Образ Эндрю Джексона в американском общественном мнении

В сквере напротив Белого дома находится памятник одному из самых неординарных американских президентов – Эндрю Джексону. Генерал гордо восседает на вздыбленном коне, размахивая треуголкой. Надпись на памятнике гласит: «Союз должен быть сохранен». Именно таким он и представляется современным американцам: героем-победителем при Новом Орлеане, прославленным военным и политическим деятелем.

В американской политической традиции президент Эндрю Джексон давно стал человеком-символом, наиболее превозносимым и дискутируемым среди других глав Белого дома. Американская историография, берущая начало от вигской традиции, критически и даже негативно оценивает деятельность седьмого президента. В то же время, начиная с Ч. Бирда и А. Шлезингера-мл., среди американских историков возобладала традиция восхваления Джексона как «человека из народа», положившего начало «новой эре» в американской истории – «веку эгалитаризма», знаменующему собой борьбу против монополий и привилегий, денежной аристократии, за равные возможности для «простого человека». Наиболее крупный современный исследователь джексоновской политики Р. Ремини даже именует его «святым»1. Несомненно, что на позиции американских, в том числе и отечественных историков, занимавшихся этим периодом,  в определенной степени повлияли те оценки, которые создавались современниками и тиражировались в общественном сознании. В определенной мере они действительно выражали идущие на фоне социально-экономической модернизации процессы демократизации политической жизни. С другой стороны эта эпоха имела множество противоречий и негативных черт. В связи с этим важной задачей становится изучение того, как формировался образ Джексона в общественном мнении его современников, какие способы и приемы при этом использовались. В таком ракурсе личность Э. Джексона не изучалась ни в отечественной, ни в американской исторической науке.

В то же время достижения современной имагологии, как специального раздела культурологии, начало которому положили труды историков школы «Анналов», а также имиджелогии, как части политологии, позволяют строить изучение образа исторического деятеля на междисциплинарной основе. Как правило, образ лидера оказывается серьезным, а порой и решающим фактором мобилизации электората, не менее важным, чем идеологическая позиция или социально-политические приоритеты политической партии. Разумеется, в условиях  девятнадцатого столетия приемы и методы политической деятельности существенным образом отличались от современных, но в то же время многие из них как раз и начинают возникать в условиях усложняющейся социальной диверсификации, становления либеральной рыночной экономики, политической демократизации, расширения мужского избирательного права, увеличения влияния массовой дешевой прессы.

Важнейшую роль газеты как средства массовой коммуникации, не только источника информации, но и транслятора определенных идей и взглядов подчеркивали многие журналисты, писатели, политики XIX века. Путем формирования общественного мнения, выработки определенных социальных и политических установок, убеждений они создавали или настроения пассивного ожидания или, напротив, желания активных действий. Не случайно, уже в это время появляются утверждения, что пресса является четвертой властью в обществе. «Мы – газетный народ, – отмечал журналист Джон Нил. – У нас газеты – это четвертая власть в государстве, или скорее первая, поглощающая все остальные. Они – создатели президентов, законодатели, судьи, они – высшая исполнительная власть с правом помилования, превосходящая все, на что когда–либо претендовал какой-либо земной монарх»2. «Несомненно, что прессу следует рассматривать как политическую власть, – писал журнал «Whig Review». – …Мы имеем все неоспоримые свидетельства растущего влияния этой четвертой власти, и каждый день она увеличивает свою мощь»3.

Формирующиеся в это время партии демократов и национальных республиканцев (вигов) прекрасно осознавали способность прессы формировать общественное мнение. Показательны в этом плане президентские выборы 1828 г. Сторонники Джексона агитировали за него как за «народного кандидата», «простого солдата», выходца с Запада, защитника рядового гражданина, сторонника реформ, борца против коррупции и привилегий, представителя подлинно народной партии4. По существу пресса осваивала новый опыт политической рекламы. Предвыборная стратегия сторонников Джексона состояла в апеллировании к массовому общественному мнению, ориентации на рядового избирателя. В связи с этим вырабатывается особая политическая риторика, призванная убедить простого американца, что вся политическая игра ведется в его интересах, по понятным ему правилам и на его «языке».

Пресса, агитировавшая за Джексона в избирательной кампании 1828 г., без устали рисовала кандидата демократов в образе выходца из низов, обязанного своими достижениями исключительно личным качествам, среди которых выделялись такие импонировавшие американскому электорату, как энергичность, жесткость, напористость, простота в обращении и открытость. Журналист А. Кендалл из Кентукки, которого историк С. Катлип считает одним из первых в США специалистом по «предвыборным PR-технологиям», успешно представлял в своих статьях Джексона, как популярного героя из западных штатов, способного победить президента-аристократа из Новой Англии. Предстоящий успех Джексона на выборах именовался не иначе как «победой фермеров и механиков страны над богатыми и высокородными аристократами». В предвыборных материалах приукрашивались военные заслуги этого генерала, как в войне с индейцами, так и войне с англичанами в 1812-1814 гг.5 Широко использовалось его прозвище «Старый Гикори» (орешник), данное индейцами. По всей стране создавались «клубы старины Гикори». Слоганом первой президентской кампании стало «Джексон и реформы», а второй – «права народа»; в 1836 г. предвыборный лозунг демократов звучал как «свобода и равные права». Интересной инновацией было введенное по совету Кендалла массовое «пожимание рук», чтобы еще больше подчеркнуть близость кандидата к народу6.

Создание образа политика, близкого к народу, дополнялось искусственно создаваемым контрастом с его политическим противником Дж К. Адамсом, образу которого придавались лишь негативные черты, подкрепленные отрицательными дефинициями. Благодаря искусной политической риторике, умело сфабрикованной клевете, распространению слухов и сплетен демократам удалось внушить избирателям, что кандидат национальных республиканцев Дж. К. Адамс – аристократ и противник демократии, что его администрация насквозь коррумпирована и стремится чуть ли не к возрождению монархии. Редакторы Д. Грин («United States Telegraph») и И. Хилл («New Hampshire Patriot») сочиняли истории негативного характера о семейной и личной жизни действующего президента, в том числе и во время его пребывания в России, которые широко тиражировались демократической прессой7. Фактически свою предвыборную кампанию Джексон начал заблаговременно, постоянно обвиняя своего главного соперника в «украденной у народа победе» в 1824 г., в общественное мнение усиленно внедрялась мысль о «нечестной и грязной сделке», о попранной справедливости8.

Важную роль в формировании общественного мнения в нужном русле играли многочисленные выступления политических сторонников Джексона на массовых митингах, выпуск огромного количества памфлетов и брошюр, расхваливающих кандидата демократов и рисующих его как энергичного и нацеленного на позитивные перемены политика. «Наш девиз: Джексон и реформы», – изо дня в день повторялось в демократических изданиях. Печать демократов, главный орган которых «United States Telegraph» издавался на деньги самого кандидата, без устали доказывала, что он лучше всех подготовлен к высокой должности, в то время как сам Джексон не имел систематического образования, не обладал широкой эрудицией и не любил такого занятия, как чтение9.

Разумеется, кроме вербальных коммуникативных приемов расчет строился на «перфоманс», массовые зрелищные мероприятия: военизированные парады, выступления оркестров, театрализованные представления, встречи с избирателями политических активистов и самого кандидата. Джексон совершил предвыборную поездку в Новый Орлеан, где в 1815 г. им была одержана блестящая военная победа. Это была первая в истории США «поездка, связанная с предвыборной кампанией», также широко освещавшаяся в прессе.

Но совершенно особую роль играла визуализация образа Джексона с помощью портретов, плакатов и политической карикатуры. Портреты Джексона непременно в военном мундире, украшались надписями: «Покровитель и защитник красоты и богатства Нового Орлеана», что должно было напоминать избирателям о решающей победе, одержанной генералом в период англо-американской войны 1812-1814 гг. Авторы предвыборных плакатов активно использовали уже сложившуюся национальную символику: изображение белоголового орла, звездно-полосатого знамени, дерева свободы и фригийского колпака. Здесь не только важным представлялась опора на уже сложившиеся архетипы национального сознания, возвращавшие американцев к славным временам Войны за независимость, идеалам  Декларации и Конституции, но и не менее важным представлялось обращение к образам «отцов-основателей» – Дж. Вашингтона и Т. Джефферсона. Не менее сильным приемом было использование символики Римской республики. Довольно популярным было изображение Храма свободы в виде открытой ротонды с алтарем, на котором в пламени возникает фигура Свободы, держащая в руках Билль о правах. Храм охраняют символические фигуры Фемиды с весами в руках и Минервы, вооруженной копьем, они вдвоем поддерживают надпись «Союз должен быть сохранен», над которой распростер свои крылья орел. Для полноты символики рядом с храмом помещен фермер с плугом и индеец-охотник. На плакате, выпущенном в Виргинии и достаточно обильно снабженном атрибутикой древнеримских времен, надпись гласила: «нет мошенническим сделкам, торговле или администрированию; нет войне, голоду, бедствиям и страданиям». Продолжала этот призыв надпись внизу: «Нет секциональным интересам; справедливость и равенство для всех, честь и величие человеку, который наполнил свою страну славой»10.

Во время избирательных кампаний 1828 и 1832 гг. демократы приложили немало усилий, чтобы создать привлекательный для массового избирателя имидж своего кандидата. Интересно отметить, что при этом они не стеснялись перехватывать некоторые лозунги своих противников – национальных республиканцев (вигов). Так многочисленные предвыборные плакаты тиражировали не просто образ генерала-победителя, героя Нового Орлеана, но и человека, наделенного многочисленными добродетелями. «Честь и величие человеку, напитавшему свою страну славой», – гласила цитата из Джефферсона под портретом Джексона в красноречивом обрамлении национальных знамен и увенчанного изображением американского орла. Следующие предвыборные плакаты, агитировавшие за Джексона, изображали по существу программные лозунги «американской системы» Генри Клея. Как ни странно в одном из них содержалось прямое указание на «американскую систему», подкрепленное символическим изображением молота и наковальни. Большинство плакатов утверждало, что Джексон выступает за сельское хозяйство, коммерцию и развитие мануфактур. Так, на плакате, изображавшем несущийся на всех парах паровоз с вагонами, надпись гласила, что Джексон ратует за «внутренние улучшения», строительство, железных дорог и каналов. На другом, призывавшем к развитию национальной экономики, было помещено изображение кораблей, бросивших якоря у американских берегов, выгруженных из их трюмов ящиков и бочек с разнообразными товарами11.

Символическим стал плакат с изображением дерева орешника, что должно было обыгрывать прозвище Джексона. Надпись под деревом гласила: «Твердо объединяйтесь с нами, собирайтесь вокруг дерева Гикори». Не меньшей популярностью пользовался плакат с изображением метлы, символизировавший намерение Э. Джексона «вычистить авгиевы конюшни Вашингтона», изгнать из администрации коррумпированных и некомпетентных чиновников12.

Противники Джексона мобилизовали усилия на поиск всевозможных фактов, компрометирующих его13. Активно использовалась карикатура. Наиболее известной из них была, нарисованная Дж. Биннсом, и изображавшая шесть гробов волонтеров, казненных по приказу Джексона во время войны с криками в 1813 г., а также еще ряд гробов, символизирующих его жертвы в других войнах14.

Тем не менее, в 1828 г. Джексон победил со значительным отрывом от своего соперника. За него проголосовало 178 выборщиков (68,2%); за Адамса – 83 (31,8%). В 14 из 22 штатов  победившая группировка получила свыше 2/3 голосов. За Джексона проголосовало 650 тыс. избирателей (55, 97%), что являлось показателем его возросшей популярности в общественном мнении. Довольно красноречивыми являются результаты президентских выборов 1832 г. За Джексона проголосовало более 700 тыс. избирателей (54, 2%), он получил голоса 219 выборщиков, в то время как его основной конкурент Генри Клей – 484 тыс. голосов избирателей (37,4%) и 49 – выборщиков15.

В дискурсе политиков периода «джексоновской демократии» концепты свободы, собственности, общественного блага начинают чередоваться с новыми, отражающими дух времени: демократия и народный суверенитет, благо народа, права и свободы личности, что свидетельствует о возросшем искусстве политической риторики. «Первый принцип нашей системы заключается в том, что править должно большинство», – заявляет Э. Джексон. В своей первой инаугурационной речи он подчеркивал, что именно народу обязан своим избранием. «Хотя масштаб интересов народа убеждает меня, что никакая благодарность не может сравниться с той честью, которую он оказал мне, я убежден, что самым лучшим воздаянием с моей стороны будет употребить все свои скромные способности на дело ревностного служения его благу». Таким образом, сам Джексон внес немало в формирование своего имиджа, как президента, не только близкого к народу, но и непосредственно представляющего народ16.

Вопреки традиционной либеральной концепции власти, сформулированной в известной фразе Т. Джефферсона: «Лучшее правительство то, которое меньше всего правит», при Э. Джексоне произошло существенное усиление и централизация исполнительной власти, расширение ее полномочий. В своей полемике с конгрессменами Джексон постоянно прибегал к поддержке прессы, все его послания Конгрессу широко публиковались в печати и комментировались, что позволяло воздействовать на общественное мнение в соответствующем духе17. Тем не менее, его отношения, особенно с Сенатом, все время оставались напряженными. Предложения Джексона, как правило, проходили в верхней палате при минимальном перевесе голосов или блокировались. Не случайно, что он использовал право вето 12 раз, т.е. больше, чем все его предшественники18. Однако, все действия президента демократическая пресса постоянно представляла как выражение народных интересов и укрепление подлинно демократических начал.

Авторитарный стиль характеризовал взаимоотношения президента с Конгрессом, Верховным судом и даже с членами его собственного кабинета. Джексон смещал и перетасовывал министров; в должности госсекретаря у него побывали 4 человека, министра финансов – 5, генерального прокурора – 3. Он также стремился заполнить судебные вакансии своими преданными сторонниками. В 1837 г. 7 из 9 членов Верховного суда были его людьми, в том числе и председатель, которым в 1835 г. стал Р. Тэни19.

Острая полемика о границах президентских полномочий возникла в связи с увольнением министра финансов Дуана, отказавшегося выполнить приказ президента об изъятии государственных депозитов из Банка США20. Сенат, по предложению Г. Клея, большинством в 6 голосов принял резолюцию, обвинявшую главу государства в нарушении законов и конституции страны21. Джексон в своем официальном протесте указал, что Сенат уличил его в действиях, являющихся основанием для импичмента. Поскольку это особая конституционная процедура, то в связи с этим «обвинительная резолюция незаконна». Джексон утверждал, что является непосредственным представителем народа, а власть министра производна от власти президента. Если лишить главу исполнительной власти права назначать, контролировать, и смещать министров, то народ не сможет оказывать влияние на принятие решений в столь важном органе, как правительство22. По существу произошло усиление именно президентской власти, поскольку заседания кабинета министров собирались крайне редко, мнения его членов носили сугубо совещательный характер, а все решения Джексон принимал единолично или вместе со своим «кухонным кабинетом»23. В него входили, в основном, журналисты и издатели, а также видные политики: М. Ван-Бюрен, У. Льюис, Д. Грин, А. Кендалл, Ф. Блэр. Эти люди имели непосредственное влияние на формирование политики Белого дома. Со времен Джексона понятие «кухонный кабинет» прочно вошло в лексикон американской политической жизни.

Политическая борьба того времени обычно помещала в эпицентр фигуру Эндрю Джексона. Обычными в пропаганде вигов становятся обвинения в деспотизме и тирании президента, нарушении им конституции. «Дух джексонианизма, – писала бостонская «Daily Advertiser and Patriot», – это якобинизм… Его альфой является анархия, а омегой – деспотизм. Он апеллирует к наихудшим инстинктам слабо информированной части народа». Другая газета из Огайо «Daily Advertiser» объявляла, что Джексон «аннулировал обе палаты Конгресса, Верховный суд и Конституцию Соединенных Штатов». «National Intelligencer» утверждала, что «Конституция выброшена прочь. Она превратилась в мертвую букву, и воля диктатора стала высшим законом». Такие постоянные утверждения прессы дополнялись войной карикатур, где главным объектом нападок оказывался сам президент. Наиболее известной из них является «Король Эндрю I», изображающая президента в монархическом одеянии: в мантии и короне, со скипетром в одной руке и свертком с надписью «veto» в другой. Ногами он попирает Конституцию США и правосудие. Впоследствии этот образ карикатуристы использовали для борьбы против его преемника М. Ван-Бюрена в карикатуре «Фасон одежды для Капитолия в 1837 г.», где уже восьмой президент изображался, примеривающим королевскую мантию. Едко высмеивался «кухонный кабинет», изображенный на карикатуре в качестве телеги для отходов, в которую запряжен осел с лицом Джексона, ведомый за длинное ухо М. Ван-Бюреном. Не менее ядовитой была сатира на «spoils-system», где над толпой искателей тепленьких местечек, щедрых раздач и прочих благодеяний власти пролетает хохочущий сатана24. Довольно яркими и выразительными были отклики карикатуристов на массовую отставку кабинета министров. На одной из них растерянный Джексон сидит на шатающемся кресле, крепко вцепившись в него руками, в то время как крысы, изображенные с головами известных министров: Дж. Итона, Дж. Брэнча, М. Ван-Бюрена, С. Ингхэма,  разбегаются в разные стороны. А на пошатнувшемся алтаре реформ уселся крылатый демон. В другой, похожей карикатуре, в руке у Джексона метла, которой он разгоняет своих бывших министров, а за этой сценой с нескрываемым торжеством наблюдают его политические противники: Д. Уэбстер, Г. Клей, Дж. Кэлхун. Кончено, такие едкие и язвительные нападки не могли пройти без последствий и способствовали укреплению позиций его политических противников – вигов, вполне оценивших значение общественного мнения, способствовали накоплению ими политического опыта, так пригодившегося в 1840 г. В карикатуре «Политическое барбекю» Э. Джексона изобразили в виде поросенка, поджариваемого на огне «общественного мнения». Поводом для карикатуры стала анти–банковская война Джексона. Виги очень зло высмеивали непродуманную финансовую политику президента. Не случайно человеком, подбрасывающим дрова в печь и раздувающим огонь, являлся бывший министр финансов Уильям Дуан, которого отправили в отставку за отказ выполнить распоряжение президента об изъятии правительственных депозитов из Второго банка. М. Ван-Бюрен изображен в виде маленького поросенка, убегающего с саквояжем денег из казначейства. Комментируют сцену главные политические противники президента, а беспристрастная Фемида отвернулась, хотя одной рукой поддерживает решетку для жарки25.

Как ни странно, анти-джексоновские карикатуры не слишком сильно повлияли на популярность президента. Его образ, имидж политика, близкого к народу, заботящегося о своей стране, сформированный благодаря умелым и целенаправленным усилиям, как самого президента, так и его команды, оказался достаточно устойчивым в американской общественном мнении. Э. Джексон становится человеком-символом в последующих политических избирательных технологиях, в соответствующей обработке общественного мнения. Его сторонники старательно создают имидж «self-made man», человека, который достиг всего исключительно благодаря своему характеру и способностям26. Таким образом, формируется важная демократическая дефиниция жизненного успеха. Имидж Джексона: «честный, скромный, непритязательный фермер из Теннеси» затем интерполируется на его преемника Мартина Ван-Бюрена. Совершенно не обязательно для успешной политической карьеры было иметь высшее образование, скорее, напротив, близость к народу подчеркивалась тем, что кандидат является самоучкой. Таковыми и были Э. Джексон, У. Гаррисон, З. Тэйлор, М. Филлмор, А. Линкольн. В их биографиях подчеркивалось, что они «не имели формального образования». Почти непременным условием успеха являлось наличие популярного прозвища, которое можно раскрутить в предвыборной кампании, как это было с Э. Джексоном. Связанными с военным прошлым были прозвища У. Гаррисона: «старина Тип» и «старый грубиян». Довольно удачно обыгрывалось место рождения М. Ван-Бюрена – «мистер O’K»27.

Распространенными в до-джексоновский период политическими стереотипами были представления большинства избирателей о том, что президентом должен избираться человек непременно пожилого возраста, убеленный сединами, умудренный жизненным опытом. В основе этого, несомненно, лежал архетип Дж. Вашингтона, первого президента США, избранного на этот пост в 57 лет. Кроме, того, ряд его имиджевых характеристик затем как бы примеривался на всех последующих президентов: виргинский джентльмен, фермер-плантатор, генерал – «спаситель нации», «отец народа». В первом президенте, по замыслу создателей американской политической системы должен был воплотиться не просто архетип европейского монарха, а «король-патриот» Г. Болингброка, стоящий над партиями и руководствующийся лишь благом отчизны. Не случайно, вслед за Вашингтоном избирались один за другим виргинские плантаторы-джентльмены, шла череда «философов на троне» в лучшем стиле Просвещения: теоретики конституционализма, законодатели и т.д. После Э. Джексона возникла мода на близость к народу, принадлежностью к буржуазно-плантаторской элите можно было подорвать свое реноме в глазах избирателя, поэтому начинается маскировка социального происхождения кандидатов, подражание имиджу седьмого президента. «Генерал Джексон, – заявлял в разгар войны с Банком один из конгрессменов, – сейчас находится во главе демократии, и если он победит, а я уверен, что так и будет, в этой великой борьбе за свободу человеческого рода, то в наших анналах не будет ни одного человека… более значимого для всех будущих времен»28. Таким образом, Эндрю Джексон действительно становится «человеком-символом» в последующей политической борьбе в США.

Примечения

1 См.: Дубовицкий Г.А. Эндрю Джексон // Вопросы истории. 1992. № 8-9. С. 52; Он же. «Новая политическая история» о партийно-политической борьбе в США в 30-50‑е гг. XIX в. // Проблемы историографии внутренней и внешней политики зарубежных стран.  Куйбышев, 1987.  С.73-89.
2 The Pioneer. A Literary Magazine / Ed. by J.R. Lowell. With an Introduction by S. Bradley. N.Y., 1947. Р. 61; см. также: The Southern Quarterly Review. Vol. 1. N 1. Jan. 1842. Р. 19-20.
3 American Whig Review. Vol. 14. N 84. Dec. 1851. Р. 516.
4 Turner F.J. Rise of the New West. 1819-1829. N.Y., 1906. P. 8; 189; Remini R.V. Martin Van Buren and the Making of the Democratic Party. N.Y., 1961. P. 196.
5 Иванян Э.А. История США. М., 2004. С. 166.
6 См.: Davis B. Old Hickory. A Life of Andrew Jackson. N.Y., 1977. Р. 71; Watson H.L. Liberty and Power. P. 153, 225; Remini R.V. Andrew Jackson: the Course of American Freedom. Vol. II. N.Y., 1982. Р. 177-178; Cutlip S.M. Public Relations History: From the XVII to the XXcentury. Boston, 1995. P. 51, 68-71, 82.
7 Cм: Massachusetts Yeoman, Worcester. Nov. 1. 1828 // http://www.rarenewspapers.com; Carrol M.E. Origins of the Whig Party. Gloucester, 1964. P. 26.
8 См.: The Correspondence of A. Jackson. Vol. III. P. 224, 227, 269; Howe D.W. The Political Culture of the American Whigs. Chicago, 1984. P. 39. Голоса коллегии выборщиков разделились между 4 кандидатами, и окончательное решение было перенесено в Палату представителей. Победителем был признан Дж.К. Адамс, которому Г. Клей передал свои голоса, получив в новой администрации пост государственного секретаря. По количеству голосов избирателей и выборщиков лидировал Джексон. За него проголосовали 99 выборщиков (за Адамса – 84) и 43,1% избирателей (за Адамса – 30,5%).
9 См.: United States Telegraph. Extra. (Washington, DC). Apr. 1. 1828
//http://www.rarenewspapers.com. «National Journal», поддерживавшая Дж.К. Адамса, уверяла своих читателей, что Э. Джексон затратил не менее 50 тыс. долл. на основание своего печатного органа. См.: Correspondence of A. Jackson: In 7 Vols. / Ed. by J.S. Basset, J.F. Jameson. Washington, 1926-1935. Vol. III. P. XV; Turner F.J. The United States, 1830-1850. Р. 26-27.
10 http://loc.harpweek.com//LCPoliticalCartoons/
11 http://loc.harpweek.com//LCPoliticalCartoons/
12 http://loc.harpweek.com//LCPoliticalCartoons/
13 Его враги заявляли, что он пьяница, дуэлянт, картежник и чрезвычайно жестокий человек. Предвыборная борьба не избежала и грязных, личных нападок, когда Джексона обвинили в сожительстве с чужой женой. В пуританской Америке это обвинение было достаточно тяжким. С Рейчэл Робардс Джексон жил с 1790 г., а развод со своим первым мужем она получила только в 1793 г. Обвинения прессы ускорили смерть жены Джексона, и в Белый дом он въезжал как вдовец. См.: National Gazette. Jan.10. 1829 // http://www.rarenewspapers.com; Basch N.B. Marriage, Morals and Politics in the Election of 1828 // Journal of American History. Vol. 80. Dec. 1993. N 3. P. 890-918; Согрин В.В. Президент США Эндрю Джексон: путь к власти // Новая и новейшая история. 1994. №6. С. 192; Стоун И. Первая леди, или Рейчэл и Эндрю Джэксон. М., 1995. С. 304-305.
14 http://loc.harpweek.com//LCPoliticalCartoons/
15 http://www.ipl.org/div/potus; Власова М.А. Демократы и виги: опыт количественного анализа // Американский ежегодник, 2000. М., 2002. С. 14. Не всегда сами выборы и подведение итогов проходили спокойно и мирно. Историки М. Фледберг и Д. Гримстед отмечают, что часто их сопровождали вспышки насилия и даже убийств. По подсчетам Д. Гримстеда, в таких «мятежах в связи с выборами» (election riots) погибло более 100 человек в 1828-1860 гг. См.: Grimsted D. American Mobbing, 1828-1861. Oxford, 1998. P. 184.
16 A Compilation of the Messages and Papers of the Presidents. Vol. II. P. 448; Инаугурационные речи президентов США. М., 2001. С. 115; Remini R. A. Jackson and the Course of American Democracy, 1833-1845. Vol. III. N.Y., 1984. P.159.
17 См.: Niles’ Weekly Register. Dec.11. 1830; Dec.11. 1831; Dec. 8. 1832; Dec. 12. 1835, etc.
18 Remini R.V. The Revolutionary Age of Andrew Jackson. N.Y., 1976. Р. 134; Козлихин И.Ю. Правительство Э. Джексона и конституция США // Конституция СССР и критика буржуазного конституционализма. Л., 1985. С. 207.
19 http://america-xix.org.ru/
20 Niles’ Weekly Register. Dec. 7. 1833.
21 Register of Debates. 23d Congress. 1st Session. P. 386-387; 1312-1313; 1375; 1646; Holt M. The Rise and Fall of the American Whig Party: Jacksonian Politics and the Onset of the Civil War. N.Y., 2003. Р. 24.
22 A Compilation of the Messages and Papers of the Presidents. Vol. III. P. 1282-1283; 1291-1293; 1301-1305.
23 Круг близких к Джексону людей регулярно встречался на кухне Белого дома, отсюда и название, ставшее с этих пор нарицательным. См.: National Intelligencer. Febr. 19. 1831; Schlesinger A. The Age of Jackson. N.Y., 1963. P. 67-69, 73.
24 Nevins A. A Century of Political Cartoons. Caricature in the United States . N.Y., 1944. P. 42-43.
25 http://loc.harpweek.com//LCPoliticalCartoons/
26 Ward J.W. Op. Cit. P. 167, 172-173, 181-198; см. также: Harper’s New Monthly Magazine. Vol. 10. N 56. Jan. 1855. P. 145-173.
27 См.: Democratic Review. Vol. 7. N 28. Apr.-May 1840. P. 283-297.
28 Remini R. A. Jackson and the Course of American Democracy, 1833-1845. Vol. III. Р. 143.

Текст: © 2006 Т.В. Алентьева
Опубликовано: Americana. Вып. 8. Россия и США: опыт политического, экономического и культурного взаимодействия: материалы науч.-практ. конф., посвящ. 10-летию создания Центра американских исследований ВолГУ «Американа», г. Волгоград, 21-23 апреля 2006 г. / Отв. ред. А.И. Кубышкин. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006. – С.44-57.
Статья предоставлена автором

Библиографическое описание (ГОСТ 7.1-2003)

Алентьева Т. В. Образ Эндрю Джексона в американском общественном мнении

В статье рассмотрен процесс превращения простого солдата в человека-символ посредством того, что сегодня называется "политтехнологиями".