Ермолаев А.Н. «Главное правление Российско-американской компании: Состав, функции, взаимоотношения с правительством, 1799-1871»

Российско-американская компания была образована в 1799 г. Длительные трансформационные процессы, происходившие в среде купеческих компаний, занимавшихся промыслом пушного зверя на Аляске, привели в конце концов к их объединению и созданию Соединенной Американской компании в 1798 г. Указом Павла I от 8 июля 1799 г. эта компания была переименована, взята под императорское покровительство и ей были дарованы новые «правила» и «привилегии». Ведущую роль при создании РАК играли представители клана Шелиховых: камергер Н.П. Резанов, купец М.М. Булдаков и вдова Н.А. Шелихова.1 Одновременно с указом от 8 июля 1799 г. император повелел ввести в состав совета директоров одного представителя от семейства Шелиховых. Должность опекуна по протекции Н.П. Резанова занял великоустюжский купец Михаил Матвеевич Булдаков, зять знаменитого Григория Ивановича Шелихова. Таким образом, еще до официального избрания Главного правления компании, которое согласно правилам должно было состоять из 4 директоров, одну из вакансий занял представитель клана Шелиховых. Сам Николай Петрович Резанов именным указом от 2 декабря 1799 г. был назначен уполномоченным корреспондентом компании с правом ходатайствовать по ее делам у императора.2

Надо сказать, что именно Н.П. Резанов сумел добиться для компании «высочайшего покровительства», на завершающем этапе формирования монополии ему удалось значительно укрепить и расширить влияние клана Шелиховых. Представитель высшей администрации империи обер-секретарь Сената Н.П. Резанов серьезно повлиял также на формирование взглядов М.М. Булдакова. Сообщая ему о подписании императором правил и привилегий компании, он писал: «Теперь директора суть почетные граждане в государстве …Внушите им, чтоб они старались прекращать тяжбы и ябеды и пеклись о пользах государственных, буде хотят, чтоб стулья под ними были прочны».3 М.М. Булдаков внял всем советам Резанова, о чем свидетельствует вся его дальнейшая деятельность.

После получения из столицы известий о подписании императором указа об образовании РАК в Иркутске произошли выборы директоров компании. Первенствующим директором был избран великоустюжский купец Михаил Матвеевич Булдаков, остальными директорами стали иркутские купцы: Яков Николаевич Мыльников, Дмитрий Николаевич Мыльников и Семен Алексеевич Старцев. 16 сентября 1799 г. в одном из храмов Иркутска директора компании были торжественно приведены к присяге. Сразу же после избрания начались разногласия между директорами, М.М. Булдаков, поддержанный Н.П. Резановым, вступил в конфликт с Мыльниковыми.4 В результате указом Правительствующего сената от 19 октября 1800 г. Главное правление РАК было переведено из Иркутска в Санкт-Петербург. В начале января 1801 г., после учреждения Иркутской конторы, Главное правление выехало в столицу, 4 марта того же года оно прибыло в Санкт-Петербург и расположилось в доме действительной статской советницы Полторацкой.5

Вскоре после перевода правления в Санкт-Петербург были произведены перевыборы директоров. Пока точно не удалось установить, когда это произошло. Возможно это было 29 марта 1802 г. на торжественном заседании общего собрания, посвященном вступлению в число акционеров императора Александра I.6 Новыми директорами стали московский купец Е.И. Деларов и рыльский купец Иван Петрович Шелихов, оба были прекрасными знатоками пушного рынка, много лет проработавшими в сфере добычи и продажи «мягкой рухляди». Пост первенствующего директора сохранил за собой М.М. Булдаков. Мыльниковы и другие иркутские акционеры уже не могли влиять на процесс выборов, возможности переехать в столицу у них не было.
На первом этапе существования Российско-американской компании важнейшую роль в управлении ее делами играл первенствующий директор, имевший право решающего голоса в Главном правлении. В руках М.М. Булдакова сосредоточились практически все нити управления этой организации. Первенствующему директору пришлось нелегко. В начале XIX в. монополия оказалась в глубоком кризисе, из-за ошибок при объединении капиталов различных купцов, неправильной оценки активов РАК, неудач в Америке (гибели корабля «Феникс», разгрома Ново-архангельской крепости тлинкитами).7 Кроме того, с переводом правления в Санкт-Петербург и вступлением в число ее акционеров лиц дворянского сословия М.М. Булдакову необходимо было выработать четкую стратегию взаимодействия с лицами более высокого общественного положения, чем он сам и другие директора компании. Если раньше компания состояла из одних только купцов, имеющих преимущество одного над другим только в финансовом плане, то теперь необходимо было наладить отношения с привилегированным сословием, нередко с представителями высшей администрации империи. Директорам РАК необходимо было не только сберечь, но и преумножить капиталы лиц благородного сословия, вложенные в акции монополии. Главное правление обязано было руководить собранием акционеров, выстраивать отношения с дворянами и высшими чиновниками на паритетных началах.

В таких условиях многое зависело от первенствующего директора. Надо сказать, что М.М. Булдакову удалось справиться с задачей, методы его руководства, выбранная им стратегия отчетливо проявились во взаимоотношениях с иркутскими компаньонами. Через полгода после перевода правления в Санкт-Петербург иркутские купцы стали «утруждать Священную Его Императорского Величества Особу» прошением о переводе правления обратно в Сибирь. В Иркутске было созвано незаконное собрание акционеров, которое одобрило текст специального прошения с обстоятельными объяснениями при чин необходимости возвращения Главного правления в Сибирь. Документ подписали 10 компаньонов (3 имеющих право голоса и 7 — не имеющих). Известно, что часть акционеров не явились на собрание и не подписали бумагу. Узнав о действиях иркутских компаньонов, М.М. Булдаков «изъявил на то определение со стороны своей… несогласие». Находясь в это время в Москве, он немедленно созвал всех наличных акционеров в количестве 8 человек (6 имеющих право голоса и 2 — не имеющих) и 16 сентября 1801 г. провел собрание, на котором было принято решение об оставлении Главного правления в столице.8

Уже сам факт выступления первенствующего директора против иркутских компаньонов свидетельствует о его четкой позиции опираться на большинство акционеров, представлявших в тот момент столичное общество. Но больший интерес вызывает составленное М.М. Булдаковым «Мнение на поданное от пребывающих в Иркутске компаньонов о переводе Главного правления в Иркутск прошение».9 Анализ его содержания позволяет раскрыть позицию первенствующего директора, узнать его понимание сущности Российско-американской компании. В отличие от своих иркутских компаньонов, продолжавших считать РАК своей личной организацией и желавших самостоятельно влиять на дела компании, М.М. Булдаков четко заявил, что компания — это уже не прежнее объединение, она является учреждением государственного масштаба. Возражая на претензии иркутских акционеров, заявивших, что директора н Санкт-Петербурге не учитывают их мнение и могут войти в сомнительные торговые операции, М.М. Булдаков писал: «Если бы правление предусмотрело каковой либо новый предмет, составляющий в себе важность, то не прежде оный к компании предложить может как по достаточном подробном того предмета обсуждении и исследованию причин, и буде по плану или вместу правление составлять оный может государственную несомненную пользу, то не входя во исполнение, должно предложить компаньонам пожидать на то Высочайшее Его Императорского величества благоусмотрение».10 Приоритеты были расставлены четко, важные дела Главное правление компании производит с дозволения императора, а потому они не могут быть вредным ни для акционеров, ни для государства в целом.. Покровительство царя, которого удостоилась компания при образовании, было для М.М. Булдакова не просто декларацией, а сильным аргументов в противоборстве с иркутскими компаньонами. Первенствующий директор осознавал всю ответственность своего положения и оценивал компанию как организацию, в существовании которой заинтересовано все государство.
Таким образом, первенствующий директор РАК практически с самого начала организации монополии выбрал стратегию тесного контакта с правительством России. Его принципы понимания компании, как организации государственного масштаба, отложили свой отпечаток как на методы руководства монополией, так и на сам процесс принятия решений в Главном правлении компании. Первенствующий директор всегда стремился отстаивать интересы государства, даже в тех случаях, когда они не сулили больших прибылей для компании.

Между тем в руководстве компании произошли изменения. В 1807 г. по собственной просьбе И.П. Шелихов и Е.И. Деларов ушли в отставку. В конце этого же года в помощь М.М. Булдакову был избран новый директор, богатый санкт-петербургский купец Венедикт Венедиктович Крамер. К своим обязанностям он приступил в 1808 г 11. Некоторое время Главное правление компании было представлено всего двумя директорами. В первые десятилетия деятельности правление столкнулось с немалыми трудностями, которые были связаны не только с финансовыми проблемами компании, но и с многочисленными жалобами и тяжбами различных акционеров в отношении директоров. Против представителей клана Шелиховых, занявших прочные позиции в Главном правлении, первоначально выступил И.Л. Голиков. Как известно, при образовании Российско-американской компании он потерял около 100 тыс. руб. Голиков неоднократно жаловался на директоров компании, обвиняя их в финансовых махинациях, требовал проведения независимой государственной ревизии деятельности Главного правления, но безрезультатно. Только благодаря вмешательству его зятя князя К.А. Багратиона наследники И.Л. Голикова получили частичную компенсацию утраченных капиталов.12

Еще больше проблем возникло у Главного правления в отношениях с чиновниками местной администрации Российской империи. В 1803 г. Камчатский комендант генерал-майор П.И. Кошелев вступил в открытый конфликт с Охотской конторой РАК. Он обвинил контору в незаконной перевозке компанейского груза на казенных кораблях. По его приказу лавка компании на Камчатке была опечатана.13 О злоупотреблениях компании Кошелев рапортовал императору Александру I, заметив, что «Охотская контора РАК угнетает многих бедных и неимущих людей, которым одно имя компании становится отвратительным».14

В 1804 г. дело о злоупотреблениях РАК рассматривал специальный комитет, в который вошли министр коммерции, министр военных сухопутных сил, министр внутренних дел, а также иркутский генерал-губернатор и товарищ министра морских сил. Комитет признал, что компанией действительно были допущены злоупотребления. Главное правление категорически отвергло все обвинения в свой адрес. В июне 1804 г. директора обратились за помощью к одному из почетных акционеров — Николаю Петровичу Румянцеву с просьбой «употребить справедливое Ваше предстательство о защите Российско-американской компании, которая без того ежели продолжатся подобные насчет производства ее огорчения, и будут частные начальники входить в ее внутренние дела и оные рассматривать, может безвинно понести ущерб в доброй своей славе и кредите».15

Рассмотрев дело подробно, граф Н.П. Румянцев решил поддержать компанию. Не снимая вины с ее приказчиков, пытавшихся провезти незаконно груз, он все же высказался против опечатывания лавки компании и приостановления ее деятельности на Камчатке16, Поддержка Н.П. Румянцева была очень важной для РАК, дело о беспошлинном провозе груза компании было приостановлено.

В апреле 1808 г. директора компании решили юридически оформить статус Н.П. Румянцева как покровителя РАК. На общем собрании акционеров было специально рассмотрено дело о трудностях, возникших у компании в отношениях с дальневосточным начальством. Акционеры обратились с просьбой к Николаю Петровичу принять звание ходатая по делам РАК у престола. Директора попросили Н.П. Румянцева «не отвергнуть усерднейшего прошения компании и в звании ее ходатая доставить ей в ее праведных нуждах деятельную помощь, защиту, а у монаршего престола истинное покровительство».17

Предложение общего собрания было неожиданным для министра коммерции. Однако вскоре он ответил директорам: «В прошлом компания неоднократно имела опыт моего попечения в ее пользах, да и впредь всегда найдет готовым стараться в оных».18 В конце апреля директора рапортовали Александру I о том, что на пост ходатая компании избран министр коммерции граф Н.П. Румянцев.19 Покровительство Н.П. Румянцева было важно для РАК еще и потому, что после смерти Н.П. Резанова в 1807 г. у компании не оказалось посредника в отношениях с правительством.

Главное правление РАК, добиваясь назначения Н.П. Румянцева на пост ходатая, рассчитывало, видимо, по-прежнему сохранять свою независимость от правительства. Однако привлечение министра коммерции к делам компании имело еще и оборотную сторону. Теперь министр мог высказывать свои соображения и тем самым влиять на процесс принятия решений. Следующий шаг правительства в отношении компании был уже предсказуем. В 1811 г. в связи с расширением круга деятельности РАК, затрагивающим интересы государства, в министерстве внутренних дел возникла идея подчинения компании департаменту мануфактур и внутренней торговли.

Инициатором такого преобразования выступил глава МВД О.П. Козодавлев. По его поручению директор департамента мануфактур и внутренней торговли Е. Карнеев составил обширную записку, озаглавленную «Об Российско-американской компании».20 Излагая деятельность РАК, Е. Карнеев признал, что за 13 лет своего существования она не «представила правительству ни одного публичного акта, который мог бы дать хотя бы слабое о деятельности компании понятие». Неизвестность о делах компании возродила в публике «недоверчивость, которая до такой степени простирается, что акции ее, в руках частных людей находящиеся, в достоинстве своем приходят в немалый упадок».

Кроме этого, автор записки заметил, что компания принимает активное участие во внешней политике России, а ошибки в этой сфере могут «навлечь ответственность целой империи или, по крайней мере, дать повод к невыгодным заключениям о целой нации и прервать навсегда торговые связи с Россией». Единственным средством для предотвращения потенциальных злоупотреблений компании директор департамента видел в «восстановлении между лицом монаршим и компанией посредника — министра внутренних дел, которому она обязана будет… представлять полные свои отчеты, состоя под непосредственном оного ведением».21

В декабре 1811 г. император Александр I одобрил основные предложения министерства внутренних дел и предписал О.П. Козодавлеву быть в отношении к РАК не только попечителем во всех ее делах и оборотах, но и требовать от директоров компании сведения о всех фактах ее деятельности. «Таковые сведения должна компания представлять мне (Александру I. — А.Е.) впредь через министра внутренних дел, дабы во всякое время все ее действия были подробно известны».22

Оценивая перевод РАК в ведение министерства внутренних дел, С.Б. Окунь заметил, что это явилось началом «подлинного финансового контроля» государства за компанией.23 Стоит, однако, заметить, что в указе Александра I ничего не говорилось о содержании отчетов РАК, их форме и регулярности подношений. Это давало возможность компании отчитываться тогда, когда ей самой будет это необходимо. Таким образом, указ 1811 г. только заложил основы правительственного надзора за деятельностью Российско-американской компании.

Установление государственного контроля было связано не только с тем, что правительство обратило внимание на расширение круга деятельности компании и затрагивание интересов внутренней и внешней политики России, но и с тем, что сама компания была вынуждена искать поддержку у государства, платой за которую стало усиление государственного надзора. Следствием всего этого стало некоторое изменение схемы взаимодействия директоров РАК с правительством. Из-за расширения круга деятельности компании и усложнения ее функций на общем собрании акционеров в феврале 1812 г. было решено в помощь к двум директорам избрать еще двух: санкт-петербургского купца Андрея Ивановича Северина и рыльского купца Сидора Андреевича Шелихова. Первый приступил к должности, «а ко второму было писано в Иркутск, чтоб поспешил сюда прибыть», но Сидор Андреевич не решился перебираться в Санкт-Петербург, и Главное правление продолжало работать в неполном составе.24 Кроме того, в декабре 1813 г. по инициативе директоров РАК был создан Особый совет Российско-американской компании, состоящий из трех видных акционеров и призванный решать сложные политические вопросы. Фактически Особый совет превратился в посредника между Главным правлением и правительством, причем члены совета практически всегда поддерживали директоров монополии.25 Усложнение административного аппарата компании привело к изменению процесса выработки решений. Теперь уже к обсуждению проблем монополии были привлечены влиятельные акционеры, занимающие, как правило, высокие административные должности. Директора компании использовали членов совета для лоббирования своих интересов, поддержания привилегированного статуса компании.

В 1819 г. встал вопрос о продлении привилегий компании, срок действия первого устава истекал именно в этом году. Проблемы разработки второго устава детально изучены академиком Н.Н. Болховитиновым.26 Весной 1819 г. Главное правление РАК предложило на рассмотрение правительства новый вариант основного документа компании. Директора РАК выступили с программой расширения привилегий компании. Важным был п. 14 проекта привилегий, директора ходатайствовали о приравнивании службы в компании к государственной службе.27 Заметим, не правительство шло на сближение с компанией, а само руководство монополии стремилось приблизиться к государству, именно директора предпринимали шаги, направленные на сращивание аппарата компании с административным аппаратом страны.

В новом уставе, принятом в сентябре 1821 г., было записано, что компания «обязана стараться всевозможными мерами оправдать доверие оной сделанное: сохранять в целости колонии, исключительно в ее пользу предоставленные» (п. 35). Компания должна была отчитываться перед правительством о своей деятельности. Министр финансов имел право предпринимать все необходимые меры к исправлению отступлений компании от устава (п. 64). Таким образом, в уставе 1821 г. впервые были прописаны права и обязанности Российско-американской компании перед правительством. Второй устав компании, принятый в 1821 г., способствовал усилению государственного контроля за деятельностью монополии.

Тесные контакты руководства Российско-американской компании с правительством, которые оборачивались для нее усилением государственного контроля, не вызывали особого восторга у многих акционеров РАК. Больше всего интересна реакция акционеров-купцов, которых в компании было еще немало. Некоторые из акционеров совершенно не хотели мириться с такой политикой Главного правления. В мае 1823 г. на общем собрании акционеров был рассмотрен вопрос об отправки кораблей в навигацию следующего года. Возникли некоторые разногласия, для устранения которых был создан специальный комитет из акционеров РАК. В него вошли нарвский купец Егор Карлович Сутхов, петербургский купец Степан Чаплин, титулярный советник Василий Федорович Беляев и лейтенант флота Василий Николаевич Берх. Как только комитет начал работать, вскрылись серьезные упущения в работе директоров В.В. Крамера и А.И. Северина. Оказалось, что Главное правление купило в 1820 г. корабль «Елену» без всякой надобности. Выяснилось также, что бывший владелец корабля американец Дж. Д’Вульф продолжал эксплуатировать судно даже после того, как получил за него деньги, По мнению комитета, общий ущерб от этой махинации составил 200 тыс. руб.28

Осенью 1823 г. комитет завершил свою работу и представил подробный отчет Особому совету компании. Члены комитета признали, что В.В. Крамер и А.И. Северин совершили ряд предприятий, нанесших вред всей компании. Во-первых, были посланы разорительные для РАК экспедиции в Тихий океан. Корабль «Кутузов», отправленный в колонии в 1820 г., был там совершенно не нужен, так как перед этим в Русскую Америку отплыл корабль «Бородино» со всеми необходимыми продуктами и товарами. Два корабля — «Елена» и «Елизавета» куплены без всякой надобности, кроме того, на их ремонт было потрачено очень много денег.29 Во-вторых, по мнению комитета, в последнее время очень сильно увеличились расходы по Сибирским конторам. Третье обвинение касалось непосредственно директоров РАК. Их обвинили в использовании денежных средств компании в личных целях, в необоснованных выплатах разных премий и вручении денежных наград семье Л.А. Гагемейстера.30 Комитет постановил, что экспедиции вокруг света необходимо посылать не чаще чем один раз в три года, что расходы по Сибири надо снизить и взыскать с В.В. Крамера сумму, заплаченную им за корабль «Елена», а также наказать директоров за использование капиталов компании в личных целях.31

Представили члены комитета и свою точку зрения на причины, приведшие РАК к такому положению дел. Комитет выделил три главные причины кризиса компании. Во-первых, «удаление в 1818 году от управления колониями в Америке господина Баранова и преобразование дел в оных; во-вторых, отзыв первенствующего директора господина Булдакова в том же году, что он по случаю постигших его удара и болезни вовсе от службы отказывается… в-третьих, что с сего времени, когда господа директора Крамер и Северин приняли в единственное заведение все дела компании, возникли в полной силе нерасчетливость, худое хозяйство и неосмотрительность».32 Как видим, акционеры связывали тяжелое положение компании не только с личностью директоров, но и с их политикой относительно преобразований в Русской Америке. Члены комитета выступили против реформ Л.А. Гагемейстера, которые, как известно, были направлены на разрушение экономической заинтересованности промышленников в результатах своего труда.33

Детальную критику реформ Леонтия Андреяновича мы находим в анонимной «Записке о зловредном влиянии Л.А. Гагемейстера на дела Российско-американской компании». Автор записки был явно человеком близким к комитету, возможно даже одним из его членов. Вот что он пишет о реформах Гагемейстера: «Он уничтожил паи и положил промышленникам жалование — перемена сия вредна как для компании, так и для промышленников, для компании вредна потому, что промышленники, имея в виду известное жалование, перестали заботиться об улучшении промышленности и от того промышленность в последние годы приметно упала». Но наибольший вред, по мнению автора записки, принес запрет торговли с иностранцами. Баранов успешно вел такую торговлю и снабжал всем необходимым колонии, Л.А. Гагемейстер же «запретил продавать котов и всех велел высылать в Россию». В заключении автор пишет: «Я всегда говорил, говорю и, пока жив, утверждать буду, что если бы Александр Андреевич (Баранов. — А.Е.), владея прежними силами, прожил бы еще в Америке десять лет и если бы Михаил Матвеевич (Булдаков. — А.Е.) такое же время поуправлял компанией по-прежнему, то компания наша наверно стала бы наряду с первыми европейскими компаниями, обладающими отдельными морями и землями… Я неохотно, но должен сказать правду, что компания значит теперь совсем не то, что значила за пять лет перед сим. Главнейшая к тому причина есть запрещение расторжек с иностранцами в Америке, и главный виновник тому есть Гагемейстер».34

Таким образом, есть все основания утверждать, что в начале 20-х годов XIX в. среди акционеров компании выделилась группа лиц, недовольных деятельностью директоров, по сути дела сложилась оппозиция к Главному правлению. Недовольные акционеры выступали не только против частных злоупотреблений директоров, но и в целом против той политики, которую вело Главное правление компании. Политика же директоров не учитывала экономические интересы акционеров. Держатели акций требовали от Главного правления коммерческих выгод, а не решения государственных задач.

Конфликт в компании был разрешен при активной посреднической деятельности адмирала Н.С. Мордвинова. Сами акционеры призвали его быть арбитром в споре. Изучив все документы, Николай Семенович «нашел в действиях правления некоторые неудачные дела», но они, по его мнению, «от случайных обстоятельств проистекают». А потому «не токмо не благоразумно было бы заводить о сем следствие, но даже очень вредно и для собственных капиталов компании, ибо от подобного действия могли бы потерять акционеры наши достоинство свое». Н.С. Мордвинов все же предлагал навести порядок в делах компании и рассмотреть вопрос об увольнении директоров РАК.35

Мнение адмирала было признано единственно правильным. Авторитет Н.С. Мордвинова был очень велик среди акционеров. Директор В.В. Крамер был уволен, а на его место 24 июня 1824 г. был избран петербургский первой гильдии купец Н.И. Кусов. Еще до конфликта на пост директора компании был приглашен другой купец — И.В. Прокофьев. Иван Васильевич был правителем Московской конторы РАК и пользовался авторитетом среди акционеров, после того как в 1812 г. при взятии Наполеоном Москвы сумел организовать эвакуацию всех капиталов конторы за пределы города.36 И.В. Прокофьев вступил в должность директора в 1823 г. и принял активное участие в конфликте. В своем письме в Особый совет он предложил ряд конкретных мер по сокращению расходов компании и рекомендовал восстановить торговлю с иностранцами.37

Сочетание интересов компании и государства отразилось в деятельности нового директора РАК Н.И. Кусова. Николай Иванович был потомком одного из богатейших купцов Санкт-Петербурга — Ивана Васильевича Кусова. Вместе со своим братом Алексеем он основал торговую фирму «Санкт-Петербургских первостатейных купцов Ивана Кусова сыновья». Николай Иванович активно занимался торговыми операциями, что не мешало ему принимать участие в государственных делах. В 1824 г. он был избран Петербургским городским головой и вплоть до 1833 г. неизменно занимал этот пост. Н.И. Кусов состоял членом Вольного экономического общества, работал во многих комитетах при разных министерствах и активно занимался благотворительностью. В 1826 г. император Николай I возвел его в дворянское достоинство, к 1850 г. он дослужился до действительного статского советника и был награжден орденом Св. Владимира 3 степени и орденом Св. Анны 2 степени. Директором РАК Н.И. Кусов был до 1856 г. Кстати, в 1866 г. его племянник Алексей Алексеевич Кусов получил баронское достоинство.38

В 30-е годы XIX в. оппозиция к Главному правлению РАК практически перестала существовать. Однако конфликты между директорами и акционерами все же случались. В 1834 г. ряд акционеров компании высказали свое недовольство деятельностью Главного правления РАК. Более трех десятков держателей акций подписали ходатайство в Особый совет РАК с просьбой назначить комитет для обревизования дел компании. Однако совет постановил, что дело в оборот пускать нельзя, так как «это возродило бы самое невыгодное мнение в публике о благонадежности состояния дел компании и обратилось бы к потрясению общего к ней доверия».39 Совет рекомендовал более тщательно рассматривать книги и балансы Главного правления во время ежегодных отчетов директоров, чтобы потом не возникало надобности вновь возвращаться к их содержанию.

С принятием третьего устава компании в 1844 г. конфликты между акционерами и Главным правлением больше не повторялись. А.В. Гринев утверждает, что новое продление привилегий «прошло удивительно гладко», он указывает на то, что политика Николая I была консервативной и «функционирование компании вполне устраивало царские власти». По его мнению, правительство «практически единодушно выступило за продление привилегий Российско-американской компании на новый срок».40

Это не совсем так. Достаточно сказать, что продление привилегий затянулось на четыре года, впервые проект привилегий компания представила в правительство в мае 1840 г., а новый устав был утвержден только в октябре 1844 г. При внимательном рассмотрении процесса продления привилегий выясняются любопытные детали. В поданном в мае 1840 г. проекте нового устава вновь испрашиваемых привилегий было немного, в основном они касались уточнения или расширения старых пунктов привилегий. Обращает на себя внимание п. 3 проекта привилегий, непосредственно касавшийся взаимоотношений с правительством. Вот как он был сформулирован: «Всем присутственным местам и начальствующим лицам Главное правление (компании. — А.Е.) принимать за Правительствующее учреждение и оказывать всемерную помощь не только Главному правлению, но и конторам и комиссионерствам».41

Данный проект устава, предложенный директорами компании, свидетельствует о явном желании Главного правления считать компанию государственной организацией. Как же отнеслось к этому правительство России? В январе 1841 г. Соединенный департамент государственной экономии и законов Государственного совета отклонил проект устава Российско-американской компании. В решении было записано: «Правительству не известны в подробностях дела компании, ни то, что она сделала за последние 40 лет своего существования». Департамент предложил: «1) существование Российско-американской компании с предоставленными ей в 1821 г. правами и привилегиями отсрочить до 1 января 1852 г. с тем, чтобы, по крайней мере за 5 лет до истечения сего срока она непременно представила Министру финансов соображения свои касательно своих действия, и тогда она внесла проект нового устава. 2) коммерческому совету заняться делом учреждения промыслов и торговли в Американских колониях на таких основаниях, которые более соответствовали выгодам коммерции и общим пользам государства».42 Как видим, Соединенный департамент не только отклонил предложенный вариант устава компании, но и решил ограничить сроки существования компании и реорганизовать ее право на монопольную добычу и продажу пушнины.

Хотя предложения Соединенного департамента не были приняты, компании пришлось нелегко, ушел не один год на то, чтобы директора смогли доказать свою пользу для государства. Только в октябре 1844 г. был принят новый устав компании. В него не вошли многие предложения директоров, направленные на дальнейшее сращивание РАК с государством.

В это же время произошли серьезные изменения в составе Главного правления РАК. В марте 1841 г. в связи с окончанием срока привилегий РАК на общем собрании было решено полностью переизбрать Главное правление компании. Соответствующее уведомление было послано в министерство финансов. Однако в департаменте мануфактур и внутренней торговли рассудили, что «новое избрание замедлит решение вопроса о новом уставе, ибо новые члены правления могут не знать о делах компании в той степени, которая требуется для исполнения сего». Департамент предложил «отложить избрание членов правления до утверждения нового устава».43

В результате в октябре 1841 г. общее собрание акционеров решило не переизбирать директоров. Однако уже в январе 1842 г. акционеры подняли вопрос о включении в число директоров контр-адмирала Ф.П. Врангеля, работавшего с 1838 г. советником по колониальным делам при Главном правлении РАК. На общем собрании 20 января 1842 г. Ф.П. Врангель был поддержан большинством акционеров и вступил в должность.44 Став директором, Фердинанд Петрович Врангель затребовал себе дополнительных полномочий. Сразу же после избрания он обратился к министру финансов Е.Ф. Канкрину с официальным заявлением. «По причине четного числа директоров, — писал он, — в случае разделения голосов поровну, Главное правление может затрудниться исполнением, а по сему, не благоволите ли Ваше Сиятельство постановить, чтобы в подобных случаях исполнение производилось по такому мнению, к которому принадлежит мой голос, ибо без такого постановления, прежние директора до последней крайности противившиеся моему избранию, могут противосставлять всегдашние преграды мерам, клонящим к ведению порядка и отчетности в делах».45

Важно отметить, что сам Фердинанд Петрович был единственным в составе директоров представителем высшей военно-морской бюрократии и купцы Н.И. Кусов, А.И. Северин и И.В. Прокофьев препятствовали его избранию в состав Главного правления. Дополнительные полномочия Ф.П. Врангелю получить все же не удалось. В департаменте мануфактур и внутренней торговли решили, что в случае возникновения разногласий в Главном правлении достаточно будет вынести спорный вопрос на рассмотрение Совета РАК и тогда уже принять окончательное решение.46

Несмотря на то что Ф.П. Врангель не сумел получить дополнительных полномочий в 1842 г., через два года ему удалось разрешить вопрос в свою пользу. Согласно новому уставу компании, утвержденному правительством 10 октября 1844 г., состав Главного правления был увеличен с 4 человек до 5. Один из директоров должен был принять на себя звание председателя. После принятия нового устава компании 19 декабря состоялось общее собрание акционеров. Большинством голосов председателем Главного правления РАК был избран Ф.П. Врангель. Свои посты за собой сохранили А.И. Северин, И.В. Прокофьев и Н.И. Кусов, новым директором был избран полковник Владимир Гаврилович Политковский.47

По сути дела вопрос об уходе из совета директоров лиц купеческого происхождения был уже решен. Начиная с середины 40-х годов на смену купцам стали приходить гражданские и военные чиновники. В 1845 г. после смерти И.В. Прокофьева на его место был избран бывший командующий лейб-гвардии Его императорского величества кирасирского полка, участник Отечественной войны 1812 г., георгиевский кавалер генерал-лейтенант Владислав Филиппович Клюпфель.48 В следующем году вместо ушедшего в отставку А.И. Северина директором стал капитан 1 ранга (в дальнейшем контр-адмирал) Адольф Карлович Этолин. Это был опытный моряк, почти 20 лет прослуживший на кораблях компании и хорошо знавший Русскую Америку.49

В декабре 1850 г., вследствие прошения председателя Главного правления Ф.П. Врангеля об увольнении его с должности по случаю вынужденного длительного отъезда из столицы, на его место был избран генерал-майор В.Г. Политковский. Освободившуюся вакансию директора занял выбранный на эту должность статский советник барон Василий Егорович Врангель, служивший начальником II отделения департамента корабельных лесов морского министерства.50

В последний период деятельности компании руководство этой организации значительное внимание уделяло освоению Дальнего Востока. В течение 1843-1845 гг. Охотская фактория РАК была переведена в залив Аян. В сентябре 1846 г. император повелел присвоить новой фактории наименование Аянского порта Российско-американской компании.51

Новый порт превратился не только в перевалочную базу компании, но и в важный опорный пункт для продвижения русских к Амуру. В изучении и освоении Приамурья не последнее место сыграла и Российско-американская компания. В конце 1844 г. министерство иностранных дел обратилось к компании с просьбой снарядить морскую экспедицию по изучению устья Амура. Председатель Главного правления Ф.П. Врангель охотно согласился выполнить поручение правительства. Через два года из колоний в Охотское море был отправлен бриг компании «Константин» под командованием подпоручика Гаврилова. В течение лета 1846 г. Гаврилову удалось изучить южное побережье Охотского моря, сделать промеры глубин, изучить грунт около берегов. Хотя Гаврилову и не удалось подробно изучить устье Амура, экспедиция имела большое разведывательное значение. Правительство оплатило компании все расходы, понесенные на организацию плавания брига «Константин».52

Выполнение правительственных поручений послужило причиной для того, чтобы Главное правление компании поставило перед правительством вопрос о государственных функциях монополии. В апреле 1845 г. директора обратились в департамент мануфактур и внутренней торговли с представлением, где было сказано, что компания ежегодно тратит на содержание колоний 32% прибыли, на управление делами в России — 12%, на пошлины в Кяхте — 27%, на торговые расходы в России — 16% и на дивиденды акционерам — 12%. Для облегчения финансового положения компании директора просили предоставить ей специальные льготы по торговли в Кяхте. Министр финансов Ф.П. Вронченко «дал знать компании, что при настоящем положении дел на Кяхте в Китае он не находит возможным ходатайствовать для компании исключительных льгот в торговле ее на Кяхте, ибо это может послужить к стеснению прочих торгующих там купцов».53

Главное правление компании проявило настойчивость. Ответ министра финансов ее не удовлетворил, и 21 сентября 1845 г. оно вновь обратилось в министерство. Отмечая, что треть прибыли РАК расходуется на содержание колоний, охрану их от враждебных племен, содержание чиновников и морских офицеров, директора доказывали, что Российско-американская компания отличается от всех остальных акционерных обществ. Большие расходы компании на содержание колоний приводят к постепенному истощению денежных средств, что «неминуемо повлечет за собой расстройство дел компании и тогда Правительство или должно будет принять на себя управление колониями и лишиться ныне получаемых от торговли компании выгод … или, наконец, должно отказаться от колоний и предоставить их в пользу другой нации».54

Столь смелое заявление Главного правления заканчивалось изложением требований по предоставлению дополнительных льгот компании. Директора предлагали: 1) снизить пошлины на чай до 40 копеек за фунт, это позволило бы сократить расходы по кяхтинской торговли с 228 тыс. руб. до 91 тыс. руб. в год; 2) дозволить РАК вносить пошлины с продажи чая в рассрочку; 3) отменить пошлину на пушной товар в Кяхте.55

На первом этапе прохождения дела компания получила поддержку департамента мануфактур и внутренней торговли. Однако Совет министра финансов постановил, что дело это нуждается в дополнительной проработке. Через три года после сбора всех данных и подсчета всех показателей в сентябре 1848 г. Совет министра финансов выдал следующее заключение: «Представляется один только способ оказать компании вспомоществование: ссудой из Государственного заемного банка с возвратом долга каждогодно равными частями в течение действия привилегий, то есть по 1 января 1862 года».56

Компании не удалось получить дополнительных привилегий, хотя директора и заявили о государственных функциях монополии. Действительно, скорее это были не государственные, а административные функции, которые выполняла компания с самого первого дня своего образования. Со временем эти функции просто стали выходить на первый план, а сама компания превращаться из торгово-промышленной организации в управленческую структуру, тесно сотрудничавшую с правительством России в различных областях, в том» числе и в освоении Дальнего Востока.

В 1850 г. при поддержке военных моряков с транспорта «Байкал» под командованием Г.Н. Невельского компания основала селение Петровское в устье Амура. Уже в следующем году бриг РАК «Шелихов» доставил на Амур первых русских поселыциков, припасы и скот. В апреле 1853 г. император возложил на компанию задачу освоения о. Сахалина. Согласно Высочайшему указу весь остров был передан во владение монополии на тех же принципах, что и все остальные территории, которыми владела компания в Русской Америке. В сентябре этого же года в заливе Анива был основан Муравьевский пост, ставший основной базой компании на острове. Однако дальнейшее освоение Приамурья и Сахалина было приостановлено начавшейся Крымской войной, после окончания которой последовал указ императора о возвращении острова в ведение правительства. Прямые финансовые затраты компании на освоение Приамурья и Сахалина составили 388 251 руб. Правительство же компенсировало ей всего 135 889 руб.57 В июле 1859 г. по представлению Сибирского комитета «за ревностное участие» в деле освоения Приамурья и Сахалина Российско-американская компания была удостоена высочайшего благоволения, а председатель Главного правления В.Г. Политковский награжден пожизненным пенсионом в размере 2 тыс. руб. ежегодно.58

Между тем из руководства компании вышел последний директор, происходивший из купеческого сословия. На общем собрании акционеров 8 декабря 1856 г. на место умершего Н.И. Кусова был избран начальник кораблестроительного департамента морского министерства контр-адмирал Михаил Дмитриевич Тебеньков. Так же, как и А.К. Этолин, М.Д. Тебеньков был прекрасным знатоком Русской Америки, в 1845-1850 гг. был Главным правителем колоний.59 В январе 1859 г. по случаю болезни В.Е. Врангеля на его место был избран контр-адмирал Василий Степанович Завойко.60

Согласно уставу 1844 г. все директора компании были приравнены к VI классному чину табеля о рангах. Это означает, что произошла интеграция руководящих органов компании в общегосударственную административную систему. Но, во-первых, не все служащие компании были приравнены к государственной службе, а лишь ее руководство, а во-вторых, необходимо выяснить, кто больше был заинтересован в такой интеграции: государство или сама компания?

Нежелание правительства признавать государственное положение Российско-американской компании проявилось в 60-х годах XIX в., когда вновь встал вопрос о продлении привилегий. Наиболее четко правительственное мнение выразил вел. кн. Константин. В феврале 1861 г. он выступил с резкой критикой деятельности компании. В своей знаменитой записке он писал: «Российско-американская компания не оправдала высочайшего доверия правительства, которое предоставило ей в управление колонии», однако в этом не виновато ни Главное правление компании, ни правительство, «это есть следствие ошибочности самого устройства управления, при котором интересы торговые не всегда совпадают с видами правительства, и тогда уже права администратора, судьи и деятельность купца не должны никогда соединяться в одном лице или учреждении».61 Как видим, один из ведущих государственный деятелей той эпохи, родоначальник многих реформ в России вел. кн. Константин не признавал Российско-американскую компанию государственным учреждением.

В октябре 1861 г. из колоний вернулись государственные инспектора С.А. Костливцов и П.Н. Головин. Оба инспектора представили на рассмотрение своему начальству обширные доклады с изложением всех необходимых мер, способных, по их мнению, улучшить положение Русской Америки. Инспектора предложили также для рассмотрения вопроса о продлении привилегий создать особый правительственный комитет.62

Министр финансов A.M. Княжевич согласился с мнением инспекторов и в начале декабря 1861 г. назначил директора департамента мануфактур и внутренней торговли А.И. Бутовского председателем «Комитета об устройстве русских американских колоний». В декабре был сформирован состав этого Комитета из представителей трех министерств: финансов, морского и иностранных дел. В дальнейшем в состав комитета были введены представители министерства государственных имуществ, министерства внутренних дел и министерства юстиции.

В расширенном составе Комитет продолжал свою работу до весны 1863 г. В мае 1863 г. Комитет представил министру финансов обширный «Доклад об устройстве российско-американских колоний». Комитет решил: 1) привилегии РАК необходимо продлить на 12 лет, т.е. до 1 января 1874 г.; 2) освободить алеут от обязательного труда в пользу компании; 3) срок службы креолов ограничить пятью годами; 4) разрешить селиться в русских колониях всем желающим российским подданным для промысла пушнины в тех местах, которые не заняты компанией; 5) главное управление краем и наблюдение за компанейской администрацией вверить назначаемому высочайшей властью Военному губернатору; 6) открыть для иностранной торговли два порта РАК — Ново-Архангельск на о. Ситха и Павловскую гавань на о. Кадьяке; 7) передать РАК под ведомство морского министерства; 8) учредить военное крейсерство в колониях.63

Заключение Комитета вызвало решительный протест со стороны руководства РАК. Вскоре был составлен специальный отзыв на заключение, в котором Главное правление отвергло практически все инициативы Комитета, за исключением военного крейсерства в колониях. Особый протест компания высказала против учреждения военного губернаторства в колониях. По мнению Главного правления, пост военного губернатора в Русской Америке является не просто лишним, но и вредным, поскольку «торговля и промышленность не могут действовать с пользою при казенном управлении … равно и соединение их в одном начальствующем правительственном лице не может быть допустимо».64

Весной 1865 г. департамент Государственной экономии, в который уже раз, рассмотрел дело о реформировании РАК и, наконец-то, вынес окончательное решение. Департамент постановил, что «правительство не может принять в свое непосредственное управление обширную и отдаленную страну, в которой оно в настоящее время не имеет никаких почти средств для поддержания своей власти, а потому необходимо сохранить Российско-американскую компанию и продлить срок ее привилегий до 1 января 1882 г. Во всем остальном департамент полагал согласиться с мнением Комитета.65 Заключение департамента было одобрено Государственным советом, а 14 июня 1865 г. было утверждено императором Александром I.66

Осенью 1865 г. на общем собрание акционеров были рассмотрены предложенные правительством документы. Компаньоны сделали ряд замечаний. Особо было отмечено, что Российско-американская компания может нести возложенные на нее обязанности только при сохранении за ней двух главных привилегий: промысловой и торговой монополий на всей территории Русской Америки. В октябре 1865 г. департамент государственной экономии рассмотрел все предложения общего собрания акционеров и рекомендовал их принять. Наконец, 2 апреля 1866 г. мнение Государственного совета было утверждено императором.67

Политика правительства в отношении Российско-американской компании в 60-х годах XIX в. была направлена на ее «разгосударствление», ограничение ее привилегий и монополий, уравнение ее с другими акционерными компаниями России. Эта политика дала свои результаты. 15 сентября 1865 г. на общем собрании акционеров было решено переизбрать состав Главного правления, в отставку ушли А.К. Этолин, B.C. Завойко и В.Ф. Клюпфель. Вместо них были избраны тайный советник Егор Егорович Врангель, генерал-лейтенант Эдуард Николаевич Тилло и санкт-петербургский 1 гильдии купец Николай Иванович Любавин.68 На общем собрании акционеров 20 апреля 1866 г. председателем правления РАК был избран Е.Е. Врангель вместо ушедшего в отставку В.Г. Политковского.69 Таким образом, в середине 60-х годов XIX в. началась демилитаризация Главного правления Российско-американской компании.

Новой тенденции не суждено было закрепиться. В марте 1867 г. был заключен договор о продаже Русской Америки, а 8 апреля министр финансов М.Х. Рейтерн известил об этом Главное правление компании и рекомендовал ему созвать общее собрания акционеров для проведения условий договора в жизнь. Общее собрание, созванное 21 апреля 1867 г., избрало пять новых директоров, которые должны были заняться ликвидацией дел компании в России и Америке. В Главное правление вошли тайный советник Е.Е. Врангель (на правах председателя), генерал-лейтенант Э.И. Тилло, санкт-петербургский 1 гильдии купец Н.И. Любавин, вице-адмирал М.Д. Тебеньков и коллежский асессор Николай Николаевич Анциферов.70 В связи с продажей колоний функции правления компании сильно изменились, теперь директора занимались в основном финансовыми вопросами: распродажей имущества, получением компенсации за утраченные колонии и расчетами с акционерами.

Российско-американская компания просуществовала до 1871 г. На общем собрании акционеров 11 апреля 1871 г. был заслушан последний отчет Главного правления РАК, отмечалось, что основные расчеты по ликвидации компании уже произведены, к 1 апреля оставалось в ликвидации 247 875 руб. 11 коп. Общее собрание постановило распустить Главное правление компании, а для производства окончательных расчетов по активам в звании директора оставить одного купца Н.И. Любавина. 4 мая 1871 г. вышел указ Правительствующего сената о ликвидации Главного правления РАК.71

За более чем 70-летний период Главное правление компании подверглось значительной трансформации. Первоначально оно состояло исключительно из купцов регионального уровня, затем в его состав вошли столичные предприниматели. В 40-е годы XIX в. директорами компании стали избирать чиновников морского и военного ведомств, и, наконец, в последний период деятельности РАК наметилась тенденция демилитаризации состава Главного правления.

Процесс изменения состава совета директоров был обусловлен двумя причинами: с одной стороны, сами члены Главного правления сознательно шли на сближение с государственной властью, стремясь получить дополнительные возможности для поддержания привилегированного статуса компании, с другой, постепенно нарастал государственный контроль за деятельностью монополии. Все это повлияло на процесс принятия решений в правлении компании. Первоначально важное влияние на выработку решений оказывали личные убеждения директоров компании. Первенствующий директор М.М. Булдаков оценивал РАК как организацию государственного масштаба, стараясь не упускать из вида интересы правительства.

С изменением структуры компании, появлением в ее составе новых органов, расширением круга ее деятельности и усилением влияния государства на ее дела процесс принятия решений значительно усложнился. К обсуждению вопросов, рассматриваемых в компании, были привлечены представители высшей администрации империи, работавшие как в Особом совете компании, так и в правительстве России. Разумеется, интересы государства в этом случае учитывались в полной мере. Нередко это даже мешало собственно коммерческой деятельности компании. Монополия превратилась в особое торгово-административное учреждение, что вполне устраивало само Главное правление, но чем были очень недовольны власти. Неслучайно Великий князь Константин выступил с резкой критикой РАК, предложив даже ликвидировать эту организацию. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что Российско-американскую компанию все же нельзя считать государственной структурой, даже на заключительном этапе своего существования это была особая торгово-административная организация, сочетавшая в себе функции управления и коммерческой деятельности.

Примечания

1 Подробно об образовании РАК см.: История Русской Америки. М., 1997. Т. 1. С. 322-376. Петров А.Ю. Образование Российско-американской компании. М., 2000. С. 120.
2 Петров А.Ю. Образование Российско-американской компании // История Русской Америки. Т. 1. С. 358.
3 Болховитинов Н.Н. Н.П. Резанов и учреждение Российско-американской компании // Проблемы всемирной истории: Сб. статей в честь А.А. Фурсенко. СПб.,2000. С. 23-24. Письмо Н.П. Резанова М.М. Булдакову и А.Г. Булдаковой от 14 июля 1799 г. опубликовано в: Там же. С. 25-27.
4 Иркутская летопись. Иркутск, 1911. С. 159. А.В. Гринев неверно указывает состав первого совета директоров РАК. Николай Прокопьевич Мыльников никогда не входил в число директоров компании, а Иван Петрович Шелихов вошел в состав Главного правления не в 1799 г., а несколько позже, предположительно в 1802 г. См.: Гринев А.В. Динамика высшей управленческой элиты Российско-американской компании // Клио: Журнал для ученых. 2002. № 3(18). С. 76.
5 Российский государственный архив древних актов. Ф. 1605. Оп. 1. Д. 167. Л. 1(Далее: РГАДА).
6 Прибавление к Санкт-Петербургским ведомостям. 1802. 4 апр. № 27.
7 Подробнее об экономическом кризисе в РАК см.: Петров А.Ю. Финансово-хозяйственная деятельность Российско-американской компании (1804-1820 гг.) // Американский ежегодник. 2001. М., 2003. С. 114-137.
8 РГАДА. Ф. 1605. Оп. 1. Д. 167. Л. 4.
9 Там же. Л. 1-9.
10 Там же. Л. 5.
11 Директор РАК В.В. Крамер — общему собранию акционеров, 22 августа1813 г. // Американский ежегодник. 2001. М., 2003. С. 221. Публикацию подготовил А.Ю. Петров.
12 Петров А.Ю. Образование Российско-американской компании. М., 2000.С. 121, 122.
13 Выписка из рапорта камчатского коменданта генерал-майора Кошелева, 3 декабря 1803 г. // Российский государственный исторический архив. Ф. 13. Оп. 1. Д. 146.Л. 8-9 об. (Далее: РГИА).
14 Рапорт Кошелева Александру I, 30 декабря 1803 г. // Там же. Л. 2.
15 Донесение Главного правления РАК Н.П. Румянцеву, 20 июня 1804 г. // Там же. Л. 26-26 об.
16 Н.П. Румянцев — Х.А. Ливену, 19 июля 1804 г. // Там же. Л. 48 об.
17 Донесение Главного правления РАК Н.П. Румянцеву, 21 апреля 1808 г. // Там же. Д. 381. Л. 1 об.
18 Н.П. Румянцев — Главному правлению РАК, 9 мая 1808 г. // Там же. Л. 2.
19 Донесение Главного правления РАК Александру 1,30 апреля 1808 г. // Там же. Л. 3.
20 СБ. Окунь приводит обширные цитаты из этого документа, ошибочно полагая, что его автором был О.П. Козодавлев. Однако на подлинном документе стоит подпись Е. Карнеева и сказано, что он предназначается для министра внутренних дел. См.: Записка «Об Российско-американской компании», сентябрь 1811 г. // РГИА.Ф. 18. Оп. 5. Д. 1200. Л. 13; Окунь СБ. Российско-американская компания. М.; Л.,1939. С. 93-94.
21 Записка «Об Российско-американской компании», сентябрь 1811 г. Л. 1-13.
22 Александр I — О.П. Козодавлеву, 15 декабря 1811 г. // Там же. Л. 14-15 об. В декабре 1819 г. департамент мануфактур и внутренней торговли был передан из МВД в министерство финансов. В ведении этого министерства компания находилась практически до своей ликвидации. См.: Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения 1815-1832 гг. М., 1975. С. 163.
23 Окунь С.Б. Указ. соч. С. 93.
24 Донесение РАК императору Александру I, 29 февраля 1812 г.// РГИА. Ф. 18.Оп. 5. Д. 1349. Л. 1-1 об.
25 Подробнее см.: Ермолаев AM. Временный комитет и особый совет Российско-американской компании: контролирующие или совещательные органы (1803-1844) // Американский ежегодник 2000. М., 2002. С. 232-249.
26 Болховитинов Н.Н. Русско-американские отношения 1815-1832 гг. С. 134-182; История Русской Америки. М., 1999. Т. 2. С. 314-331.
27 Проект привилегиям, апрель 1819 г. // Архив внешней политики Российской империи. Ф. РАК. Оп. 888. Д. 288. Л. 91 (Далее: АВПРИ).
28 Копия журнала комитета, составленного при Российско-американской компании, направленного Особому совету РАК, 13 июня 1823 г. // РГИА. Ф. 994. Оп. 2.Д. 840. Л. 2-6. См. также: История Русской Америки. Т. 2. С. 333.
29 Постановление комитета, учрежденного при Российско-американской компании, октябрь 1823 г. // РГИА. Ф. 994. Оп. 2. Д. 843. Л. 2 об.
30 Там же. Л. 7.
31 Там же. Л. 8 об.-9.
32 Копия с постановления комитета, 9 октября 1823 г. // Там же. Л. 29 об.
33 История Русской Америки. Т. 2. С. 339-344.
34 АВПРИ. Ф. РАК. Оп. 888. Д. 232. Л. 1 об.
35 Н.С. Мордвинов — акционерам РАК, б.д. // РГИА. Ф. 994. Оп. 2. Д. 843.Л. 41-42.
36 Донесение Совета РАК Е.Ф. Канкрину о присвоении И.В. Прокофьеву звания коммерции советника, 31 декабря 1824 г. // Там же. Ф. 18. Оп. 5. Д. 1369. Л. 1-1 об. А.В. Гринев утверждает, что И.В. Прокофьев был избран первенствующим директором компании. На самом деле после смерти М.М. Булдакова должности первенствующего директора не существовало, все члены Главного правления до принятия нового устава 1844 г. были равны в правах. См.: Гринев А.В. Динамика высшей управленческой элиты Российско-американской компании // Клио: Журнал для ученых. 2002. № 3(18). С. 77.
37 И.В. Прокофьев — Особому совету РАК, б.д. // РГИА Ф. 994. Оп. 2. Д. 843.Л. 13-17.
38 Копия указа Правительствующего сената, май 1866 // РГИА. Ф. 560. Оп. 16.Д. 177. Л. 19.
39 Копия постановления совета РАК, 24 ноября 1834 г, // Там же. Ф. 994. Оп. 2.Д. 860. Л. 2-4.
40 Гринев А.В. Продление монопольных привилегий и принятие нового устава Российско-американской компании // История Русской Америки. Т. 3. М., 1999. С. 58.
41 Проект устава РАК, 1840 г. // АВПРИ. Ф. РАК. Оп. 888. Д. 368. Л. 20.
42 Заключения Соединенного департамента государственной экономии и законов, 23 января 1841 г. //Там же. Л. 133 об.-134.
43 Департамент мануфактур и внутренней торговли — министру финансов Е.Ф. Канкрину, 21 августа 1841 г. // РГИА. Ф. 18. Оп. 5. Д. 1393. Л. 15-15 об.
44 Журнал общего собрания акционеров, 20 января 1842 г. // Там же. Л. 30-30 об.
45 Ф.П. Врангель — Е.Ф. Канкрину, 25 января 1842 г. // Там же. Л. 28.
46 Заключение департамента мануфактур и внутренней торговли на записку Ф.П. Врангеля, 31 января 1842 г. // Там же. Л. 34-34 об.
47 Отчет Главного правления РАК за 1844 г. СПб., 1845. С. 17-18; Тихменев ПА. Историческое обозрение образования Российско-американской компании. СПб.,1863. Т. 2. С. 282-283.
48 Подробнее о В.Ф. Клюпфеле см.: Туган-Мирза Барановский. История лейб-гвардии Кирасирского Его императорского величества полка. СПб., 1872. С. 300-301, 473.
49 Тихменев П.А. Указ. соч. Т. 2. С. 282-283.
50 Донесение Главного правления РАК императору Николаю 1,26 января 1851 г. I// РГИА. Ф. 18. Оп. 5. Д. 1404. Л. 2-2 об. А.В. Гриневу вообще не известно о выборах В.Е. Врангеля на должность директора компании. См.: Гринев А.В. Динамика высшей управленческой элиты Российско-американской компании // Клио: Журнал для ученых. 2002. № 3(18). С. 72-84.
51 Отчет Главного правления РАК за 1845 г. СПб., 1846. С. 22-23; История Русской Америки. Т. 3. С. 76.

52 История Русской Америки. Т. 3. С. 114-115.
53 Записка департамента мануфактур и внутренней торговли, 27 ноября 1845 г.// РГИА. Ф. 560. Оп. 4. Д. 1224. Л. 5.
54 Там же. Л. 7 об.
55 Там же. Л. 9-9 об.
56 Заключение Совета министра финансов, сентябрь 1848 г. // Там же. Л. 109.
57 История Русской Америки. Т. 3. С. 321-324.
58 Сибирский комитет — Министерству финансов, 1 августа 1859 г // РГИА.Ф. 18. Оп. 5. Д. 1346. Л. 8.
59 Донесение Главного правления РАК министру финансов П.Ф. Броку, 3 января 1857 г. // Там же. Д. 1404. Л. 5.
60 Донесение Главного правления РАК министру финансов A.M. Княжевичу,12 января 1859 г. // Там же. Л. 6.
61 Великий князь Константин Николаевич о проекте нового Устава Российско-американской компании, 18 февраля 1861 г. / Публ. Н.Н Болховитинова // Американский ежегодник. 1991. М., 1992 С. 146-151.
62 Подробно о результатах ревизии см.: История Русской Америки. Т. 3.С. 403-407.
63 Доклад комитета об устройстве русских американских колоний. СПб., 1863.Т. 1. С. 260-266.
64 Там же. С. 354-355.
65 Мнение департамента государственной экономии Государственного совета,28 апреля 1865 г. // АВПРИ. Ф. РАК. Оп. 888. Д. 403. Л. 578.
66 История Русской Америки. Т. 3. С. 410.
67 Там же. С. 410-411.
68 Главное правление РАК — Д.П. Максутову, 28 сентября 1865 г. // РГА ВМФ.Ф. 1375. Оп. 1. Д. 25. Л. 330-330 об.; Главное правление РАК — Д.П. Максутову,29 октября 1865 г. // Там же. Л. 354.
69 Главное правление РАК — Н.К. Краббе, 26 апреля 1866 г. // АВПРИ. Ф. РАК. Оп. 888. Д. 404. Л. 1.
70 История Русской Америки. Т. 3. С. 458.
71 Отчет Главного правления РАК с 1 января по 1 апреля 1871 г. СПб., 1871. С. 1-3; Указ Правительствующего сената, 4 мая 1871 г. // ПСЗРИ. Собрание 2. Т. 46. № 49559. С. 433.

Текст: © 2003 А.Н. Ермолаев
Опубликовано: Американский Ежегодник 2003. М., 2005. С. 271-293.

OCR: © 2006 Северная Америка. Век девятнадцатый (Заметили опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter)

Ермолаев А.Н. Статьи об управляющих органах Российско-американской компании

В подборку включены: «Главное правление Российско-американской компании: Состав, функции, взаимоотношения с правительством, 1799-1871»; «Временный комитет и особый совет Российско-американской компании: контролирующие или совещательные органы (1803-1844)».
На сайте статьи публикуются с разрешения автора.