Российско-американская компания была образована в 1799 г. Длительные трансформационные процессы, происходившие в среде купеческих компаний, занимавшихся промыслом пушного зверя на Аляске, привели в конце концов к их объединению и созданию Соединенной Американской компании в 1798 г. Указом Павла I от 8 июля 1799 г. эта компания была переименована, взята под императорское покровительство и ей были дарованы новые "правила" и "привилегии". Ведущую роль при создании РАК играли представители клана Шелиховых: камергер Н.П. Резанов, купец М.М. Булдаков и вдова Н.А. Шелихова.^[1] Одновременно с указом от 8 июля 1799 г. император повелел ввести в состав совета директоров одного представителя от семейства Шелиховых. Должность опекуна по протекции Н.П. Резанова занял великоустюжский купец Михаил Матвеевич Булдаков, зять знаменитого Григория Ивановича Шелихова. Таким образом, еще до официального избрания Главного правления компании, которое согласно правилам должно было состоять из 4 директоров, одну из вакансий занял представитель клана Шелиховых. Сам Николай Петрович Резанов именным указом от 2 декабря 1799 г. был назначен уполномоченным корреспондентом компании с правом ходатайствовать по ее делам у императора.^[2]

Надо сказать, что именно Н.П. Резанов сумел добиться для компании "высочайшего покровительства", на завершающем этапе формирования монополии ему удалось значительно укрепить и расширить влияние клана Шелиховых. Представитель высшей администрации империи обер-секретарь Сената Н.П. Резанов серьезно повлиял также на формирование взглядов М.М. Булдакова. Сообщая ему о подписании императором правил и привилегий компании, он писал: "Теперь директора суть почетные граждане в государстве ...Внушите им, чтоб они старались прекращать тяжбы и ябеды и пеклись о пользах государственных, буде хотят, чтоб стулья под ними были прочны".^[3] М.М. Булдаков внял всем советам Резанова, о чем свидетельствует вся его дальнейшая деятельность.

После получения из столицы известий о подписании императором указа об образовании РАК в Иркутске произошли выборы директоров компании. Первенствующим директором был избран великоустюжский купец Михаил Матвеевич Булдаков, остальными директорами стали иркутские купцы: Яков Николаевич Мыльников, Дмитрий Николаевич Мыльников и Семен Алексеевич Старцев. 16 сентября 1799 г. в одном из храмов Иркутска директора компании были торжественно приведены к присяге. Сразу же после избрания начались разногласия между директорами, М.М. Булдаков, поддержанный Н.П. Резановым, вступил в конфликт с Мыльниковыми.^[4] В результате указом Правительствующего сената от 19 октября 1800 г. Главное правление РАК было переведено из Иркутска в Санкт-Петербург. В начале января 1801 г., после учреждения Иркутской конторы, Главное правление выехало в столицу, 4 марта того же года оно прибыло в Санкт-Петербург и расположилось в доме действительной статской советницы Полторацкой.^[5]

Вскоре после перевода правления в Санкт-Петербург были произведены перевыборы директоров. Пока точно не удалось установить, когда это произошло. Возможно это было 29 марта 1802 г. на торжественном заседании общего собрания, посвященном вступлению в число акционеров императора Александра I.^[6] Новыми директорами стали московский купец Е.И. Деларов и рыльский купец Иван Петрович Шелихов, оба были прекрасными знатоками пушного рынка, много лет проработавшими в сфере добычи и продажи "мягкой рухляди". Пост первенствующего директора сохранил за собой М.М. Булдаков. Мыльниковы и другие иркутские акционеры уже не могли влиять на процесс выборов, возможности переехать в столицу у них не было. На первом этапе существования Российско-американской компании важнейшую роль в управлении ее делами играл первенствующий директор, имевший право решающего голоса в Главном правлении. В руках М.М. Булдакова сосредоточились практически все нити управления этой организации. Первенствующему директору пришлось нелегко. В начале XIX в. монополия оказалась в глубоком кризисе, из-за ошибок при объединении капиталов различных купцов, неправильной оценки активов РАК, неудач в Америке (гибели корабля "Феникс", разгрома Ново-архангельской крепости тлинкитами).^[7] Кроме того, с переводом правления в Санкт-Петербург и вступлением в число ее акционеров лиц дворянского сословия М.М. Булдакову необходимо было выработать четкую стратегию взаимодействия с лицами более высокого общественного положения, чем он сам и другие директора компании. Если раньше компания состояла из одних только купцов, имеющих преимущество одного над другим только в финансовом плане, то теперь необходимо было наладить отношения с привилегированным сословием, нередко с представителями высшей администрации империи. Директорам РАК необходимо было не только сберечь, но и преумножить капиталы лиц благородного сословия, вложенные в акции монополии. Главное правление обязано было руководить собранием акционеров, выстраивать отношения с дворянами и высшими чиновниками на паритетных началах.

В таких условиях многое зависело от первенствующего директора. Надо сказать, что М.М. Булдакову удалось справиться с задачей, методы его руководства, выбранная им стратегия отчетливо проявились во взаимоотношениях с иркутскими компаньонами. Через полгода после перевода правления в Санкт-Петербург иркутские купцы стали "утруждать Священную Его Императорского Величества Особу" прошением о переводе правления обратно в Сибирь. В Иркутске было созвано незаконное собрание акционеров, которое одобрило текст специального прошения с обстоятельными объяснениями при чин необходимости возвращения Главного правления в Сибирь. Документ подписали 10 компаньонов (3 имеющих право голоса и 7 - не имеющих). Известно, что часть акционеров не явились на собрание и не подписали бумагу. Узнав о действиях иркутских компаньонов, М.М. Булдаков "изъявил на то определение со стороны своей... несогласие". Находясь в это время в Москве, он немедленно созвал всех наличных акционеров в количестве 8 человек (6 имеющих право голоса и 2 - не имеющих) и 16 сентября 1801 г. провел собрание, на котором было принято решение об оставлении Главного правления в столице.^[8]

Уже сам факт выступления первенствующего директора против иркутских компаньонов свидетельствует о его четкой позиции опираться на большинство акционеров, представлявших в тот момент столичное общество. Но больший интерес вызывает составленное М.М. Булдаковым "Мнение на поданное от пребывающих в Иркутске компаньонов о переводе Главного правления в Иркутск прошение".^[9] Анализ его содержания позволяет раскрыть позицию первенствующего директора, узнать его понимание сущности Российско-американской компании. В отличие от своих иркутских компаньонов, продолжавших считать РАК своей личной организацией и желавших самостоятельно влиять на дела компании, М.М. Булдаков четко заявил, что компания - это уже не прежнее объединение, она является учреждением государственного масштаба. Возражая на претензии иркутских акционеров, заявивших, что директора н Санкт-Петербурге не учитывают их мнение и могут войти в сомнительные торговые операции, М.М. Булдаков писал: "Если бы правление предусмотрело каковой либо новый предмет, составляющий в себе важность, то не прежде оный к компании предложить может как по достаточном подробном того предмета обсуждении и исследованию причин, и буде по плану или вместу правление составлять оный может государственную несомненную пользу, то не входя во исполнение, должно предложить компаньонам пожидать на то Высочайшее Его Императорского величества благоусмотрение".^[10] Приоритеты были расставлены четко, важные дела Главное правление компании производит с дозволения императора, а потому они не могут быть вредным ни для акционеров, ни для государства в целом.. Покровительство царя, которого удостоилась компания при образовании, было для М.М. Булдакова не просто декларацией, а сильным аргументов в противоборстве с иркутскими компаньонами. Первенствующий директор осознавал всю ответственность своего положения и оценивал компанию как организацию, в существовании которой заинтересовано все государство. Таким образом, первенствующий директор РАК практически с самого начала организации монополии выбрал стратегию тесного контакта с правительством России. Его принципы понимания компании, как организации государственного масштаба, отложили свой отпечаток как на методы руководства монополией, так и на сам процесс принятия решений в Главном правлении компании. Первенствующий директор всегда стремился отстаивать интересы государства, даже в тех случаях, когда они не сулили больших прибылей для компании.

Между тем в руководстве компании произошли изменения. В 1807 г. по собственной просьбе И.П. Шелихов и Е.И. Деларов ушли в отставку. В конце этого же года в помощь М.М. Булдакову был избран новый директор, богатый санкт-петербургский купец Венедикт Венедиктович Крамер. К своим обязанностям он приступил в 1808 г ^[11]. Некоторое время Главное правление компании было представлено всего двумя директорами. В первые десятилетия деятельности правление столкнулось с немалыми трудностями, которые были связаны не только с финансовыми проблемами компании, но и с многочисленными жалобами и тяжбами различных акционеров в отношении директоров. Против представителей клана Шелиховых, занявших прочные позиции в Главном правлении, первоначально выступил И.Л. Голиков. Как известно, при образовании Российско-американской компании он потерял около 100 тыс. руб. Голиков неоднократно жаловался на директоров компании, обвиняя их в финансовых махинациях, требовал проведения независимой государственной ревизии деятельности Главного правления, но безрезультатно. Только благодаря вмешательству его зятя князя К.А. Багратиона наследники И.Л. Голикова получили частичную компенсацию утраченных капиталов.^[12]

Еще больше проблем возникло у Главного правления в отношениях с чиновниками местной администрации Российской империи. В 1803 г. Камчатский комендант генерал-майор П.И. Кошелев вступил в открытый конфликт с Охотской конторой РАК. Он обвинил контору в незаконной перевозке компанейского груза на казенных кораблях. По его приказу лавка компании на Камчатке была опечатана.^[13] О злоупотреблениях компании Кошелев рапортовал императору Александру I, заметив, что "Охотская контора РАК угнетает многих бедных и неимущих людей, которым одно имя компании становится отвратительным".^[14]

В 1804 г. дело о злоупотреблениях РАК рассматривал специальный комитет, в который вошли министр коммерции, министр военных сухопутных сил, министр внутренних дел, а также иркутский генерал-губернатор и товарищ министра морских сил. Комитет признал, что компанией действительно были допущены злоупотребления. Главное правление категорически отвергло все обвинения в свой адрес. В июне 1804 г. директора обратились за помощью к одному из почетных акционеров - Николаю Петровичу Румянцеву с просьбой "употребить справедливое Ваше предстательство о защите Российско-американской компании, которая без того ежели продолжатся подобные насчет производства ее огорчения, и будут частные начальники входить в ее внутренние дела и оные рассматривать, может безвинно понести ущерб в доброй своей славе и кредите".^[15]

Рассмотрев дело подробно, граф Н.П. Румянцев решил поддержать компанию. Не снимая вины с ее приказчиков, пытавшихся провезти незаконно груз, он все же высказался против опечатывания лавки компании и приостановления ее деятельности на Камчатке^[16], Поддержка Н.П. Румянцева была очень важной для РАК, дело о беспошлинном провозе груза компании было приостановлено.