Депеша посла в Лондоне Ф.И. Бруннова в Министерство иностранных дел от 5(17) октября 1863 г. № 250

Лондон.
5(17) октября 1863 г.

Считаю долгом представить на ваше усмотрение прилагаемую депешу, которую я только что получил от нашего посланника в Вашингтоне.

Он мне сообщает назначение эскадры под командой контр-адмирала Лесовского и просит меня пересылать ему известия, необходимые для того, чтобы наши суда имели время выйти в море в случае предвидимой возможности войны с Англией и с Францией.

Позвольте мне, князь, изложить вам теперь же невозможность для меня способствовать успеху плана морского министерства, о котором г. Стёкль только что меня уведомил.

При приближении войны, инициатива которой принадлежала бы английскому правительству, оно первое сообщило бы о ней командующему ее морскими силами у берегов Америки. Они могли бы преградить путь нашей эскадре раньше чем я мог бы передать г. Стёклю информацию, которую он ожидает от меня. Уже теперь семь военных английских и французских судов следят за движениями контр-адмирала Лесовского, и скоро он окажется лицом к лицу с силами, превосходящими те, которыми он располагает.

Одного его появления у Нью-Йорка достаточно было для того, чтобы привлечь в эту сторону внимание английского правительства и общества. Умение молчать не настолько распространено в Соединенных Штатах, чтобы там можно было держать что-либо в секрете продолжительное время. Это настолько верно, что курьер, которому наш посланник в Вашингтоне доверил свои депеши, сам узнал из разговоров публики секретное назначение нашей эскадры.

Более того, на одном обеде, данном в Нью-Йорке в честь наших морских офицеров, американский оратор поспешил осведомить аудиторию о намерениях императорского правительства. Мистер Уолридж сказал, что «Россия посылает эскадру в Нью-Йорк для того, чтобы по первому данному сигналу смести английскую и французскую торговлю с поверхности морей».

Это американское откровение красуется на столбцах газет, выходящих в Лондоне .

Морское министерство рассудит после этого, может ли английское адмиралтейство упустить из виду русскую эскадру, назначение которой заранее определено, как явно направленное против Англии.

Я считаю долгом повергнуть на ваше усмотрение, князь, рассуждение, которое мне кажется заслуживающим серьезного изучения при нынешних обстоятельствах.

Существует у нас мнение, — я это очень хорошо знаю, — что наш флот мог бы нанести чувствительный удар процветанию английской торговли и что одно опасение таковой возможности могло бы повлиять на английскую политику в смысле большего миролюбия и большей уступчивости по отношению к нам.

Обе эти надежды совершенно иллюзорны. В нынешнем положении надо быть готовым к тому, что флот наш будет сражаться против соединенных сил Англии и Франции. Несмотря на уважение, которое я питаю к энергии и храбрости наших моряков, я не верю, чтобы три фрегата, два корвета и один клипер, прибывши в Нью-Йорк, были в состоянии предпринять борьбу, которую неравенство сил сделало бы катастрофической для нашего флага.

Допустим даже, что нашей эскадре удалось бы ускользнуть от бдительности неприятельских сил, назначение которых — не давать ей хода; допустим, что наши суда, рассеянные по всему пространству морей, будут иметь свободу преследовать торговые суда Англии и Франции. Но где порты, которые могли бы служить для них убежищем? Каковы средства снабжения, которыми они располагают? В течение какого времени, наконец, смогут они противостоять случайностям судьбы, которая неизбежно приведет их к верной гибели?

Во всяком случае, вред, который мы сумеем причинить нашим врагам, будет бесконечно меньше вреда, который нанесут они России.

Английская торговля смертельно мстит всем тем, кто наносит ущерб ее безопасности. Достаточно было бы высказать подобную угрозу, чтобы поднять против нас самых влиятельных людей среди всех классов, связанных с торговыми и промышленными интересами этой страны. До сих пор именно решительно высказанное мнение этих людей вынуждало английский кабинет вести мирную политику. Но с момента, когда эти же самые люди считали бы, что Россия нападает на их благосостояние, они единодушно обратились бы против нас. Чтобы защитить свои собственные интересы, они первые потребовали бы от правительства ее британского величества поставить Россию в состояние невозможности оспаривать свободу морей, составляющую мощь и национальное богатство Англии. Мы достигли бы таким образом результата, диаметрально противоположного тому, к которому стремимся. Вместо того чтобы обеспечить мир, мы сделали бы войну неизбежной.

В особенности теперь, когда наше правительство старается привлечь английские капиталы к участию в наших обширных железнодорожных предприятиях, — существенном условии внутреннего благосостояния империи, — соответствует ли нашему разумно понятому интересу вызвать ненависть к нам торговых и промышленных классов этой страны?

Споры, которые завязываются на море, это те, которые ведутся Англией всегда с величайшей настойчивостью.

Опыт прошлого нам оставил в этом отношении серьезное предостережение. Желание разрушить наш Черноморский флот было одной из основных причин Крымской войны. Пушечные выстрелы у Синопа разрушили Севастополь.

Эти соображения представляются мне слишком убедительными и бесспорными для того, чтобы я мог поколебаться повергнуть их на рассмотрение императорского кабинета.

Наш августейший государь, позволяю себе надеяться, удостоит счесть это изложение новым доказательством почтительной откровенности, с которой я высказываю мысли, внушаемые мне моим преданным служением ему.

Бруннов

Подлинник на французском языке. На подлиннике помета Александра II: «Он во многом прав, но это не причина для того, чтоб отказаться от пребывания нашей эскадры в этих морях».

Опубликовано: Красный Архив. 1930. Т. 1(38) C. 162-163
OCR: 2016 Северная Америка. Век девятнадцатый. Заметили опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter

Адамов Е.А. «Соединённые Штаты в эпоху гражданской войны и Россия» (документы с предисловием)

Первая научная публикация следующих документов: инструкции Морского министерства контр-адмиралу С.С. Лесовскому по поводу отправки эскадры под его командованием к берегам Северной Америки; телеграммы посланника России в США Э.А. Стёкля послу России в Лондоне Ф.И. Бруннову о прибытии кораблей в Нью-Йорк; и депеши Бруннова в МИД, в которой дипломат выразил свои соображения по поводу нахождения эскадры вдали от России. Вступительная статья Е.А. Адамова