Ананова Е. В. «Американские планы аннексии Доминиканской республики в XIX в.»

Страны Карибского бассейна, имеющие для США огромное стратегическое и важное экономическое значение, издавна занимали в их внешнеполитических планах особое место. В середине XIX в. США уже недвусмысленно выражали свои агрессивные намерения в отношении Антильских островов.

Президент Пирс (1853—1857), объявивший, что политика его правительства «не будет определяться трусливыми опасениями экспансии»,1 сделал первые шаги для приобретения на о-ве Гаити полуострова и бухты Самана, принадлежавших Доминиканской республике и очень удобных для создания базы американского флота. В 1853 г. государственный секретарь Мерси направил в Санто-Доминго своего конфиденциального агента Уильяма Касно2 для сбора необходимой информации и, если это будет возможным, для подписания договора о дружбе. В инструкции, врученной Касно, говорилось, что «важнейшим побудительным мотивом для признания США Доминиканской республики и подписания с нею договора является приобретение преимуществ, которые США надеются извлечь, получив под свой контроль часть ее территории, примыкающую к бухте Самана, и используя эту территорию как угольную станцию».3

5 октября 1854 г. Касно подписал от имени правительства США договор о мире, дружбе, мореплавании, торговле и выдаче преступников,4 однако вмешательство британского и французского консулов в Санто-Доминго свело этот успех к нулю: конгресс Доминиканской республики договор не ратифицировал.

При президенте Бьюкенене (1857—1861), когда в США назревала гражданская война, их внимание было отвлечено от внешнеполитических авантюр и переговоры с доминиканским правительством практически не велись. При Линкольне (1861 —1865) Уильям Касно был отозван из Санто-Доминго, а единственным свидетельством заинтересованности США в судьбах Доминиканской республики стала нота, направленная 2 апреля 1861 г. испанскому послу в Вашингтоне, в которой говорилось, что вмешательство Испании в дела островной республики будет рассматриваться «как проявление недружелюбия к США» и встретит с их стороны «быстрое, настойчивое и по возможности эффективное противодействие». Этот демарш не оказал на Испанию никакого воздействия, и 1 июля 1861 г. испанский посол довел до сведения государственного секретаря Сьюарда, что его страна аннексировала Доминиканскую республику.5

В годы гражданской войны Сьюард пришел к выводу, что для укрепления своих международных позиций США нуждаются в сильных военно-морских базах в Вест-Индии и северной части Тихого океана. Это убеждение разделяли многие влиятельные республиканцы, определявшие политику США после окончания гражданской войны.

14 апреля 1865 г. над фортом Самтер вновь взвился флаг США. В тот же день был убит Линкольн и президентом стал Э. Джонсон (1865—1869). А 30 апреля 1865 г. испанские колонизаторы были вынуждены покинуть Санто-Доминго, и усилиями патриотов была восстановлена независимость Доминиканской республики. Таким образом, 1865 г. стал важной вехой в истории США и Санто-Доминго. Теперь можно было возобновить переговоры, прерванные гражданской войной и испанским вторжением.

Положение в Доминиканской республике было очень сложным. Шла борьба группировок, происходили распри между генералами. Чтобы восстановить мир в стране, на пост президента был приглашен Буэнавентура Баес, человек, уже дважды занимавший этот пост ранее, а теперь находившийся в эмиграции и не приложивший никаких усилий для изгнания колонизаторов из Санто-Доминго. 8 декабря 1865 г. Баес был провозглашен президентом в третий раз, но положение его было шатким, так как против него выступала оппозиция, объединявшая честолюбивых и корыстных генералов. Чтобы укрепить свое положение, Баес применил репрессии. Его противникам пришлось выбирать между тюрьмой и изгнанием. Одни были убиты или арестованы, другие покинули страну и извне руководили действиями своих сторонников. Баес нуждался в деньгах и покровителях. Он начал переговоры с Францией, готовясь уступить ей за деньги часть доминиканской территории или предоставить концессии. Сьюард учитывал тяжелое положение Баеса и был уверен, что с ним можно будет договориться о приобретении прав на бухту и полуостров Самана. Переговоры начались. Но 29 мая 1866 г. Баес был свергнут и бежал из страны. Новый президент, генерал Хосе Мариа Кабраль, не менее заинтересованный в поддержке США, поспешил заявить, что его правительство будет приветствовать американские капиталовложения и поддерживать коммерческие предприятия граждан США. В Санто-Доминго был направлен новый американский торговый агент, Соммерс Смит, и начался новый тур переговоров.

17 сентября 1866 г. США официально признали Доминиканскую республику,6 после чего в страну устремились американские бизнесмены, спешившие воспользоваться благоприятной обстановкой и прибрать к рукам выгодные концессии, которые сулили огромные прибыли. Эти люди стали активными помощниками государственного департамента и пропагандистами идеи аннексии Доминиканской республики.

Министр иностранных дел Хосе Гарсиа и Соммерс Смит быстро нашли общий язык. За 1 млн. долл, и некоторое количество оружия доминиканское правительство согласилось сдать США в аренду угольные копи Самана, а также предоставить право использовать мысы Левантадо и Каренеро, запирающие вход в бухту Самана, «для таких целей и на такое время, которое будет оговорено в специальном соглашении».7 Сьюард довел это предложение до сведения американского правительства, которому оно пришлось по душе. 5 декабря 1866 г. Смиту в Санто-Доминго были направлены соответствующие инструкции, а 17 декабря Сьюард отправил туда своего сына и помощника Фредерика Сьюарда в сопровождении вице-адмирала Л. Портера, поручив им завершить переговоры покупкой или арендой Самана. В случае, если будет получено согласие на продажу этого района, США были готовы уплатить Доминиканской республике 2 млн. долл. (1 млн. золотом и 1 млн. оружием и военными материалами), если придется ограничиться арендой, США готовы были уплатить 10 тыс. долл, наличными при ратификации договора и платить ежегодную ренту в 12 тыс. долл.8 Казалось, успех уже близок, но тут выяснилось, что доминиканская конституция запрещает правительству продажу какой-либо части национальной территории другому государству. Переговоры зашли в тупик, однако сторонники экспансионистского курса не теряли надежды.

Соммерс Смит уверял, что очень скоро нужда в деньгах заставит правительство Кабраля отступить от буквы конституции.

Не получив от США ни денег, ни военно-политической поддержки, президент Кабраль оказался не в состоянии противостоять натиску своих противников: в Доминиканской республике произошел очередной переворот. В феврале 1868 г. к власти пришло переходное временное правительство, вновь пригласившее Баеса занять пост президента.9

Президент Баес извлек урок из своего жизненного опыта. Находясь в эмиграции, он пришел к выводу, что верной гарантией прочности доминиканского правительства может стать только поддержка США, а потому, еще будучи на Кюрасао, начал искать контакты с Соммерсом Смитом, находившимся в Санто-Доминго. Он постарался довести до сведения США, что более не намерен искать дружбы Франции, а готов полностью довериться дружбе США, поскольку, по его мнению, и Гаити, и Куба, и Пуэрто-Рико «в скором времени неизбежно должны будут стать частью великой республики» — Соединенных Штатов Америки.10

29 марта 1868 г. Баес высадился в Санто-Доминго и при первой встрече со Смитом заверил его, что добьется исключения из конституции статьи, запрещающей продажу национальной территории другому государству. Американские резиденты в Санто-Доминго убедились, что патриотизм Баеса продается и покупается — дело только за суммой! Смит рекомендовал государственному департаменту не медлить с признанием Баеса, так как такой президент «будет очень полезен американским интересам. Я вполне убежден в том, что если наш флаг будет поднят над этой страной, он не только будет здесь встречен с восторгом и благодарностью, но и даст нашей стране обширное поле для предпринимательской деятельности и очень выгодный источник национального богатства».11

У. Касно, продолжавший в личных интересах хлопотать об укреплении американских позиций на доминиканской земле, докладывал в Вашингтон, что Баес и многие видные домиіни- канцы из его окружения выражают пожелание о включении Доминиканской республики в пределы США. Таким образом, речь уже шла не об аренде бухты Самана и даже не о ее покупке, а об аннексии всей Доминиканской республики, об уничтожении ее независимости! Американская агентура сумела завербовать в число пропагандистов этого плана самого президента страны!

Интересно, что, встав на путь предательства национальных интересов, Баес поручил переговоры с государственным департаментом США іне доминиканцу, а гражданину США, такому же беспринципному авантюристу и искателю наживы, как Касно, его единомышленнику полковнику Фабенсу. Эти люди, решившие сколотить себе состояние за счет Доминиканской республики, стали ближайшими советниками Баеса в переговорах с Вашингтоном.

Между тем Баес хорошо понимал, что провести в жизнь задуманное предательство будет нелегко. Доминиканский народ, имевший прочные традиции национально-освободительной борьбы и только что сбросивший испанское иго, не принял бы добровольно новых колонизаторов. Поэтому Баес попросил США направить к берегам Санто-Доминго американские военные корабли и дать ему деньги для содержания репрессивного аппарата. Антибаесистская партия «синих» теснила его армию, и Баес торопил Сьюарда и Джонсона.

9 декабря 1868 г. в ежегодном послании конгрессу Джонсон заявил, что США должны помочь решению политических и социальных проблем, стоящих перед доминиканским народом, а потому надо аннексировать эту республику с согласия ее народа и одобрения других наций.12 Сторонники аннексии Доминиканской республики, и в их числе находившийся в Вашингтоне Фабенс и другие дельцы, связанные с Санто-Доминго, решили, что настало время сказать о своих планах открыто. Вопрос об аннексии Доминиканской республики стал предметом обсуждения в конгрессе.

12 января 1869 г. в палату представителей была внесена резолюция Бэнкса, уполномочивавшая президента с согласия доминиканского народа взять эту страну под протекторат США и помочь ей в установлении республиканских институтов.13 Резолюция вызвала оживленные прения, а 1 февраля 1869 г. депутат Ортис внес другую, еще более конкретную резолюцию, где говорилось, что Доминиканская республика с согласия ее народа должна быть допущена в Союз в качестве территории Санто- Доминго.14 Аннексионисты перестарались: наглая резолюция была в тот же день провалена. Сьюард объяснил это тем, что конгрессмены не знают положения в Доминиканской республике, поскольку донесения Смита, как материалы конфиденциальные, хранились государственным департаментом в секрете. Чтобы дать сторонникам аннексии необходимый материал, было решено направить в Санто-Доминго специального наблюдателя и его доклад передать потом конгрессу. Этого наблюдателя выбрал председатель комиссии палаты по иностранным делам генерал Бэнкс. Как это ни парадоксально, выбор его пал на… полковника Фабенса! Того самого, которого Баес прислал в Вашингтон в качестве своего конфиденциального агента, уполномоченного форсировать переговоры об аннексии страны. Таким образом, Фабенс оказался слугой двух господ, человеком, представлявшим интересы двух стран, но соблюдавшим прежде всего собственные корыстные интересы. Конгресс не мог этого не знать, иначе почему, дав Фабенсу свое поручение, палата представителей специально оговорила, что он не должен получать от нее никаких средств на свои расходы?15

В феврале Фабенс отправился в Санто-Доминго, чтобы сочинить нужный доклад. И апреля он вернулся в Вашингтон и вручил его новому государственному секретарю Гамильтону Фишу, который должен был довести его до сведения нового президента Улисса Гранта (1869—1977). Избрание Гранта «открыло большие возможности для развития экспансионистских тенденций»,— пишет кубинский исследователь Герра-и-Санчес,<![if !supportFootnotes]>[16 и действительно, президент проявил большую заинтересованность в доминиканском вопросе. Прежде всего он решил направить к Баесу человека, которому полностью доверял, чтобы они выработали условия присоединения Санто-Доминго к США. Во-вторых, он взял Баеса под защиту американских вооруженных сил, которые должны были парализовать активность антибаеоистских сил в стране и в Гаити.

В июле 1869 г. в Санто-Доминго отплыл эмиссар Гранта — его личный адъютант генерал Орвил Бэбкок. Кроме инструкций Фиша, он получил письмо Гранта для Баеса с рекомендациями и пожеланиями. Одновременно министр морского флота Д. Робсон приказал командиру военного судна «Семинол» оказать миссии Бэбкока «моральную поддержку огнем орудий» (!).17  Был отдан также приказ о преследовании и захвате маленького судна «Телеграфо», снаряженного противником Баеса генералом Лупероном и обстрелявшего доминиканские корабли. Это было прямое вмешательство в борьбу доминиканских патриотов против антинационального правительства. Грант поддержал Баеса, готового служить интересам США, против либералов, которые не допустили бы оккупации своей страны.

Бэбкок прибыл в Санто-Доминго в сопровождении вездесущего Фабенса, который по пути успел стать его другом. На берегу он был встречен Касно, ставшим его переводчиком во время переговоров с Баесом. Результатом их совместных усилий был проект договора об аннексии Доминиканской республики, подписанный 4 сентября 1869 г. Бэбкоком и министром иностранных дел Доминиканской республики Готье. Грант одобрил привезенный секретный проект договора и взялся за подготовку общественного мнения, которое должно было решить его судьбу.

Грант сам, нарушая традиции, довел привезенный документ до сведения своих министров и, чтобы пресечь возражения объяснил, что речь идет только о проекте договора, поскольку Бэбкок, как человек военный, не мог получить официальных полномочий на подписание договора.18 Для подписания договора предстоит послать полномочия новому американскому торговому агенту в Санто-Доминго Раймонду Перри, сказал Грант на заседании своего кабинета, и действительно, в ноябре Бэбкоку пришлось вторично проделать путешествие в Санто-Доминго, чтобы присутствовать при официальном подписании двух договоров между США и Доминиканской республикой: первый предусматривал аннексию Доминиканской республики, второй — заготовленный на тот случай, если сенат не ратифицирует первый, — говорил об аренде бухты и полуострова Самана на срок в 99 лет и предусматривал в дальнейшем возможность их покупки Соединенными Штатами за 2 млн. долл, золотом.19 Немедленно по подписании договоров Бэбкок выдал Баесу около 150 тыс. долл., а сам в сопровождении Фабенса и других американских деятелей, заинтересованных в аннексии, отправился в Самана, где был поднят флаг США в ознаменование присоединения этой территории к США.

21 декабря Грант представил оба договора на обсуждение кабинета, а с начала января принялся за подготовку к обсуждению их в сенате. 10 января 1870 г. оба документа были пересланы в сенат.20

Для сторонников аннексии начались горячие дни: им представляло «обработать» сенаторов, внушив им идею полезности и даже необходимости аннексии Доминиканской республики. Учитывая, что далеко не все считали целесообразным столь явно агрессивный шаг и что в аннексии Санто-Доминго были в 1870 г. заинтересованы очень немногочисленные представители делового мира США, предстояло проделать большую работу.

Тем временем в Доминиканской республике над правительством Баеса сгустились тучи. Лидеры «синих» — генерал Луперон и бывший президент Кабраль — вступили в союз с Ниссажем Саже — противником президента соседней республики Гаити Сальнава, поскольку падение Сальнава было бы серьезным ударом по Баесу, которого тот поддерживал. В январе Сальнав был вынужден бежать из Порт-о-Пренса, попал в руки генерала Кабраля, выдавшего его Саже, и был расстрелян. Президентом Гаити стал Саже, готовый оказать теперь поддержку Кабралю и содействовать свержению Баеса. Понимая опасность, Баес взмолился о помощи, и Грант не стал медлить: в территориальные воды Доминиканской республики был послан американский военно-морской флот. 10 февраля 1870 г. командовавший этим отрядом контр-адмирал Пур прибыл в Порт-о-Пренс и предупредил Саже, что нападение на Доминиканскую республику будет рассматриваться как оскорбление США. К концу февраля режим Баеса охраняли 7 военных кораблей США, которым было приказано «противостоять любой попытке врагов Доминиканской республики вторгнуться на доминиканскую территорию по суше или по морю».21

Присутствие американских кораблей окрылило Баеса и позволило ему провести в стране плебисцит но вопросу об аннексии. Даже американские резиденты, в том числе коммерческий агент Перри, признавали, что плебисцит проводился в условиях террора, парализовавшего всякое волеизъявление народа. В результате комедии плебисцита Баес смог сообщить в Вашингтон, что из 16 тыс. человек, участвовавших в плебисците, только 11 человек высказались против аннексии. 16 марта 1870 г. доминиканский консультативный сенат принял резолюцию о том, что «народ выразил свою волю к объединению с США».22

Чтобы помочь Гранту сломить сопротивление сената, Баес решил вновь послать в Вашингтон Фабенса — на этот раз выдав ему верительные грамоты как чрезвычайному и полномочному послу Доминиканской республики в США!

В сенате против аннексии выступила группа радикальных республиканцев во главе с председателем сенатской комиссии по иностранным делам Чарльзом Самнером. Дебаты в сенате начались 24 марта после речи Самнера, резко осудившего предложенный договор. Он указал, что аннексия Санто-Доминго повлечет за собой новые авантюры в Карибском море и вызовет осложнение отношений с европейскими державами, что она взвалит на американский народ бремя государственного долга Санто-Доминго, приведет к обострению гражданской войны в Доминиканской республике и т. д. Сенатор Мортон выступил за аннексию, но его яркие описания богатств острова и возможностей к обогащению для американских дельцов, которые возьмутся за развитие его ресурсов, увлекли немногих. Не помогло и вмешательство Гранта, который, вопреки традиции, 31 мая 1870 г. обратился к сенату с особым посланием, где доказывал, что аннексия укрепит доктрину Монро и будет содействовать национальной обороне США.23

30 июня дебаты в сенате закончились и состоялось голосование. Необходимых двух третей голосов сенаторов договор не собрал.

Это было серьезным поражением экспансионистов и ударом по престижу президента. Однако Грант не желал признать себя побежденным и во втором ежегодном послании конгрессу 5 декабря 1870 г. посвятил Доминиканской республике целый раздел, восхваляя ее богатства и рекомендуя конгрессу одобрить договор об аннексии объединенной резолюцией обеих палат.24 Это пожелание президента конгресс оставил без внимания.

Говоря о причинах провала аннексионистских планов Гранта, многие исследователи сводят их к конфликту между исполнительной и законодательной властью, к антагонизму Гранта и Самнера.25 Действительные причины следует искать в том, что в 1870 г. аннексия Доминиканской республики не диктовалась ни стратегическими, ни политическими, ни экономическими интересами американского капитализма. Шло освоение Запада, и деловые круги США не видели никакой необходимости в аннексии маленькой республики, не представлявшей для них никакой опасности. Горстка дельцов, захватившая с помощью Баеса в Доминиканской республике большие земельные владения, выгодные концессии и привилегии, не смогла повести за собой большинство в сенате, не получила она поддержки и вне конгресса.

Со временем «внимание» США к Доминиканской республике возросло. В начале XX в. американские империалисты поставили страну под свой финансовый контроль, за которым последовала военная оккупация, длившаяся восемь лет. И в наши дни Доминиканская республика остается объектом «особых забот» своего северного соседа, который с помощью морской пехоты топчет ее суверенитет. Вопрос о прямой аннексии страны теперь, конечно, не ставится, но доминиканскому народу еще предстоит завоевать право на подлинную независимость.

Примечания

1 J. D. Richardson. A Compilation of the Messages and Papers of the Presidents. vol. V. Washington, 1898, p. 198.
2 Уильям Касно — политикан и делец из Бостона, принимавший участие в аннексии Техаса, где он получил титул «генерала» (S. Welles. Naboth’s Vineyard, vol. I. N. Y., 1928, p. 136)
3 H. M. Wristоn. Executive Agents in American Foreign Relations. Baltimore, 1929, p. 154.
4 J. B. Moore. A Digest of International Law, vol. VI. Washington, 1906, p. 515.
5 «The American Historical Review», April, 1937, p. 495.
6 J. В. Mооre. Op. cit., vol. I, p. 107.
7 Ch. С. Tansill. The United States and Santo Domingo 1798—1873. Baltimore, 1938, p. 233.
8 Ibid., p. 237, 238.
9 S. Welles. Op. cit., p. 341.
10 Ch. С. Tansill. Op. cit., p. 257.
11 H. M. Wriston. Op. cit., p. 677.
12 J. D. Richardson. Op. cit., vol. VI, p. 689.
13 «Congressional Globe», 40 Cong., 3 Sess., p. 317.
14 Ibid., p. 769.
15 H. M. Wriston. Op. cit., p. 678.
16 R. Guerra у Sanchez. La Expansion territorial de los Estados Unidos a expensas de Espana у de los paises histpanoamericanos. La Habana, 1964, p. 291.
17 H. M. Wriston. Op. cit., p. 681.
18 В США существовал закон от 30 марта 1868 г., запрещавший офицерам занимать дипломатический или консульский пост за рубежом. («Congressional Globe», 41 Cong., 3 Sess., p. 242).
19 См. Приложения в кн.: S. Welles. Op. cit., vol. II, p. 977—984.
20 J. Richardson. Op. cit., vol. VII, p. 45, 46.
21 A. Nevins. Hamilton Fish., vol. I. N. Y., 1957, p. 314.
22 M. Henriquez Urena. Los Estados Unidos у la Republica Dominicana. La Verdad de los hechos comprobada рог datos у documentos oficiales. La Habana, 1919, p. 19.
23 J. D. Richardson. Op. cit., vol. VII, p. 61—63.
24 Ibid., p. 99, 100.
25 См., например: Guerra у Sanchez. Op. cit., p. 290. Другие указывают, что американский народ был против захвата независимой республики (см., например: F. Tannenbaum. The American Tradition in Foreign Policy. Norman, 1955, p. 72).

Текст: © 1967 Е.В. Ананова
Опубликовано: От Аляски до Огненной Земли. История и этнография стран Америки / Отв. ред. И.Р. Григулевич. М.: Наука, 1967. С. 49-57
OCR: 2016 Северная Америка. Век девятнадцатый. Заметили опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter

Ананова Е. В. «Американские планы аннексии Доминиканской республики в XIX в.»

Статья посвящена первым попыткам правительства США установить контроль над Доминиканской республикой, объявившей свою независимость от Республики Гаити в 1844 году