Алентьева Т.В. «Президентские выборы 1856 г. в отражении общественного мнения американцев»

Политическая борьба середины 1850-х гг. в США всегда привлекала пристальное внимание отечественных американистов1. Однако, президентские выборы 1856 г., первые в истории республиканской партии, а тем более борьба мнений в связи с ними, до сих пор не являлись предметом специального рассмотрения. В то же время, их изучение показывает, как искусно политические противники пользовались избирательными технологиями, разнообразными методами воздействия на общественное мнение.

Выборы происходили в условиях распада второй двухпартийной системы (виги-демократы) и образования третьих партий. В стране шла перегруппировка классовых и партийных сил – процесс, который неуклонно вел к формированию третьей двухпартийной системы (республиканцы-демократы). В 1850-е гг. возникает шовинистическая Американская партия (нативисты)2. В стране развернулась шумная и ожесточенная пропаганда антикатолицизма. Нативистские агитаторы и проповедники подогревали националистические настроения вымышленными сенсациями и ложными обвинениями, натравливая толпу на католиков-иммигрантов. Устраивались шумные демонстрации, происходили погромы и избиения3.

В феврале 1856 г. нативисты провели свой предвыборный съезд в Филадельфии, на котором кандидатом в президенты выдвинули экс-президента М. Филлмора, а в вице-президенты – издателя влиятельного органа демократов «Washington Union» Э. Донельсона (1799-1871)4.

Возникшая в середине 1850-х гг. республиканская партия была, по преимуществу, партией Севера, в которой объединились те, кто не желал распространения рабства на новые территории. В то же время, правящая демократическая партия, ранее имевшая общенациональное влияние, стала выражать главным образом интересы Юга. Съезд новой республиканской партии собрался в Филадельфии 17-19 июня 1856 г. Кандидатом на пост президента был выдвинут 43-летний Джон Фримонт (1813-1890), вице-президента – Уильям Дэйтон (1807-1864), видный политик и бывший виг из Нью-Джерси.

Фримонт был крупным землевладельцем и известным путешественником, совершившим пять экспедиций на Дальний Запад с целью нахождения удобных путей и перевалов для переселенцев, а также составления достоверных карт новых районов Запада. Он проводил топографические съемки в районе Скалистых гор, и одна из вершин в штате Вайоминг была названа в его честь5. Фримонт был героем Калифорнии, поскольку со своим отрядом помог захватить у мексиканцев г. Соному, а затем Лос-Анджелес. После этого Калифорния была провозглашена республикой, на знамени которой было изображение медведя. Фримонт стал ее первым гражданским губернатором. Эти события в американской истории именуются «революцией медвежьего флага»6. Разногласия Фримонта с генералом С. Кирни привели к его аресту. По приговору военного суда он был уволен из армии. В 1850 г. Калифорния избрала его своим представителем в сенат США, но там он пробыл недолго. Его выдвижение кандидатом в президенты от новой партии свидетельствовало о растущем влиянии северо-западного региона в национальной политике, и, по мнению президента Ф. Пирса, было удачным выбором республиканцев7.

Выступление Фримонта на предвыборном конвенте республиканцев стало программным, его основные лозунги тиражировалось во всех республиканских газетах. В своей речи он осудил политическую власть над Союзом кучки рабовладельцев, заявив, что южная олигархия отвергает идеалы и принципы Войны за независимость, которые заключались в свободе и правах человека, в ограничении территории рабства. Он отверг билль Канзас-Небраска как средство, с помощью которого рабовладельцы намеревались лишить «свободный труд» его законного права на новые земли, и заявил о поддержке фристейтеров Канзаса, подтвердив намерение республиканцев добиваться принятия этой территории в Союз как свободного штата. Избирательная платформа республиканцев подтверждала верность принципам свободы, отстаивала право Конгресса запретить рабство на западных территориях. Она осуждала политику Пирса в отношении Канзаса. В платформе содержались требования постройки трансконтинентальной железной дороги и осуществления программы «внутренних улучшений»8. Однако она не содержала требований предоставления бесплатных участков земли нуждающимся (гомстеда) и не выступала против закона о беглых рабах9. Несмотря на умеренный характер выдвигаемых требований, программа республиканской партии потенциально представляла собой серьезную угрозу существованию рабства. Будучи экстенсивной экономической системой, оно не могло существовать, не расширяясь на новые земли. Это понимали и сами рабовладельцы. «Если Фримонт будет избран и введен в должность, – заявил губернатор Виргинии Г. Уайз, – существование рабства не продлится и 20 лет»10.

Однако против поддержки Фримонта сразу же высказались аболиционисты. Отстаивая свой девиз: «Никакого Союза с рабовладельцами», они считали недостаточно решительным лозунг территориального ограничения рабства11. Агитацию за республиканского кандидата наиболее активно вели «New York Tribune», «New York Evening Post», отчасти «New York Times»12.

Национальный демократический конвент по выдвижению кандидата в президенты собрался в Цинциннати 2-6 июня 1856 г. Среди предполагаемых кандидатов были Пирс, Дуглас и Бьюкенен. В полдень 2 июня делегаты собрались, но едва началось заседание, как толпа мужчин ворвалась в дверь, сбив привратника, и промчалась по залу. Это были сторонники Т. Бентона из Миссури, которому отказали в допуске на конвент13. На третий день была объявлена предвыборная платформа партии, которая требовала невмешательства Конгресса в дела рабства, строгого соблюдения закона 1850 г. о беглых рабах, выступала в защиту «суверенитета скваттеров», отрицала протекционизм. Демократы призывали «оказывать сопротивление всем попыткам в стенах Конгресса и за его пределами возобновить агитацию по вопросу о рабстве»14. Конвент выдвинул кандидатами на пост президента известного политического деятеля и дипломата Джеймса Бьюкенена (1791-1868), а вице-президента – южанина Джона Брекинриджа (1821-1875).

Выдвижению Бьюкенена способствовало то, что он, будучи дипломатом, отсутствовал в стране во время драматических событий, развернувшихся во время принятия билля Канзас-Небраска и Гражданской войны в Канзасе15. Современники и историки справедливо упрекали его в солидарности с южными штатами, хотя президент был родом из Пенсильвании. Его отцом был преуспевающий коммерсант, но Джеймс избрал политическую карьеру и накопил значительный политический опыт. В 1821-1831 гг. он был конгрессменом, в 1834-1845 гг. – сенатором; в 1832-1833 гг. являлся американским посланником в России, а в 1853-1856 гг. – в Великобритании; в 1845-1849 гг. занимал пост государственного секретаря при президенте Дж. Полке. Он был одним из авторов знаменитого «Остендского манифеста», в котором заявлялось о намерении США захватить Кубу. Лейтмотивом его предвыборной борьбы был призыв к сохранению Союза штатов путем прекращения аболиционистской агитации против рабства16. Слоган кампании: «Спасти Союз» был ориентирован на всех, кому было дорого единство страны. Главную атаку демократы и нативисты повели против республиканцев, как секциональной партии, представляющей интересы только Севера.

Проблема для Бьюкенена заключалась в том, что из видных печатных изданий только «Washington Union» оказывала ему постоянную поддержку, поэтому главным направлением в агитационной работе было издание огромными тиражами многочисленных памфлетов, за сочинение которых взялись опытные спичрайтеры А. Кендалл, Д. Форни, У. Рид. Они уверяли северян, что Бьюкенен не будет слугой южан и не допустит разрушения Союза, а Юг – в том, что он будет соблюдать его интересы и защищать права штатов. Они запугивали иммигрантов тем, что республиканцы заодно с «нативистами», а трудящимся изображали Бьюкенена как «друга и защитника рабочих», заявляя, что демократы – это подлинно народная партия. В памфлетах также доказывалось, что Фримонт усиливает антирабовладельческую пропаганду и ведет страну к расколу, а Бьюкенен – единственный, кто способен сохранить ее единство. Кроме того, демократы устраивали массовые митинги в поддержку своего кандидата с тем, чтобы завоевать общественное мнение на свою сторону. Активную поддержку демократической партии по-прежнему оказывала влиятельная «New York Herald». Дж. Беннет заявлял, что нет никакой разницы между республиканцами и аболиционистами.

В южных штатах агитация против Фримонта была более резкой по тону и настойчиво убеждающей избирателей, что республиканцы приведут страну к катастрофе, что Союз находится в опасности. Снова южные политики и пресса настойчиво заговорили о возможном расколе США. Сенатор Р. Тумбс полагал, что «избрание Фримонта будет концом Союза, что целью его сторонников является завоевание Юга. Я утверждаю, что мы подчинимся им только, когда они нас покорят, но не прежде»17. «Richmond Enquirer» полагала, что «избрание Фримонта приведет к немедленному разделению Союза. Пограничная линия пройдет по югу Огайо, Индианы и Иллинойса, и новая республика будет по всей вероятности включать Пенсильванию»18.

Сенатор-южанин Слайделл, не колеблясь, заявил, что, если Фримонт будет избран, Союз не может и не должен быть сохранен. Сенатор Мейсон также утверждал, что при успехе республиканцев остается только один путь для Юга, и это будет немедленное, абсолютное и вечное отделение19. Редактор из Алабамы писал, что он будет наблюдать, как избрание Фримонта приведет к разрыву связей между штатами, и это будет сопровождаться немедленными действиями южан по формированию нового правительства. Южные члены Конгресса тогда должны будут покинуть Вашингтон и начать консультации с губернаторами и членами легислатур штатов относительно того, что лучше всего сделать20.

Губернаторы Виргинии и Алабамы сделали резкие заявления о возможной сецессии Юга в случае победы республиканцев. Уайз предложил, чтобы губернаторы 15 южных штатов собрались в г. Рэли (Сев. Каролина) в октябре 1856 г. и приняли решение о дальнейших действиях в случае, если Фримонт будет все же избран21. Встреча состоялась, но на ней присутствовали только 3 губернатора. Бьюкенен ежедневно получил письма от южан, в которых заявлялось, что немедленный раскол Союза последует за выбором Фримонта22.

Выступая на митинге один из лидеров вигов в Пенсильвании, Дж. Рэнделл заявил: «Республиканская партия является секционной, и ее успех, по моему мнению, приведет к разрыву Союза. Я обращаюсь к каждому старому вигу, чтобы предотвратить это бедствие. Юг не может и не останется в Союзе, если его права не гарантируются. Если бы мы были в той же самой ситуации, мы требовали бы защиты наших прав в таком же резком тоне, как это делают наши южные братья». Многие северные издания утверждали, что «цель республиканцев превратить белых в рабов, а негров сделать свободными». При этом они опирались на господствующие среди северян стереотипы о неполноценности негров и расистские предубеждения. Наоборот, именно программа демократов, внушали они избирателям, учитывает интересы обеих секций Союза и является в своих основах умеренной, а не радикальной. «Мы представляем платформу, которая как мы верим, консервативна по отношению к Конституции и равным правам штатов, – писала «Pennsylvanian». – Наши противники, напротив, защищают секционные проблемы, и стремятся устанавливать неравенство, которое утверждает подчиненное положение белых южан, которым придется мирно и покорно поменяться местами со своими черными рабами. Неужели разумно мыслящий северянин желает, чтобы такая деградация постигла его южного брата?»23

Пресса республиканцев пыталась противостоять массированной атаке демократов и их успешным попыткам задействовать угрозу раскола как мощное противодействие избранию в президенты республиканского кандидата. «New York Evening Post» заявляла, что «если раскол Союза последует за избранием Фримонта, то это будет ответ на угрозы южан, а не на действия республиканцев. Угрозы партии Бьюкенена означают только одну вещь, что они уничтожают основной принцип демократии, согласно которому править должно большинство. Если большинство избирателей проголосует за Фримонта, это не должно вести к разрушению страны. Опасность, если таковая существует, исходит из правления рабовладельческой аристократии. Господствовать или разрушать – это ее девиз»24.

По всему Северу прошли многолюдные митинги за избрание Фримонта под лозунгом: «Свободная речь, свободный труд, свободный Канзас, Фримонт и Дэйтон»25. Биографии Фримонта, написанные для избирательной кампании Дж. Биглоу, Х. Грили и Ч. Эпхемом, распродавались десятками тысяч и перепечатывались в республиканских газетах. Литографированные плакаты с изображением загорелого бородатого лица путешественника украшали окна домов и лавок на Севере и Западе. Пресса республиканцев печатала восторженные описания экспедиций Фримонта, рассказывали о его качествах лидера, приводили отзывы о нем его соратников26. Хвалебными стихотворениями откликнулись на выдвижение Фримонта Дж. Уиттьер, У. Уитмен и Г. Лонгфелло.

Рост общественной активности вызвал озабоченность представителей демократической партии. Именно серьезные шансы на победу кандидата республиканцев объясняют ожесточенность борьбы в период президентской кампании 1856 г., использование оппонентами Фримонта грязных методов. Вначале на свет был вытащен факт его незаконнорожденности27. В американском общественном мнении, отличавшимся пуританским ханжеством, такой факт биографии был предосудительным. Во всех демократических газетах он именовался «французским выродком», подробности жизни его родителей рисовались в скандальном свете. Пресса демократов лицемерно вопрошала избирателей, не хотят ли они, «чтобы в Белом доме правил незаконнорожденный, что тогда произойдет с моралью и семейной жизнью Америки»?28

Пресса республиканцев была более сдержанна в отношении кандидата демократов. Тем более что «старина Джеймс», как его именовали, был закоренелым холостяком, и по выражению одного из его друзей, «с тех пор как стал зрелым мужчиной, женат на американской конституции»29. Республиканцы продолжали свою агитацию в пользу Фримонта, которая принимала все более массовые формы. Не только многотысячные митинги в различных городах Севера, но и факельные шествия, военные парады, многочисленные оркестры агитировали за новую партию и ее кандидата.

Демократы удвоили свои личные нападки на Фримонта. Теперь в ход шел откровенный вымысел. Его называли беспробудным пьяницей, аморальным типом, спекулянтом и работорговцем. Утверждалось, что стал миллионером в период завоевания Калифорнии, скупая землю, лошадей, рогатый скот, рабов, расплачиваясь правительственными расписками. Наконец, в конце сентября демократы нанесли самый тяжелый удар, объявив Фримонта католиком. Демократические газеты снова подняли шумиху относительно перспективы появления «эмиссара римского папы в Белом доме». Антикатолические настроения в стране были все еще очень сильны. Играя на них, демократы утверждали, что с избранием Фримонта католицизм будет господствовать в американской жизни, протестанты будут истребляться огнем и мечом, а Соединенные Штаты станут католической страной. Утверждалось, что отец Фримонта был французским католиком, а сам он жил в монастыре в Балтиморе. В подкрепление обвинений публиковались документы, подтверждающие церемонию бракосочетания Джона Фримонта и Джесси Бентон католическим священником30.

Несмотря на все эти личные нападки на их кандидата республиканцы уверенно лидировали в ряде штатов Севера и Северо-Запада. Однако роковой для них стала перспектива возможного раскола Союза, так как южные экстремисты угрожали сецессией в случае выбора президентом «черного республиканца». В поддержку демократов выступил популярный сенатор от штата Миссури Т. Бентон, тесть Фримонта. Он заявлял, что ради сохранения единства страны надо выбирать в президенты Бьюкенена. Многие избиратели Севера стали задаваться вопросом: «Какой смысл избирать Фримонта, если это вызовет гражданскую войну?» Возможно, что победа все-таки досталась бы республиканцам, которые отстали от демократов почти на полмиллиона голосов, если бы часть голосов не оттянул на себя кандидат нативистов Филлмор, получивший 873 тыс.31 Многие банкиры, судовладельцы, крупные купцы опасались, что успех республиканцев приведет к отделению Юга и разрушению их деловых связей с плантаторами, их пугало также наличие радикальных элементов среди республиканцев. Газета «Boston Courier» 1 апреля 1860 г. писала: «Правда состоит в том, что республиканизм является не более, не менее как радикализмом. Мы не думаем, что все республиканцы являются радикалами. От этого далеко. Но применение их доктрины ведет к этому. Радикализм является движением, уклоняющимся от всех установлений порядка и закона. В результате, вы обнаружите в рядах их организации критиков морали, религии, правительства и приверженцев социальной революции».

В Нью-Йорке был создан специальный комитет для финансирования избирательной кампании демократов, в который вошли финансовый «король» демократов У. Коркоран, его партнеры по банковскому делу братья Э. и Дж. Риггс и ряд финансовых воротил с Уолл-стрит. На тайных совещаниях представителей деловых кругов вносились значительные суммы денег, чтобы нанести поражение республиканцам32.

Фримонта поддержали северные религиозные деятели, ученые, писатели. Лонгфелло писал, что он отказался от поездки в Европу, чтобы проголосовать за республиканцев. Ирвинг также заявил о своих симпатиях к республиканцам. С речами в их поддержку выступили У.К. Брайант, Р.У. Эмерсон и Дж. Кэртис33.

Никогда в любой из предыдущих избирательных кампаний не было такого потока памфлетов и речей. Были напечатаны большими тиражами речи: Самнера «Преступление против Канзаса», Сьюарда «Опасности распространения рабства», Колфакса «Законы Канзаса». Возникли многочисленные клубы в поддержку республиканцев: клубы Скалистых гор, Пионеров, Фримонта и Свободы. Они устраивали шумные шествия с факелами и транспарантами, большинство которых гласило: «Свободный труд, свобода слова, свободный человек, свободный Канзас, Фримонт». Большие массовые митинги были проведены в Питтсбурге и Нью-Йорке. Еще большее значение имели многочисленные митинги в маленьких городках от Мэна до Висконсина. Однако никаких республиканских митингов не проводилось на Юге, где открыто угрожали линчеванием любому стороннику этой партии34.

Западные штаты были поголовно за Фримонта, но восточные склонялись к поддержке Бьюкенена. Напряженная борьба развернулась в Пенсильвании. Республиканские ораторы говорили о «кровоточащем Канзасе», отмене Миссурийского компромисса и опасности для свободных рабочих и фермеров, если рабство будет распространено на новые территории. Сторонники Бьюкенена прибегали к уже опробованным риторическим приемам о борьбе с «монополиями и привилегиями всякого рода», защите демократии, пугали «распадом Союза» и рисовали мрачное будущее Севера, если Юг уйдет35.

Почти миллион долларов были потрачен на выборы двумя партиями. Демократы собрали деньги у брокеров Уолл-стрит, клерков в нью-йоркской таможне, в офисах Вашингтона, а также от своих приверженцев из различных штатов, начиная от Северной Каролины до Иллинойса. Республиканцы уверяли, что сбор денег велся в их пользу в Новой Англии и Нью-Йорке. Однако демократы в финансовом отношении превосходили республиканцев. Х. Грили жаловался, что «друзья Фримонта, не имели и одного доллара там, где сторонники Бьюкенена имели 10»36.

Когда выборы прошли, оказалось, что не только рабовладельческие штаты, за исключением Мэриленда, но и Пенсильвания, Нью-Джерси, Индиана, Иллинойс, и Калифорния проголосовали за Бьюкенена. Итоги голосования были: Бьюкенен – 1 838 169; Фримонт – 1 341 264. Бьюкенен получил 174 голоса выборщиков; а Фримонт – 114. Победа демократов, однако, не была подавляющей. За Фримонта высказались 11 свободных штатов37. «Мы проиграли это сражение, – писала «New York Tribune». – Партия, лишь вчера созданная, без прочной организации, без умудренного опытом руководства, не овладевшая престижем, не сумела осилить старейшую политическую партию страны, ежегодно тратящую миллионы долларов на приобретение голосов избирателей… Банкер-хилл в борьбе за свободу пройден. Но мы надеемся, что Саратога и Йорктаун у нас еще впереди»38.

Президентские выборы 1856 г., несмотря на победу демократов, показали, что в лице республиканской партии промышленная буржуазия приобрела мощное оружие для завоевания политической власти. Важнейшим средством для достижения этой цели была борьба за привлечение общественного мнения американцев на свою сторону.

Примечания

1 См.: Кормилец А.А., Поршаков С.А. Кризис двухпартийной системы США накануне и в годы гражданской войны (конец 1840-х – 1865 гг.). М., 1987.
2 Сторонников партии также именовали «ничего-не-знающими», так как ее цели они должны были держать в тайне.
3 См.: Кислова А.А. Религия и церковь в общественно-политической жизни США в первой половине XIX в. М., 1989. С. 138.
4 New York Daily Tribune. Febr. 18, 23, 25, 27, 28. 1856 .
5 Имя Фримонта носят три города в штатах Мичиган, Небраска, Огайо.
6 Hine R.V., Faragher J.M. The American West. New Haven, 2000. P. 190-191.
7 Nichols R.F. Franklin Pierce. Young Hickory of the Granite Hills. Philadelphia, 1958. Р . 475.
8 National Party Platforms. / Ed. by K.N. Porter. N.Y., 1924. P. 47-49.
9 Bartlett R.J. John С . Fremont and the Republican Party. N.Y., 1970. P.19; Crandell A.W. The Early History of the Republican Party, 1854-1856. Gloucester, I960. P. 194-195.
10 New York Daily Tribune. Sept. 27. 1856.
11 Liberator. Apr. 4; Nov. 4. 1856.
12 Kluger R. The Paper. The Life and Death of the New York Herald Tribune . N.Y., 1986. P. 88-90.
13 New York Tribune. June 3. 1856.
14 Official Proceedings of the National Democratic Convention. Cincinnati, 1856. P . 23-27.
15 Алентьева Т.В. США накануне Гражданской войны: время и люди. Курск, 2003. С. 70-75.
16 Klein Ph. President James Buchanan. Philadelphia, 1962. P. 221.
17 New York Tribune. Aug. 18. 1856.
18 Richmond Enquirer. Aug. 29. 1856.
19 New York Evening Post. Sept. 11. 1856; New York Times. Oct. 14. 1856.
20 National Intelligencer. Sept. 30. 1856.
21 New Orleans Bulletin. Aug. 16. 1856; New York Evening Post. Oct. 6. 1856.
22 Curtis G.T. Life of James Buchanan. Freeport, 1 969. Vol. 2. P. 182.
23 Pennsylvanian. June 11 . 1856.
24 New York Evening Post. Sept. 20 . 1856.
25 Neal H.E. Diary of Democracy. The Story of Political Parties in America. N.Y., 1970. Р . 93.
26 Silbey J.H. The American Political Nation. 1838-1893. Stanford , 1991. Р.90-91, 98.
27 Он был внебрачным сыном французского эмигранта и виргинской аристократки.
28 См.: Стоун И. Бессмертная жена, или Джесси и Джон Фремонт. М., 1995. С. 321.
29 Американские президенты. 41 исторический портрет / Под ред. Ю. Хайдекинга. Ростов-н/Д., 1997. С. 221.
30 См.: New York Daily Tribune . June 17, 19, 25; July 14, 18, 21; Aug. 6, 11; Sept. 6, 8, 9; Oct. 16, 17, 21, 23, 31. 1856; Введение в руморологию. Использование слухов на американских выборах / Сост. С. Василенко. М., 2004. С. 60.
31 Кормилец А.А., Поршаков С.А. Указ. Соч. С. 56.
32 Foner Ph. Business and Slavery. The New York Merchants and the Irrepressible Conflict. N.Y., 1968. P. 218.
33 New York Times. Oct. 8; Nov. 1. 1856.
34 Richmond Enquirer. Sept . 23. 1856.
35 Smith E.B. The Presidency of James Buchanan. Lawrence, 1975. Р .17.
36 New York Times. Oct. 24. 1856; Pike J.S. First Blows of the Civil War. N.Y., 1879. P. 346.
37 Isely J.A. Horace Greeley and the Republican Party, 1853-1861. N.Y., 1965. P.194.
38 Места важнейших сражений в период Войны за независимость. New York Weekly Tribune. Nov. 22. 1856.

Текст: ©2006 Т.В. Алентьева
Опубликовано: Modern History. Партийно-политическая, духовная история и общественные движения в странах Запада и Востока / Под ред. Р.К. Хабибуллина. – Вып. VII. – Уфа: РИО БашГУ, 2006. – 266 с. – С. 5-13. (0, 5 п.л.).
Статья предоставлена автором

Алентьева Т.В. «Президентские выборы 1856 г. в отражении общественного мнения американцев»

Тема статьи — президентские выборы в США 1856 года, политическое противостояние Джона Фримонта от республиканцев и Джеймса Бьюкенена от демократов.