовых, Мичуриных и других).38

Влияние придворной знати и бюрократии сказалось в большей степени при учреждении в 1804 г. специального временного комитета (в 1813 г. он был преобразован в официально действующий совет) из трех акционеров РАК для решения политических вопросов, не подлежавших огласке. Причем один из членов этого органа не избирался, а назначался в обязательном порядке из состава Министерства иностранных дел. Первыми членами «политического» комитета стали видные государственные деятели – тогдашний морской министр адмирал Н.С.Мордвинов, заместитель министра внутренних дел граф П.А.Строганов и представитель МИД тайный советник И.А.Вейдемейер.39 Так было положено начало вмешательству государства в дела компании и сложились предпосылки (но пока только предпосылки!) для изменения состава высшей управленческой элиты РАК.

По мнению С.Б.Окуня, с уменьшением удельного веса купечества, его постепенным отстранением от руководства и введением полного правительственного контроля над коммерческой деятельностью компании произошло и фактическое прекращение колониальной экспансии царизма на Американском континенте к середине 1820-х гг. Царское правительство, полагал С.Б.Окунь, пошло на это, чтобы уступками на «американском фронте» заставить Англию отказаться от активных действий в Европе.40 Вряд ли можно согласиться с последним тезисом. Во-первых, полного правительственного контроля над торговыми операциями РАК никто не осуществлял. Во-вторых, российская экспансия на западном побережье Северной Америки фактически завершилась еще при А.А.Баранове: последним успехом в этом плане можно считать основание крепости Росс в Калифорнии в 1812 г. В‑третьих, не желание «умаслить» Англию остановило российскую экспансию в Новом Свете в этот период, а недостаток людей и снаряжения, отсутствие надежной связи с метрополией, ожесточенное сопротивление местных индейцев и активное торговое соперничество и дипломатическое противодействие американцев и англичан. Да и сам С.Б.Окунь вынужден признать, что создававшиеся правительством препятствия в дальнейшей экспансии РАК в Америке в некоторых случаях заставляли солидаризироваться с директорами из купцов тех представителей крупной чиновной бюрократии, которые одновременно сами были акционерами компании.41 Поэтому тезис о связи между уменьшением купеческого представительства в руководстве РАК и приостановкой российской экспансии в Америке можно считать надуманным.

Тем не менее общий вывод С.Б.Окуня о постепенном перерождении и «огосударствлении» управленческой элиты РАК представляется бесспорным. Об этом свидетельствовала не только передача руководства делами компании в колониях в руки морских офицеров в конце 1810-х гг. Сходную трансформацию пережил и состав Главного правления компании в Петербурге, хотя и со «сдвигом» почти в 25 лет.42

При самом учреждении компании в1799 г. планировалось, что ее Главное правление должно состоять из двух директоров, но уже в 1800 г. их число увеличилось до четырех. Избирались они на общем собрании акционеров РАК, имевших право голоса (т.е. владевших не менее 10 акциями). Право быть избранными на пост директора получили только лица, владевшие не менее 25 акциями. Поскольку первоначально каждая акция стоила более 1000 руб., то естественно, что попасть в состав руководства компании могли только очень состоятельные люди.43 Власть директоров была весьма значительна, и простые акционеры не могли вмешиваться в их деятельность и оспаривать распоряжения: для этого необходимо было организовать общее собрание акционеров, что было достаточно непростым делом.

Первыми директорами РАК были члены клана Шелиховых – М.М.Булдаков (зять Г.И.Шелихова) и Иван Петрович Шелихов (двоюродный брат Г.И.Шелихова), а также представители иркутского купечества – Н.П.Мыльников и С.А.Старцов (Старцев). Двое последних, однако, оказались вскоре отстраненными от руководства компанией благодаря значительным усилиям и интригам М.М.Булдакова и Н.П.Резанова, стремящихся сосредоточить все нити управления в руках наследников Г.И.Шелихова и ликвидировать какое-либо влияние сибирских купцов.44 Это им полностью удалось после перевода Главного правления из Иркутска в столицу. Единственным представителем сибирских предпринимателей, последовавшим туда вслед за правлением, был грек Евстратий Иванович Деларов, числившийся, правда, московским купцом 2-й гильдии. Это был настоящий ветеран пушного промысла на Алеутских островах, имевший к тому же крупный пакет акций РАК. Находясь у истоков создания компании, он был избран одним из ее директоров вскоре после перемещения Главного правления в Петербург ( 1801 г.) и сохранял этот пост вплоть до своей смерти в 1806 г.45

Несомненно, что Деларов был простой марионеткой клана Шелихова, тем более что в свое время он сотрудничал с самим Г.И.Шелиховым, возглавляя одну из его компаний в Америке.46 Какие-то самостоятельные шаги Деларова просто исключались после того, как сам царь назначил зятя Г.И.Шелихова – Н.П.Резанова – корреспондентом и покровителем РАК почти сразу после создания компании (2 декабря1799 г.). Близость ко двору и личное благоволение императора делали позицию Резанова практически неуязвимой. Будучи «оком государевым» в делах РАК, он одновременно был ее фактическим главой и ревизором, для чего отправился с инспекционной поездкой в Русскую Америку в 1803– 1807 гг.47 После его трагической смерти в Красноярске при возвращении в Санкт-Петербург в 1807 г. управление компанией полностью перешло к его близкому другу и родственнику, также зятю Г.И.Шелихова – крупному купцу М.М.Булдакову, избранному «первенствующим» (главным) директором РАК еще в1799 г. К 1807 г. он имел наибольшее количество акций РАК – 370, что, очевидно, в немалой степени позволяло ему более 25 лет сохранять за собой пост председателя в совете директоров компании.48

В Главное правление РАК, помимо Булдакова и И.П.Шелихова, вошел еще один представитель «клана Шелихова» – бывший секретарь Н.А.Шелиховой – Иван Осипович Зеленский (Зеленской), который более 20 лет руководил канцелярией компании. Таким образом, в 1802– 1807 гг. сложилась фактическая монополия «клана Шелихова» в управлении РАК. Однако позиции «шелиховцев» заметно слабеют в поистине роковом для них 1807 г:, когда из состава высшей управленческой элиты РАК выбывают Н.П.Резанов, И.П.Шелихов и Е.И.Деларов. Местные петербургские предприниматели начинают претендовать на свою долю «властного пирога». Так, в 1807 г. место умершего Деларова в Главном правлении РАК занимает крупный петербургский купец Венедикт Венедиктович Крамер. Позднее, в 1811 г., директором компании был избран другой петербургский предприниматель – Андрей Иванович Северин (по данным П.А.Тихменева, в 1814 г. директором стал Сидор Андреевич Шелихов, но эту информацию не подтверждают другие источники49).

Этот состав Главного правления (М.М.Булдаков, В.В.Крамер, А.И.Северин, И.О.Зеленский) продолжал оставаться неизменным вплоть до 1824 г., когда РАК в целом и ее управленческое звено попали в полосу тяжелого кризиса. Он был вызван в первую очередь тем, что после настоятельных просьб директоров компании и связанных с ними царских сановников (граф Д.А.Гурьев, адмирал Н.С.Мордвинов и др.) император Александр I в сентябре 1821 г. подписал указ о запрете иностранным мореплавателям и купцам подходить ближе 100 итальянских миль к берегам Русской Америки. Этот указ, призванный ликвидировать конкуренцию со стороны американских и английских морских торговцев, привел не только к дипломатическому скандалу и рождению пресловутой «доктрины Монро», но и больно ударил по самой РАК, так как русские колонии в Америке во многом зависели от поставок товаров и продовольствия с американских кораблей.50 В результате компании был нанесен серьезный финансовый ущерб, и она находилась на грани банкротства.

Ситуация усугубилась скандалом, в который были втянуты директора РАК, и в первую очередь В.В.Крамер. Заведуя счетной частью с 1807 г., он только к 1813 г. представил финансовый отчет правлению компании. При этом он предложил акционерам списать в убыток ни много ни мало 683 700 руб. с баланса компании. Не исключено, что часть этой суммы пошла ему в карман. Затем он вместе со своим братом – американским предпринимателем Себастьяном Крамером – купил в США для РАК корабль «Елена» и взял за комиссию по 6% с рубля. Следующей его аферой было приобретение ветхого корабля «Елизавета». Это судно принадлежало одному несостоятельному должнику Крамера. Полусгнившую посудину оборотистый директор РАК купил для компании за 30 тыс. руб., сумму долга положил в карман, а компания вынуждена была потратить еще 70 тыс. на ремонт старого корабля. Но и после этого уже отремонтированная «Елизавета» едва не затонула у берегов Южной Африки во время кругосветного плавания в русские колонии. Ее груз пришлось с убытком распродать, а часть команды и пассажиров отправить назад в Петербург.51

Злоупотребления Крамера привели к тому, что он в 1824 г. с позором выбыл с поста директора РАК. Один из акционеров компании писал по этому поводу: «… Директоры, получая большое жалованье, выпрашивая неограниченные и нисколько своим заслугам не соответствующие награды… не почитали стыдом брать за комиссию… Следовательно, все виды и попечение их обращено было не к пользе Компании, а к обогащению себя. Крамер с должности директора отклонен, а товарищ ему во всех беспорядках Северин остается директором доныне».52 Последний «товарищ» сохранил свой пост до середины 1840-х гг.

Скандал 1824 г. сильно подпортил имидж РАК в глазах государственной власти. Сев не без стараний руководства компании в дипломатическую «лужу» после сентябрьского указа 1821 г., царское правительство не желало более идти на поводу у жуликоватых директоров РАК. Узнав в марте 1825 г. из доклада министра финансов, курирующего компанию в правительстве, что Главное правление отдало предписание заложить «крепосцы» на спорной с Великобританией территории, император Александр I пришел в ярость. Министру финансов было отдано «высочайшее повеление» немедленно заставить РАК отменить строительство укрепленных факторий, а директорам сделать строжайший выговор за превышение полномочий, «с тем чтобы они беспрекословно повиновались распоряжениям и видам правительства, не выходя из границ купеческого сословия».53

С большим трудом благодаря стараниям влиятельных акционеров РАК скандал 1824 г. был погашен. Место выбывшего Крамера занял крупный московский купец Иван Васильевич Прокофьев, руководивший до того московской конторой РАК и имевший почетное звание коммерции советника. Немедленно после своего избрания на пост директора он развернул энергичную деятельность по выводу компании из тяжелейшего финансового кризиса, в который она попала благодаря просчетам и махинациям его предшественников.54 Его заслуги перед компанией оказались столь значительны, что после смерти М.М.Булдакова в 1827 г. Прокофьев был избран первенствующим директором РАК, хотя еще за десятилетие до этого владел всего 10 акциями, т.е. имел право только на «голос» в общем собрании акционеров, но не на занятие кресла директора компании.55 Его ближайшими помощниками стали уцелевший после скандала 1824 г. А.И.Северин и избранный в том же году в состав директоров компании купец 1-й гильдии петербургский градоначальник ( 1824– 1833 гг.), а впоследствии статский советник и кавалер Николай Иванович Кусов. Позднее, в марте 1835 г., директорат РАК пополнился за счет бывшего помощника главных правителей Русской Америки – Кирилла Тимофеевича Хлебникова. К сожалению, этот наиболее компетентный в делах российских колоний директор внезапно скончался в Петербурге 14 апреля 1838 г. в доме барона Ф.П.Врангеля.56

Прокофьев был последним представителем купеческого сословия, занимавшего пост «первенствующего директора» компании вплоть до середины 1840-х гг. Начиная с этого рубежа контроль над Главным правлением РАК перешел в руки морских и сухопутных офицеров. Этой тенденции в немалой степени способствовал новый Устав РАК, принятый в 1844 г. Если в основополагающих нормативных документах компании, принятых в 1799 и 1821 гг., она трактовалась в целом все же как частное коммерческое объединение, главной целью которого являлся пушной промысел и торговля, то в Уставе РАК 1844 г. достаточно откровенно сказано, что компания призвана не только заниматься бизнесом, но и выполнять функции административного управления Русской Америкой. Следовательно, и контролировать ее должны уполномоченные государственного аппарата империи, представленные в данном случае обюрократившимся военным сословием. Именно в Уставе 1844 г. впервые юридически закреплялась сложившаяся практика назначения на пост главного правителя Русской Америки, равно как и формирование директората компании. Устав не только увеличил число директоров Главного правления с четырех до пяти, но и значительно усилил роль правительственного контроля за деятельностью компании. Так, в § 143 Устава юридически оформлялась традиция утверждения главных правителей российских колоний в их должности самим императором, причем кандидаты на этот пост должны быть исключительно штаб-офицерами морской службы. А в § 144 специально указывался срок занятия ими своего поста в колониях – 5 лет.57 Что же касалось директоров Главного правления РАК, то они во главе с председателем были инкорпорированы в бюрократическую иерархию империи, так как при занятии своей должности автоматически приравнивались к VI классу Табели о рангах, хотя до того могли иметь более высокие или низкие чины.

По мнению С.Б.Окуня, после утверждения Устава 1844 г. «дальнейшее участие купцов в руководстве компанией было совершенно невозможным».58 С этим нельзя согласиться по двум причинам. Во-первых, в § 70 Устава компании ясно говорилось, что в состав Главного правления могут избираться дворяне, чиновники, почетные граждане и купцы 1-й и 2-й гильдий. Во-вторых, выходцы из купеческого сословия продолжали оставаться в составе Главного правления еще спустя десятилетие после принятия нового основополагающего акта компании, хотя, конечно, их вес и влияние быстро сходили на нет. На наш взгляд, утверждение Устава 1844 г. лишь положило формальное начало, послужило своего рода импульсом процессу быстрой милитаризации и бюрократизации Главного правления РАК. Так, на общем собрании акционеров, состоявшемся 19 декабря 1844 г., председателем Главного правления был избран контр-адмирал Ф.П.Врангель, а в состав директоров вошел помимо И.В.Прокофьева, А.И.Северина и Н.И.Кусова полковник Владимир Гаврилович Политковский – внук Г.И.Шелихова (его дочь Александра вышла замуж за представителя знатной польской фамилии Политковских – Гавриила Герасимовича Политковского59).

Далее тенденция шла по нарастающей. Уже в 1845 г., после смерти директора Прокофьева, на его место был избран генерал-лейтенант Владислав Филиппович Клюпфель, а в 1846 г., после увольнения А.И.Северина с должности директора, его замещает капитан 1-го ранга А.К.Этолин, только что оставивший пост главного правителя Русской Америки. В 1850 г. В.Г.Политковский, уже в чине генерал-майора, становится председателем Главного правления РАК. Он сохранял за собой этот пост до 20 апреля 1866 г., когда общее собрание акционеров РАК удовлетворило его просьбу об отставке в связи с тяжелой болезнью.60 Потомок основателя Русской Америки не смог пережить ее продажу и скончался 25 ноября 1867 г. – почти через месяц после спуска русского флага на Аляске.61 В 1856 г., после смерти последнего представителя купеческого сословия Н.И.Кусова, в состав Главного правления вошел бывший главный правитель Русской Америки контр-адмирал М.Д.Тебеньков.62 Таким образом, в течение десятилетия власть в Российско-Американской компании окончательно перешла в руки военной элиты не только в колониях, но и в метрополии.

Далее изменения в ее составе не носили качественного характера вплоть до середины 1860-х гг. Так, 18 декабря 1858 г. в связи с болезнью члена Главного правления действительного статского советника и адмирала Ф.П.Врангеля общее собрание акционеров РАК избрало на его место контр-адмирала Василия Степановича Завойко. Он дважды побывал на кораблях РАК в Русской Америке (в 1835 и 1838 гг.), затем в 1840-х заведовал Охотской и Аянской факториями компании, а в 1854 г. руководил обороной Петропавловска-Камчатского от англо-французского десанта.63 Некоторые авторы упоминают в числе директоров РАК также видного полярного исследователя адмирала Г.А.Сарычева,64 а в Главное правление компании включают не менее известного мореплавателя Ф.П.Литке65 и других военных моряков. На самом деле Г.А.Сарычев, В.М.Головнин, Н.С.Мордвинов и другие являлись членами специального совета по политическим вопросам при Главном правлении, а не директорами компании. Тем более не был «видным деятелем» ГП РАК Ф.П.Литке, как ошибочно писал ранее автор этих строк, хотя Литке на протяжении многих лет активно сотрудничал с руководством компании (особенно с Ф.П.Врангелем).

Когда в начале 1860-х гг. решался вопрос о предоставлении РАК очередных привилегий на 20‑летний срок, вся управленческая элита компании состояла сплошь из генералов и адмиралов. Помимо уже упомянутого председателя совета директоров генерал-лейтенанта В.Г.Политковского в состав Главного правления входили: генерал-лейтенант В.Ф.Клюпфель, вице-адмирал М.Д.Тебеньков, контр-адмиралы В.С.Завойко и А.К.Этолин.66 Российскими колониями в это время руководил капитан 1-го ранга Иван Васильевич (Йохан Хампус) Фуругельм,67 которого в 1863 г. сменил его бывший помощник капитан 2-го ранга князь Дмитрий Петрович Максутов. Даже этот простой перечень красноречиво свидетельствует о составе управленческой элиты РАК. Ни одного представителя купеческого сословия! А ведь первоначально компания учреждалась как сугубо коммерческая организация.

Процесс огосударствления РАК, достигший своего пика к началу 1860-х гг., был закреплен в рекомендациях Государственного совета империи, принятых на заседании 19 июня 1865 г., по проекту нового Устава компании. Согласно директивным предложениям правительства, его контроль над российскими колониями в Америке еще более усиливался, поскольку во главе их должен был находиться совершенно независимый от РАК и назначаемый царем главный правитель (фактически генерал-губернатор), получавший содержание от казны. Сама же компания, равно как и ее колонии, переводилась из-под опеки Министерства финансов в «заведование» Морскому министерству. Эти положения были окончательно закреплены на заседании Государственного совета 14 марта 1866 г.68 Таким образом, к концу существования российских колоний в Новом Свете руководство ими окончательно переходило в руки государства, а сама РАК фактически подчинялась интересам Министерства Военно-морского флота.

В это же время в составе руководства РАК наметились определенные изменения, отражавшие, видимо, новые капиталистические веяния в развитии пореформенной России. Так, в сентябре 1865 г. вместо выбывших из состава Главного правления контр-адмирала А.К.Этолина и вице-адмирала В.С.Завойко общее собрание акционеров компании избрало гражданских лиц: тайного советника барона Егора Егоровича фон Врангеля и потомственного почетного гражданина Николая Ивановича Любавина.69 Но «военный фактор» в руководящем составе РАК был еще достаточно силен, и спустя месяц (в октябре 1865 г.) вместо генерала от кавалерии В.Ф.Клюпфеля общее собрание утверждает директором РАК генерал-майора Эдуарда Ивановича Тилло.70

И все же новая тенденция пробивает себе дорогу. Последним председателем совета директоров РАК в период существования Русской Америки вместо генерал-лейтенанта В.Г.Политковского единогласно избирается 25 апреля 1866 г. тайный советник Е.Е.Врангель.71 В научной литературе его обычно путают со знаменитым родственником – бароном Ф.П.Врангелем.72 Именно Е.Е.Врангелю выпала вскоре тяжелая задача: заниматься ликвидацией дел компании в Русской Америке, которую царские власти продали США 18 (30) марта 1867 г. (договор был подписан в Вашингтоне). Официальное извещение об этом руководство РАК получило спустя три недели – 8 апреля, а собравшееся 21 апреля (3 мая) общее собрание акционеров сформировало новое правление, которое должно было решать вопросы передачи колоний и реализации имущества компании. Председателем его был переизбран Е.Е.Врангель. Кроме него в состав Главного правления вошли вице-адмирал М.Д.Тебеньков, генерал-майор Э.И.Тилло, Н.И.Любавин и коллежский асессор Н.Н.Анциферов.73 Этому Главному правлению пришлось своими силами выходить из того труднейшего положения, в котором оказалась компания и ее акционеры после продажи Аляски Соединенным Штатам.74 Сложившееся в тот момент в высшем руководстве РАК численное преобладание гражданской бюрократии над военной уже никак не могло помочь делам компании.

Итак, за неполных 70 лет управления Русской Америкой со стороны Российско-Американской компании состав ее руководящей элиты претерпел весьма существенные изменения. Если первоначально руководство РАК в колониях и в метрополии состояло исключительно из купцов, пусть и тесно связанных с государственными структурами (а в России иначе и быть не могло), то уже спустя 20 лет после основания РАК власть в колониях перешла в руки морских офицеров. Еще почти через 15 лет только из них начинают рекрутироваться их заместители. Проходит еще немногим более 10 лет, и купцы окончательно теряют контроль над Главным правлением, а спустя десятилетие и вовсе исчезают из состава директоров РАК. Такая эволюция была фактически отражением трансформации самой компании, проделавшей за этот период путь от купеческой организации под эгидой Министерства финансов к государственному Департаменту по управлению заморскими территориями в виде своеобразного ответвления Морского министерства.

Пытаясь объяснить эту эволюцию, С.Б.Окунь ссылался на британскую Ост-Индскую компанию, прошедшую аналогичный путь от коммерческой организации к простой агентуре английской короны под патронажем так называемого Контрольного совета. Переход управления компаниями от частных акционеров фактически в руки государства происходил, по мнению С.Б.Окуня, в связи с развитием капитализма и ликвидацией необходимости в крупных монопольных компаниях, действовавших на ранних стадиях колониальной экспансии.75 Это объяснение можно принять лишь частично, особенно в плане влияния капитализма. Дело в том, что качественные изменения в составе руководства РАК произошли еще до того, как в самой России начались буржуазные реформы и стал набирать силу капитализм. Для лучшей иллюстрации этого вопроса рассмотрим соседку РАК на Американском материке – английскую Компанию Гудзонова залива (КГЗ). Она действительно выступала в качестве авангарда британской экспансии, подготавливая почву для более основательной колонизации западных районов Канады.76 Интересно отметить, что отмена торговой монополии КГЗ и разрешение на свободную колонизацию ряда районов Западной Канады состоялась в 1869 г., т.е. почти одновременно с ликвидацией всех привилегий РАК в связи с продажей Аляски. Однако в отличие от российской компании КГЗ представляла собой все же неправительственную коммерческую организацию, а ее высшая управленческая элита состояла из гражданских лиц, хотя и включавшихся в состав английской знати. Так, главным директором КГЗ во времена активных контактов с Российско-Американской компанией в начале 1830-х гг. был Джон Хенри Пелли, получивший в 1838 г. от королевы Виктории титул баронета, а также управляющий делами компании в Канаде Джордж Симпсон, которому было присвоено рыцарское звание, а к имени – приставка «сэр».77 Тем не менее оба они были по своей сути удачливыми предпринимателями и опытными торговцами.

Британское правительство не пыталось наполнять своими представителями управленческую структуру КГЗ или брать под жесткий контроль деятельность компании. Здесь-то и кроется фундаментальное различие между КГЗ и РАК. В одном случае речь шла о вполне самостоятельной торговой организации, пусть и тесно связанной с государственными институтами Британской империи, а в другом – лишь о формально независимой полугосударственной структуре. В качестве примера может служить ситуация, сложившаяся во время англо-русского дипломатического конфликта, последовавшего за царским указом от 4 сентября 1821 г. о запрете иностранным мореплавателям и купцам подходить ближе 100 итальянских миль к берегам Русской Америки и установлении русской границы на западном побережье Америки по 51°с.ш. В этой ситуации британское правительство начало очень энергично отстаивать интересы КГЗ в территориальных спорах с Петербургом, в то время как наиболее влиятельные круги Российского кабинета во главе с императором фактически отстранились от защиты РАК, игнорируя даже собственные юридически оформленные и подписанные царем обязательства. Такое расхождение позиций сторон было неслучайным. Англия была капиталистической страной, ее правительство служило капиталу и стояло на страже частной и корпоративной собственности, в то время как в царской России господствовала не частно-личная, а верховная государственная собственность, а потому не государство должно было служить торговому капиталу, а последний обязан был обслуживать государство. Неудивительно, что царское правительство рассматривало РАК не как самостоятельную и влиятельную организацию, а как уродливый полукупеческий «отросток» государственного аппарата, с которым можно было не церемониться, что особенно явно проявилось в дальнейшем при продаже Аляски США в 1867 г.78 Так, лишь спустя три недели (!) после продажи своих колоний США, когда мировая пресса уже подробно обсуждала обстоятельства сделки, царские власти соблаговолили наконец сообщить ГП РАК об уступке Русской Америки.79 Здесь можно добавить, что в 1867 г. Российско-Американская компания не получила ни копейки за освоенные ею земли в Новом Свете, в то время как КГЗ была выплачена компенсация от британского правительства в размере 300 000 ф. ст.80 при ликвидации ее формального суверенитета над западными районами Канады в 1869 г. Это весьма выразительное свидетельство различий в положении русской и английской компаний до сих пор ускользало от внимания исследователей.

Появление в руководящем аппарате РАК генералов и адмиралов – закономерный итог процесса огосударствления и бюрократизации некогда купеческой компании. Естественно, что подобная организация имела мало общего с развитием капитализма. Поэтому, несмотря на внешнее сходство в эволюции британской и российской монопольных компаний, заключавшееся в конечном счете в отстранении их от управления заморскими колониями и переходе последних под государственный контроль, суть происходящих изменений носила принципиально различный характер. Действия Английского кабинета были продиктованы бурным ростом капитализма, несовместимым с монопольными привилегиями, в то время как царское правительство просто встраивало РАК в общую структуру управления империей. И в этом плане эволюция высшей руководящей элиты компании может служить прекрасной иллюстрацией. Элементы капитализма, существовавшие на ранних этапах деятельности Российско-Американской компании (полупаевая система найма русских промышленников), были окончательно ликвидированы как раз в 18 18 г. в связи с переводом русских промышленников на жестко фиксированную заработную плату после прихода к власти капитан-лейтенанта Л.А.Гагемейстера.81 Весьма красноречивое совпадение!

Если обратиться к анализу принципов, по которым происходило формирование высшей управленческой элиты РАК, то среди них можно назвать следующие: 1) семейно-родственный, 2) сословный, 3) имущественно-финансовый и 4) профессиональный. Все эти принципы играли определенную роль при подборе руководящих кадров компании, хотя их вес и влияние были не всегда одинаковыми. Например, родственные связи в руководящей элите РАК прослеживаются довольно четко. Это особенно касается наследников Г.И.Шелихова, к которым относились его прямые потомки и ближайшие родственники. Если причислять М.М.Булдакова и В.Г.Политковского к клану Шелиховых, то получается, что представители этой группировки возглавляли Российско-Американскую компанию на протяжении 44 лет из 68, т.е. 2/3 всего времени, когда Русская Америка находилась под контролем РАК. Кроме того, дважды во главе Главного правления находились представители рода Врангелей.

Не менее важную роль, особенно в колониях, а позднее и в метрополии, играл сословный принцип, окончательно закрепленный в нормативных документах компании в середине 1840-х гг. Ведь только офицеры ВМФ могли становиться главными правителями колоний, равно как и их ближайшими заместителями. Что касается Главного правления, то и тут «нижней планкой» для занятия поста директора была принадлежность к купеческому сословию начиная со 2-й гильдии. Представители простого народа и небогатые предприниматели автоматически не допускались до занятия высших должностей в компании.

Имущественно-финансовый критерий, а проще говоря, богатство, играл заметную роль при образовании РАК. Только очень состоятельные люди могли приобрести дорогие акции привилегированной компании. Из числа «неблагородных» сословий такую возможность имели только купцы. Они и воспользовались этой возможностью при формировании компании, находясь, так сказать, у ее истоков (вспомним хотя бы иркутских купцов Мыльниковых). Однако со временем этот принцип отбора в элиту отошел на второй план, а предпочтение было отдано сословному.

Наконец, профессиональный принцип, включающий высокую компетентность, инициативность и организаторские способности претендентов на занятие руководящих постов компании также принимался во внимание, но имел в целом все же подчиненную роль. Примеров тут можно привести не очень много. Пожалуй, наиболее яркий – назначение на пост главного правителя колоний обедневшего купца А.А.Баранова, обладавшего большим жизненным опытом, железной волей и способностью повести за собой людей. Другим примером может служить К.Т.Хлебников, выбившийся в директора РАК благодаря своим личным качествам и талантам. Чаще подобные люди занимали средний управленческий уровень, как, например, Антон Яцентиевич Рутковский, служивший в середине 1860-х гг. в Лондоне посредником между РАК и известной мехоторговой фирмой Оппенгейм и К , а также Компанией Гудзонова залива и лондонскими банкирами. Как видим, наиболее важный для любой коммерческой организации профессиональный принцип не играл ведущей роли в подборе высшего руководящего звена РАК. Несомненно, что это не могло положительно сказаться на функционировании компании. Это же является косвенным свидетельством ее некапиталистического характера, по крайней мере в более поздний период существования.

Рассматривая процесс рекрутирования высшей управленческой элиты РАК с точки зрения современной политической социологии, можно прийти к выводу, что она проходила в основном в русле так называемой системы гильдий.82 В отличие от своего антипода – предпринимательской системы – система гильдий имеет следующие характерные черты: закрытость (подбор претендентов на более высокие посты из нижестоящих слоев самой элиты), выдвижение путем кооптации, высокая формализация процесса отбора, небольшой, относительно закрытый круг селектората и, как результат, – тенденция к воспроизводству существующего типа элиты (другими словами, ее олигархизация). Нетрудно убедиться, что почти весь этот «букет» присутствовал при формировании руководящей элиты РАК. Например, сословный принцип служил надежным формальным фильтром при занятии высших постов компании. Об этом же свидетельствует и обычно длительное, постепенное продвижение вверх по должностной лестнице служащих РАК и долгое пребывание в своих креслах директоров компании (нередко – вплоть до самой смерти, как, например, в случае с Е.И.Деларовым, М.М.Булдаковым, В.Г.Политковским).

Все это еще раз подтверждает мысль о некапиталистическом в целом характере Российско-Американской компании, что особенно четко проявилось с середины 1840-х гг., когда ее высший управленческий аппарат окончательно превращается в специфическую полугосударственную структуру. Дело в том, что именно военно-бюрократическая монополия лучше всего соответствовала сложившемуся в империи общественному строю. Этот строй достиг своего апогея к середине XIX в. и, в значительной мере исчерпав внутренние резервы своего развития, начал быстро сдавать позиции в пореформенной России. Ни РАК в целом, ни ее управленческая элита не захотели и не смогли учесть веяний новой капиталистической эпохи, не успели приспособиться к новым реалиям, переведя экономику Русской Америки на «капиталистические рельсы», что повлекло за собой ухудшение финансового положения компании в 1860-е гг. Таким образом, процесс огосударствления, бюрократизации высшей управленческой элиты РАК явился одной из косвенных причин продажи Аляски США в 1867 г. и последующей ликвидации самой Российско-Американской компании, что пока не нашло должного отражения на страницах отечественной и зарубежной историографии.

Приложение 1

Список председателей совета директоров РАК

в период существования Русской Америки

  1. Михаил Матвеевич Булдаков – 1799– 1827 гг.
  2. Иван Васильевич Прокофьев – 1827– 1844 гг.
  3. Фердинанд Петрович фон Врангель – 1844– 1850 гг.
  4. Владимир Гаврилович Политковский – 1850– 1866 гг.
  5. Егор Егорович фон Врангель – 1866– 1867 гг.

Приложение 2

Список главных правителей Русской Америки*

  1. Александр Андреевич Баранов – 1802**– 11 января 18 18 гг.
  2. Леонтий Андреянович Гагемейстер – с 11 января по 24 октября 18 18 г.
  3. Семен Иванович Яновский – 18 18– 1820 гг.
  4. Матвей Иванович Муравьев – 1820– 1825 гг.
  5. Петр Егорович Чистяков – 1825– 1830 гг.
  6. Фердинанд Петрович фон Врангель*** – 1830– 1835 гг.
  7. Иван Антонович Купреянов – 1835– 1840 гг.
  8. Адольф Карлович Этолин*** – 1840– 1845 гг.
  9. Михаил Дмитриевич Тебеньков*** – 1845– 1850 гг.
  10. Николай Яковлевич Розенберг – 1850– 1853 гг.
  11. Александр Ильич Рудаков – 1853– 1854 гг.
  12. Степан Васильевич Воеводский – 1854– 1859 гг.
  13. Иван Васильевич Фуругельм – 1859– 1863 гг.
  14. Дмитрий Петрович Максутов – 1863– 1867 гг.

___________________________

* За основу списка взят перечень главных правителей, опубликованный К.Л.Эндрюсом и Р.А.Пирсом (Andrews C.L. The Story of Alaska.Caldwell,Idaho, 1947. P.317; Pierce R.A. Russian America : A Biographical Dictionary. P.555).

** У К.Л.Эндрюса и Р.А.Пирса ошибочно указан1790 г. Эта очень распространенная ошибка, которая постоянно встречается и в отечественной историографии, причем даже в справочной литературе (см., например: Большой энциклопедический словарь. М., 1990. С.107). Иногда вместо1790 г. ошибочно указывается1799 г., когда образовалась РАК (Дмитришин Б. Указ. соч. С.102 и др.). Официальное назначение Баранова главным правителем колоний состоялось в 1802 г., а сам он узнал об этом только в марте 1804 г.

*** Главные правители, вошедшие впоследствии в состав Главного правления РАК.

Примечания

1 Окунь С.Б. Российско-Американская компания. М., Л., 1939.
2 Pierce R.A. Builders ofAlaska: The Russian Governors, 18 18– 1867. Kingston,Ontario, 1986; idem. RussianAmerica : A Bibliographical Dictionary.Kingston,Ontario, 1990. Первая из указанных работ Р.А.Пирса послужила основой для кратких очерков о русских правителях Аляски американского историка и писателя Виктора Петрова, чья научно-популярная работа была относительно недавно переведена на русский язык (Петров В. Русские в истории Америки. М., 1991. С.70–76, 99–109).
3 См. новейшую монографию: Петров А.Ю. Образование Российско-Американской компании.М., 2000.
4 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 40–48, 90–91; Дмитришин Б. Административный аппарат Российско-Американской компании 1798–1799 // Американский ежегодник.1993. М., 1994. С. 96–99; Петров А.Ю. Роль клана Шелиховых при формировании Российско-Американской компании в конце XVIII в. // Американский ежегодник.1994. М., 1995. С. 137–151.
5 Первая и наиболее подробная биография А.А.Баранова была изложена видным деятелем РАК К.Т.Хлебниковым: Хлебников К.Т. Жизнеописание Александра Андреевича Баранова, главного правителя российских колоний в Америке. СПб., 1835. Недавно состоявшийся 250-летний юбилей этой исторической личности вновь привлек к ней внимание ряда авторов – см.: Кудря А. Правитель Аляски: Ист. роман. М., 1996; Гринёв А.В. Правитель Русской Америки // Былое (прил. к журн. «Родина»). 1996. № 11. С.10–11; его же. Американская эпопея Александра Баранова // Вопр. истории (далее – ВИ). 2000. № 8. С. 153–159; Крючкова М.Н. Первый правитель Русской Америки // Моск. журн. 1998. № 11. С. 5–10 и др.
6 Указ Сената о присвоении А.А.Баранову чина коллежского советника последовал 12 августа 1802 г. (Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 13. Оп. 1. Д.50. Л. 1–2). Одновременно Главное правление РАК подчинило Баранову кроме Кадьякского и так называемый Уналашкинский отдел, т.е. почти всю территорию российских колоний в Америке. Лишь западные Алеутские острова (Атхинский отдел) продолжали оставаться под управлением Уракской (Охотской) конторы РАК до середины 1820-х гг.
7 Хлебников К.Т. Указ. соч. С.145–146, 149–150; Кострин К.В. Забытый русский ученый Терентий Борноволоков // Летопись Севера. М., 1964. Т. IV. С. 128–142.
8 См. текст письма ГП РАК А.А.Баранову от 6 апреля 1817 г., опубликованного С.Г.Федоровой в примечаниях в книге К.Т.Хлебникова: Хлебников К.Т. Русская Америка в «записках» Кирила Хлебникова. Ново-Архангельск / Сост., предисл., коммент. и указ. С.Г.Федоровой. М., 1985. С. 230; Pierce R.A. Russian America… P. 360.
9 Хлебников К.Т. Русская Америка… С. 61.
10 Отчет Главного правления Российско-Американской компании (далее – ОГПРАК) за 1854 и 1855 годы. СПб., 1856. С. 31.
11 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 95.
12 Гринёв А.В., Ирошников М.П. Россия и политаризм // ВИ. 1998. № 7. С. 40. Даже в середине 1860-х гг. экономический обозреватель патриотически настроенных «Московских ведомостей» вынужден был с горечью отмечать: «Надобно признать факт, что наше купечество стоит степенью ниже иностранного и что наши фирмы, за немногим исключением, не могут равняться с иностранными фирмами. Факт этот не оспорим, и в нем, а не в заговорах иностранных контористов следует искать объяснения того, что наша внешняя торговля находится почти исключительно в руках иностранцев» (Моск. ведомости. 1864. 21 янв. № 16. С. 1).
13 Wrangell F.P. von. Statistische und ethnographische Nachrichten uber die Russischen Besitzungen an der Nordwestkuste von Amerika. St. Petersburg, 1839. S. 34.
14 РГИА. Ф. 13. Оп. 1. Д.1243. Л. 2–9; Российский государственный архив ВМФ (РГА ВМФ). Ф. 1152. Оп. 1. Д.2. Л. 30–31 об., 40 об.–41 об.; Давыдов Г.И. Двукратное путешествие в Америку морских офицеров Хвостова и Давыдова, писанное сим последним. СПб., 1812. Ч. 2. С. 120–130; Лисянский Ю.Ф. Путешествие вокруг света в 1803, 4, 5 и 1806 годах… СПб., 1812. Ч. 2. С. 104–105 и др.
15 Головнин В.М. Записка капитана 2-го ранга Головнина о состоянии Российско-Американской компании в 18 18 г. // Материалы для истории русских поселений по берегам Восточного океана. 1861. Вып. 1. С. 49–94.
16 Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф. РАК. Оп. 888. Д.251. Л. 34 об.
17 Pierce R.A. Russian America … P. 185– 186.
18 Передача власти проходила спокойно, в достаточно деликатной форме, поэтому нельзя согласиться с утверждениями некоторых авторов о том, что Гагемейстер якобы «жаждал» ухода Баранова и бесцеремонно сместил его с поста руководителя колониями (см.: Алексеев А.И. Судьба Русской Америки. Магадан, 1975. С. 170; Дмитришин Б. Указ. соч. С. 101).
19 См.: Холопов Ю.В. Одиссея лейтенанта Яновского: Жизнь и необыкновенные приключения мореплавателя, главного правителя Русской Америки, калужского дворянина. Калуга, 1998.
20 Федорова С.Г. Русская Америка и Тотьма в судьбе Ивана Кускова // Проблемы истории и этнографии Америки. М., 1979. С. 229–253.
21 Вишневский Б.Н. Путешественник Кирилл Хлебников. Пермь, 1957; данные биографии Хлебникова изложены также С.Г.Фёдоровой (при участии Р.Г.Ляпуновой) во введении к опубликованным за последние десятилетия трудам самого Хлебникова – см.: Хлебников К.Т. Русская Америка в неопубликованных записках К.Т. Хлебникова / Сост., введ. и коммент. Р.Г.Ляпуновой и С.Г.Федоровой. Л., 1979. С. 5–19; Хлебников К.Т. Русская Америка в «записках» Кирила Хлебникова. С. 7–38.
22 РГА ВМФ. Ф. 1375. Оп. 1. Д.8. Л. 141–141 об.
23 Гринёв А.В. Расцвет Русской Америки в 184-е гг. // История Русской Америки (1732– 1867): В 3-х т. М., 1999. Т. 3: Русская Америка: от зенита к закату ( 1825– 1867) / Отв. ред. акад. Н.Н.Болховитинов (далее – ИРА). С. 61–76; Болгурцев Б.Н. Исследователь и главный правитель Русской Америки А.К.Этолин // Русская Америка и Дальний Восток (конец XVIII в. –1967 г.) (далее – РАиДВ): К 200-летию Российско-Американской компании: Материалы Междунар. науч. конф. (Владивосток, 11–13 окт.1999 г.). Владивосток, 2001. С. 191–195; Pierce R.A. Russian America… P. 136–139.
24 См. подробнее: Гринёв А.В. Россия, Великобритания и США на Тихоокеанском Севере в середине XIX в.: соперничество и сотрудничество // ИРА. С. 161–171.
25 Архив Русского Географического общества (АРГО). Разр. 99. Оп. 1. Д.78. Л. 1 об.–2.
26 Pierce R.A. Russian America … P. 327.
27 Именно благодаря своим географическим изысканиям Ф.П.Врангель гораздо лучше известен в отечественной историографии, чем любой из главных правителей Русской Америки за исключением, может быть, только А.А.Баранова (См.: Давыдов Ю.В. Фердинанд Врангель. М., 1959; Пасецкий В.М. Фердинанд Петрович Врангель (1796– 1878). М., 1975 и др.).
28 Тебеньков М.Д. Атлас северо-западных берегов Америки от Берингова пролива до мыса Корриентес и островов Алеутских. С присовокуплением некоторых мест северо-восточного берега Азии. СПб., 1852; Алексеев А.И. Освоение русскими людьми Дальнего Востока и Русской Америки до конца XIX века. М., 1982. С. 188–191; Красникова О.А. К вопросу об «Атласе северо-западных берегов Америки» М.Д.Тебенькова // Русская Америка 1799– 1867 (далее – РА). Материалы международной конференции «К 200-летию образования Российско-Американской компании 1799– 1867». Москва, 6–10 сент.1999. М., 1999. С. 268–272.
29 Отчеты главных правителей Русской Америки, представляющие документы так называемого колониального архива, были переданы после продажи Аляски американским властям и ныне хранятся в Национальном архиве США в Вашингтоне (National Archives and Records Service (DС). Record Group 261. Records of the Russian-American Company, Records of Former Russian Agencies). Сделанные с них микрофильмы имеются в АВПРИ (ф. РАК) и РГА ВМФ (ф. 1375).
30 Cм. подробнее: Гринёв А.В. Индейцы тлинкиты в период Русской Америки (1741– 1867 гг.). Новосибирск, 1991. С. 162–166.
31 Pierce R.A. Russian America … P. 153, 433.
32 Полевой Б.П., Окладникова Е.А. Особенности отношений между русскими и аборигенами в Русской Америке: От открытия Америки со стороны Азии до продажи Аляски // Открытие Америки продолжается. СПб., 1994. Вып. 2. С. 74, 80.
33 Алексеев А.И. Судьба Русской Америки. С. 177; его же. Освоение русскими людьми… С. 120.
34 Алексеева Е.В. Русская Америка. Американская Россия? Екатеринбург, 1998. С. 65.
35 Galbraith J.S. TheHudson’s Bay Company as an Imperial Factor, 1821– 1869. Berkeley; Los Angeles, 1957. Р. 115.
36 Так, контр-адмирал Купреянов в специальной записке от 2 апреля 1847 г., обращенной к общему собранию акционеров РАК, выступил категорически против проекта создания совместной российско-финской компании для промысла китов на Тихом океане (см.: АРГО. Ф. 99. Оп. 1. Д.90. Л. 1–1 об.). По мнению бывшего главного правителя Русской Америки, деятельность новой компании могла нанести вред пушной торговле вообще порядку в российских колониях, хотя в это же самое время американские китобои получали миллионы долларов за счет добычи китов на Тихоокеанском Севере, в том числе и в русских территориальных водах (подробнее об американских китобоях: Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения и продажа Аляски. 1834– 1867. М., 1990. С. 58–71).
37 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 91–92; Дмитришин Б. Указ. соч. С. 99; Петров А.Ю. Образование Российско-Американской компании… С. 121.
38 Преображенский А.А. О составе акционеров Российско-Американской компании // Ист. записки (далее – ИЗ). 1960. Т. 67. С. 295.
39 Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения 1815– 1832. М., 1975. С. 138.
40 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 96–97.
41 Там же. С. 98; см. красноречивую переписку по этому вопросу акционера РАК адмирала Н.С.Мордвинова с министром финансов графом Е.Ф.Канкриным и канцлером графом К.В.Нессельроде: Архив графов Мордвиновых. СПб., 1902. Т. 6. С. 632–655.
42 Некоторые современные американские исследователи полагают даже, что царская бюрократия, не испытывая уважения к правлению купцов, еще в начале 1800-х гг. постепенно пополняла директорский совет компании государственными служащими (Smith B.S., Barnett R.J. Introduction // Russian America: The Forgotten Frontier. Tacoma, Washington. 1990. P. 13. – см. сокращенный и не совсем точный перевод этой статьи: Смит Б.С., Барнетт Р. Русская Америка // Америка. 1991. № 421. С. 18; Дмитришин Б. Указ. соч. С. 112).
43 Дмитришин Б. Указ. соч. С. 99.
44 Петров А.Ю. Образование Российско-Американской компании (1795–1799) // ИРА. Т. I. Основание Русской Америки, 1732–1799. М., 1997. С. 326–363; Зырянова М.Ю. К истории образования Российско-Американской компании // РА. С. 160–172.
45 Преображенский А.А. Указ. соч. С. 289, 293; Pierce R.A. Op. cit. P. 115–117.
46 См. «Наставление» Г.И.Шелихова Е.И.Деларову от 5 мая1787 г. – АРГО. Разр. 99. Оп. 1. Д.2. Л. 43–46 об.; Гринёв А.В. Русские промышленники на Аляске в конце XVIII в. Начало деятельности А.А.Баранова // ИРА. Т. I. С. 155–159.
47 Эта колоритная личность до сих пор продолжает привлекать к себе внимание отечественных и зарубежных историков и писателей – см.: Качаев Ю.Г. …И гневается океан. Н.П.Резанов: Ист. повесть. М., 1970; Петров В.П. Камергер двора: Роман. Вашингтон. О.К., 1971; Печников Б.А. Ключ камергера. Историческая повесть. Новосибирск, 1991; Болховитинов Н.Н. Завещание Н.П.Резанова // ВИ. 1994. № 2. С. 164–168; Командор: Страницы жизни и деятельности Двора Его Императорского Величества действительного камергера, руководителя Первой кругосветной экспедиции Николая Петровича Резанова. Красноярск, 1995; Болховитинов Н.Н. Не командор, а действительный камергер // США: экономика, политика, идеология. 1996. № 9. С. 123–127; Chevigny H. Lost Empire. The Life and Adventures of Nikolai Petrovich Rezanov. Portland, Oregon, 1958; Dmytrishyn B. N.P.Rezanov’s Inspection Tour of Russian Colonies in the North Pacific and His Visit to San Francisco, March 25 – May 10, 1806 // PA. C. 45–69 и др.
48 Преображенский А.А. Указ. соч. С.295.
49 Тихменев П.А. Историческое обозрение образования Российско-Американской компании и действий ея до настоящего времени. СПб., 1861. Ч. 1. С. 227.
50 Подробнее об этом см.: Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения, 1815– 1832 гг. С. 132–307.
51 АРГО. Разр. 99. Оп. 1. Д. 29. Л. 7 об.; Окунь С.Б. Указ. соч. С. 69.
52 Цит. по: Широкий В.Ф. Из истории хозяйственной деятельности Российско-Американской компании // ИЗ. 1942. Т. 13. С. 219.
53 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 109. Не менее отрицательно сказалось на репутации РАК и восстание декабристов, поскольку некоторые служащие компании, в том числе и глава ее канцелярии с 1824 г. К.Ф.Рылеев (сменивший И.О.Зеленского), были прямо вовлечены в деятельность Северного общества, а дом Главного правления компании на Мойке у Синего моста, по выражению С.Б.Окуня, стал «своеобразным клубом заговорщиков» (Там же. С.107). Впрочем, декабрьские события 1825 г. не затронули напрямую состав директората РАК: руководству компании вовремя удалось уничтожить все мало-мальски компрометирующие документы, да и царские власти не придавали серьезного значения оппозиции каких-то купцов, в то время как зашаталась сама опора режима – офицерский корпус, из состава которого вышло большинство декабристов.
54 АРГО. Разр. 99. Оп. 1. Д. 29. Л. 11 об.
55 См. список акционеров РАК, опубликованный в указ. работе А.А.Преображенского на с. 295–298.
56 См. составленный С.Г.Федоровой перечень: Основные даты жизни и деятельности Кирила Тимофевича Хлебникова // Хлебников К.Т. Русская Америка в «записках» Кирила Хлебникова. С. 37. Так же: Pierce R.A. Russian America… P. 229–230, 258, 430.
57 Устав Российско-Американской компании, 1844 г. // Тихменев П.А. Указ. соч. СПб., 1863. Ч. 2. Приложение. С. 37.
58 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 109–110.
59 Pierce P.A. Op. cit. P. 404, 459.
60 РГА ВМФ. Ф. 1375. Оп. 1. Д. 25. Л. 445.
61 Pierce P.A. Op. cit. P. 404.
62 ОГПРАК за 1856 г. СПб., 1857. С. 12–13; Тихменев П.А. Указ. соч. С. 282–283.
63 ОГПРАК за 1858 г. СПб., 1859. С. 10; Pierce R.A. Op. cit. P. 554; см. также: Завойко В.С. Впечатления моряка во время двух путешествий кругом света. СПб., 1840. Ч. 1–2.
64 Алексеев А.И. Судьба Русской Америки. С. 191; Алексеева Е.В. Указ. соч. С. 65.
65 Гринёв А.В. Торгово-промысловая деятельность Российско-Американской компании в 1825– 1840 гг. // ИРА. Т. 3. С. 19; его же. Проблема перемещения «столицы» Русской Америки в 1820-х гг. // РДиДВ. С. 134.
66 См.: Доклад Комитета об устройстве русских американских колоний. СПб., 1863. Ч. 1–2.
67 См.: Фуругельм И.В. Отчет по управлению Российско-Американскими колониями с 1859 по 1863 год Капитана 1 ранга Фуругельма. СПб., 1864; Болгурцев Б.Н. От Русской Америки до Владивостока // РА. С. 206–217; Кристенсен А. Анна Николаевна и Иван Васильевич Фуругельм // РАиДВ. С. 196–200.
68 РГА ВМФ. Ф. 1375. Оп. 1. Д. 25. Л. 36–36 об., 460–462.
69 Там же. Л. 330–330 об.
70 Там же. Л. 354.
71 Там же. Л. 445.
72 Макарова Р.В. К истории ликвидации Российско-Американской компании // Проблемы истории и этнографии Америки. С. 272; Алексеев А.И. Освоение русскими людьми… С. 131; Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения и продажа Аляски… С. 192, 260, 280.
73 Участие Н.Н.Анциферова в Главном правлении РАК было обусловлено (несмотря на невысокий чин) наследством: еще в 1810-х гг. крупный пакет – 40 акций – имела Анна Александровна Анциферова (см. список акционеров в работе: Преображенский А.А. Указ. соч. С.298).
74 См. подробнее: Макарова Р.В. Указ. соч. С. 272; Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения и продажа Аляски. С. 2 18–219, 259–260.
75 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 111, 257–258.
76 См.: Galbraith J.S. Op.cit.; Rich E.E. Hudson’s Bay Company. Toronto, 1960. Vol. 1–3; Newman P.C. Company of Adventurers. N.-Y., 1985. Vol. 1–2, etc.
77 Encyclopedia Canadiana.Ottawa, 1957–1958. Vol. 9. P. 316–317; Rich E.E. The Fur Trade and the Northwest to 1857.Toronto, 1967. P. 277.
78 См.: Гринёв А.В., Ирошников М.П. Указ. соч. С. 38–40.
79 Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения и продажа Аляски. С. 259.
80 Агранат Г.А., Куприянов А.Б., Пузанова В.Ф. Население и ресурсы Американского Севера. М., 1963. С. 169.
81 Гринёв А.В. Туземцы Аляски, русские промышленники и Российско-Американская компания: система экономических отношений // Этногр. обозрение. 2000. № 3. С. 83.
82 См., например: Ашин Г.К. Формы рекрутирования политических элит // Обществ. науки и современность. 1998. № 3. С. 86–89.

Текст: © 2002 А.В. Гринёв
Опубликовано: Клио. 2002. № 3. С. 72-84.

Текст статьи предоставлен автором

Гринёв А.В. «Динамика высшей управленческой элиты Российско-американской компании»

В статье рассматривается процесс превращения Российско-американской компании из купеческого объединения в капиталистическое предприятие через призму изменения управляющего аппарата компании — от купцов конца XVIII века до военно-морских офицеров во второй четверти XIX века и гражданских предпринимателей в конце существования компании.