Алентьева Т.В. «Проблема коррупции в США в 1850-е годы и общественное мнение»

О вреде коррупции человечество заговорило с возникновением первых цивилизаций и письменных источников. Еще Аристотель утверждал: «Самое главное при всяком государственном устройстве – поставить дело так, чтобы должностным лицам невозможно было наживаться»1. Совершенно очевидно, что эта проблема всегда волновала современников. Молодое американское государство тоже не стало исключением, несмотря на мечты отцов-основателей о создании образцовой республики.

В период президентства Эндрю Джексона коррупция превратилась в постоянную тему для взаимных партийных обвинений. Однако значительное усиление этого явления происходит в 1850-е годы в силу ряда причин. Присоединение Техаса и спекулятивный ажиотаж вокруг техасских ценных бумаг, активная распродажа земель государственного фонда на Западе и бурное железнодорожное строительство, также сопровождающиеся стремлением к наживе путем незаконных спекулятивных сделок, борьба за расширение территории рабства путем протаскивания через Конгресс новых компромиссных законов 1850 и 1854 гг., – все эти новые явления американской жизни становились питательной почвой для коррупции на всех уровнях, от регионального до общенационального. Ситуация осложнялась в связи с укоренившейся практикой раздачи государственных должностей и заменой практически всех госслужащих после проведения очередных президентских или местных выборов (spoils-system). Погоня за голосами избирателей превращалась в многочисленные нарушения во время избирательных кампаний и самих выборов. Английский путешественник Б. Хэлл отмечал, что «партийный дух пронизывает все вокруг». В своих заметках он писал: «Интриги, погоня за голосами, вся мощь злоупотреблений прессы, речи и маневры в легислатурах, в судах, всюду, в каждом уголке страны… беспрерывно формируют составные части предвыборного бизнеса, бесконечно далекого от желаний, обещаний и даже характера кандидата на должность». Уитмен справедливо критиковал боссизм и коррупцию, партийные закулисные интриги при выдвижении кандидатов в президенты. Среди этих людей большую роль, по его мнению, играют «чиновники и те, кто мечтает стать чиновниками; … подрядчики, продажные редакторы; дрессированные пудели, готовые по приказу стоять на задних лапках; маклеры, люди без веры, враги единства страны, … поборники раб­ства; политические махинаторы, скандалисты, взяточники, специалисты по подкупу Конгресса …с толстыми золотыми цепями на животе, купленными на поборы с на­рода»2.

С избранием в 1856 г. на президентский пост демократа Джеймса Бьюкенена коррупционные скандалы разрастаются. Членов его администрации за коррумпированность современники прозвали «буканьерами»3. В незаконных сделках оказались замешанными военный министр Джон Флойд (1806–1863)4, морской министр Исаак Тоуси (1857–1869)5, министр финансов Хоуэлл Кобб (1815–1868)6. На страницах газет появляется огромное множество разоблачительных статей и призывов к борьбе с коррупцией.

По мнению американского историка М. Саммерса, масштабы этой «болезни» в конце 1850-х гг. оказались столь серьезными, что именно коррупция, разъедающая институты власти, как на региональном, так и на высшем общенациональном уровне, стала причиной разрушения Союза штатов в 1860–1861 гг. В своем исследовании он пишет: «Было немало дорог к форту Самтер и краху Союза, и многие из них оказались более прямыми, чем те, которые имели начало в залах партийных собраний Олбани и Мэдисона, казначейских хранилищах Колумбии и Августы, в залах гостиниц Остина и Вашингтона; но все дороги вели, в конечном счете, к одному и тому же. Одной из проблем оказался сам Союз штатов, пораженный, казалось, неизлечимой болезнью и вызывающий отвращение к себе, заслуживший ту смерть, которая его постигла апрельским утром 1861 г. Эта болезнь развивалась в течение не менее дюжины лет. Имя этого серьезнейшего недомогания – коррупция»7.

Действительно, сторонники отделения, сепаратисты-южане создали стойкий миф о тотальной коррумпированности исключительно Севера, погрязшего в самых разнообразных пороках и забывшего о добродетелях, завещанных отцами-основателями Союза. Внимательное изучение прессы Севера и Юга доказывает не только живучесть этого мифа. Естественно, он строился на антитезе: продажность и алчность янки противопоставлялись рыцарским идеалам чести и достоинства южан-кавалеров. Один из южных экстремистов, именуемых современниками «пожирателями огня», плантатор и журналист Эдмунд Руффин из Виргинии утверждал: «Как правило, большинство членов Конгресса с Севера коррумпированы и лишены личной честности, в то время как большинство конгрессменов-южан представляют полную противоположность этому»8. В 1858 г. сенатор от Джорджии Роберт Тумбс заявлял в своей речи: «Мы говорим о коррупции в Мексике, Испании, Франции, но, по моему опыту и наблюдению на сегодняшний день, я не верю, что есть на свете правительство, таким же образом подверженное коррупции, как эти Соединенные Штаты»9.

Южане рассматривали себя непосредственно как защитников революционного наследия Войны за независимость, а Юг как регион, приверженный классическому республиканизму. Следуя заветам Т. Джефферсона10, они стремились законсервировать аграрный тип экономики, черпая в нем аргументы против постоянной армии, централизованного правительства и экономических программ, направленных на промышленное развитие страны. Отсюда их неприязнь к сильному государству, которое в классической традиции английского либерализма ассоциировалось с коррупцией (патронаж, боссизм, многопартийность, постоянная армия, превалирование денежного интереса). Желая направить мысли южан к созданию независимого государства, журналисты и политики обращались к населению Юга на языке классического республиканизма, воскрешали великие идеалы Войны за независимость, опирались на сложившиеся архетипы сознания. Они заявляли, что борьба с федеральным правительством – это борьба против коррупции и превращения государственных должностей в кормушку для мздоимцев. Общественное мнение южан настраивалось на необходимость и правомерность отделения.

Множество людей разделяло подобное утверждение не только на Юге, благодаря настойчивым усилиям многочисленных газет11. Северяне также постоянно читали в своих региональных газетах о коррупционных скандалах, в которых оказывались замешанными губернаторы и мэры, конгрессмены и федеральные чиновники разного уровня. «Это – реальный факт, наши публичные политики почти все мошенники, …честные люди удалены от проведения выборов, избирательные участки оказываются в руках настоящих головорезов. Множество людей, избранных на официальные должности, … оказываются плутами, биржевыми спекулянтами, лжецами, мошенниками и даже грабителями. А наше честное общественное мнение … запугано и смущено, молчаливо и бездеятельно»12.

Последнее утверждение не совсем правомерно, поскольку именно общественное негодование в связи с фактами, публикуемыми прессой, заставляло конгрессменов проводить комитетские расследования. Особенно активно они действуют в связи с созданием новой республиканской партии. После поражения на президентских выборах 1856 г. республиканцы ведут борьбу за завоевание большинства в обеих палатах Конгресса и неустанно разоблачают неблаговидные действия демократической администрации Дж. Бьюкенена.

Созданная 5 марта 1860 г. специальная комиссия под руководством сенатора-республиканца Джона Коувода (1808–1871), прозванного «честным Джоном», была призвана найти основания для импичмента президента Бьюкенена. В июне был опубликован ее доклад, в котором говорилось об использовании средств федерального казначейства для поддержки органов печати демократов, для подкупа членов Конгресса, чтобы они голосовали за принятие Канзаса в Союз с Лекомптонской конституцией13. Комиссия Коувода утверждала также, что во время выборов 1856 г. были многочисленные нарушения и подкупы, особенно в штате Пенсильвания, откуда президент был родом. Благодаря незаконной выдаче свидетельств о натурализации иммигрантам в этом штате, демократы получили не менее 20 тысяч голосов. В Филадельфии число голосовавших за них было 11 тысяч, что было больше, чем в Нью-Йорке и казалось совершенно сомнительной цифрой в сравнении с числом избирателей. Было также установлено: с целью привлечения голосов в штатах Индиана, Иллинойс демократы перевозили туда уже проголосовавших в других штатах иммигрантов14.

Республиканцы утверждали что «король Англии не был в состоянии так развратить правительственным патронажем общество, но мы живем в эру Бьюкенена»15. Президент протестовал против «инквизиторского расследования», предпринятого с целью «дискредитации демократического правительства в глазах народа»16. Республиканцы в Конгрессе угрожали Бьюкенену импичментом, но до этого дело не дошло.

В защиту администрации выступил влиятельный нью-йоркский редактор Джеймс Беннет. «Мы можем считать, – писала его «New York Herald» – сравнительным пустяком состояние банкротства, в котором министр Кобб оставил казначейство, невероятно огромное лоббирование и спекуляции, в которых обвиняют бывшего министра Флойда, баснословные хищения в департаменте внутренних дел при министре Томпсоне, при условии, что после их отставки эти должности займут честные и порядочные политики»17. Беннет пытался убедить публику, что результаты деятельности комиссии Коувода ничтожны и республиканцы тратят впустую время и снижают престиж страны за границей. «New York Herald» сразу же принялась уверять, что расследование было предпринято из низменных побуждений и выдвинутые обвинения совершенно абсурдны. Однако республиканцы сразу поняли, какой сильный эффект их разоблачение правительственной коррупции могло произвести на общественное мнение. Они «открыли огонь» по администрации Бьюкенена. Большая часть их доказательств была добыта комиссией Коувода. «Ничто не раскроет людям глаза лучше, чем заявления в прессе, что старый проходимец (Бьюкенен) вовлек их в долг в 200 млн. долл.», – заявлял один из членов комиссии. В Нью-Йорке было отпечатано 40 тыс. экземпляров материалов расследования18.

Собственно, многие выводы комиссии были уже достаточно известны. Пресса каждого из регионов стремилась снабдить своих читателей сведениями о разоблачении политических махинаций. Первый коррупционный скандал разразился в военном министерстве, когда известный земельный спекулянт из Миннесоты Ф. Стил потребовал продажи военного форта Снеллинг вместе с плодородной землей вокруг (11 тысяч акров) за 75 тысяч долл. Военный министр Дж. Дэвис отказал в этой сделке, полагая, что форт еще должен служить целям правительства. Однако после его отставки новый министр Флойд охотно оформил эту сделку, причем детали держались в секрете. Стоимость продажи была определена в 90 тыс. долл., но покупатель внес в казну только 30 тыс. (на остальную сумму полагалась рассрочка на два года). Однако, инфляция и кризис 1857 г. еще более урезали реальную сумму, которую получило государство. Газета «New York Tribune» утверждала, что земля продавалась по 11 долл. за акр, в то время как ее действительная стоимость доходила до 100 долл. за акр19.

Специальное разбирательство в сенате в январе 1858 г. установило, что военный министр не имел законного права продажи этой земли, однако Флойд остался на своей должности. Как оказалось, подобная спекулятивная афера была не единственной в послужном списке военного министра. Земельные спекулятивные аферы были проделаны также при покупке правительством земли для строительства форта Виллет-Пойнт в штате Нью-Йорк и Лайон-Пойнт в Калифорнии. Причем в этих случаях правительство переплатило огромные суммы по сравнению с реальной стоимостью земли20. Особенно нажился Флойд на военных поставках во время войны с мормонами в 1857 г., заработав 6 млн. долл.21.

Демократическая партия, по утверждениям республиканцев, постоянно прибегала к демагогии и мошенничеству на выборах, подкупала или спаивала избирателей. «Мошенничество и из­бирательные плутни составляют основу этой партии. Многим из ее дея­телей самое место в тюрьме»22. Особенно дружно республиканские газеты разоблачали ратификацию так называемой Лекомптонской конституции в Канзасе, которая позволяла принять этот штат в Союз в качестве рабовладельческого, что активно поддерживалось президентской администрацией. По сведениям фристейтеров, в 15 из 38 графств будущего штата чиновники не регистрировали избирателей совсем. По крайней мере половина фристейтеров не смогла зарегистрироваться. В г. Лоуренс не было открыто ни одного избирательного участка. Результат был таков, что из 20 тысяч потенциальных избирателей только 9 251 были зарегистрированы, а фактически проголосовали 2200. Тем не менее, результаты были признаны законными, и это породило уверенность публики в том, что многие конгрессмены получили взятки, что подтверждалось и выводами комиссии Коувода, в заключении которой говорилось: «Честный гражданин будет опечален, историк вздохнет, изучая эти описания бесстыдства происходящего. Привыкшие к тому, что американский народ погряз в ошибках и преступлениях этой власти, они будут читать эти разоблачения с чувством нескрываемого возмущения»23.

Стремясь к дискредитации своих политических врагов, ведущая республиканская газета «New York Tribune» доволь­но часто разоблачала процветание коррупции и мошенничества в де­ятельности демократов. «Наши современные политики постыдно продажны, – заявляла она. – Всеобщая коррупция, как гангрена, разъедает нацию». Продажность приобрела широкие размеры в Конгрессе и в правительстве. «New York Tribune» сообщает о скандальных финансовых аферах в штате Огайо, которые нанесли ущерб этому штату в полмиллиона долларов. В статье «Стоимость демократического правления» эта газета утверждала, что правительство демократов, которое они называют «экономным», обошлось стране в 114,5 млн. долл.24

Не менее сенсационными стали разоблачения деятельности морского министра Тоуси. В 1859 г. палата представителей рассмотрела результаты его сделки по закупке угля для военного флота. Оказалось, что этой деятельностью было поручено заниматься личному другу министра, пенсильванцу Ч. Хантеру, который только за 6 месяцев получил доход в 7 500 долл. Но и в дальнейшем созданная им компания обманывала правительство, продавая уголь дороже на 50 центов за каждую тонну. Тоуси был впоследствии уличен в том, что предоставил выгодные контракты на строительство кораблей для военного флота компаниям, в которых работали его родственники. Некоторые из этих контрактов так и не были выполнены, хотя деньги из казны за них были выплачены25.

Коррупция в правительстве поощряла подобные же процессы на местах, вовлекая в незаконные сделки чиновников разного ранга. Так, в период президентства Бьюкенена от каждого государственного служащего требовали не просто лояльности, но и по существу плату за занимаемое им место. Так, в Чикаго видный функционер демократической партии Д. Кук заставил всех чиновников города внести по 100 долл. в фонд демократической партии, собрав таким образом 7 тысяч. «Вы разве против администрации? – заявлял он при этом. – Если против, то ваш долг состоит в том, чтобы уйти в отставку. А если нет, то ваша первейшая обязанность состоит в финансовой поддержке партии»26.

Правительство активно поддерживало различными способами демократические газеты. От 25 до 30 тыс. долл. правительственных субсидий получили такие издания, как «Washington Union», «Pennsylvanian», «The Philadelphia Argus». Благодаря финансовой поддержке и прямым угрозам 59 из 69 газет Иллинойса поддержали демократа Стивена Дугласа на выборах сенатора от штата в 1858 г.27

Особенно удобной фигурой для нападок республиканцев оказался избранный от демократической партии мэр Нью-Йорка Фернандо Вуд (1812-1881)28. В 1854 г. он впервые стал мэром, а затем пе­реизбирался в 1856, 1859, 1861 гг. Он был связан с бандами головорезов «Мертвые кролики» и «Парни Бауэри». С их поддержкой он сумел заручиться помощью Таммани-Холл, штаб-квартиры демократов. Ему удалось привлечь на свою сторону голоса избирателей-им­мигрантов. Причем на выборах широко применялось запугивание избира­телей, в том числе, с помощью оружия, так что многие из них не рискнули покинуть свои дома в день выборов, поскольку на улицах произошли вооруженные стычки гангстеров. Общее число проголосовавших, по утверждению некоторых газет, было сфальсифицировано, а по крайней мере, 10 тысяч бюллетеней явились поддельными. Но никакого расследования не проводилось. Современники говорили о нем, что это был самый продаж­ный человек из всех, когда-либо сидевших в кресле мэра. Он довел расходы Нью-Йорка с 5 до 8 млн. долл. ежегодно. Общественные расследования, проведенные в 1850-е годы, показали, что коррумпированными оказались все отделы городского управления. Обычные чиновники обогащались с помощью продажи лицензий, предоставления дотаций, привилегий и арендных договоров, сборов с преступных сообществ и публичных домов, а также обычных взяток. Так, суперинтендант полиции Дж. Мацелл получил за год 368 подношений различного рода. Полиция оказалась настолько пронизана коррупцией, что в 1853 г. было создано Бюро комиссаров полиции, состоящее из мэра, секретаря и городского судьи. Но при этом ситуация нисколько не улучшилась. Как сообщает исследователь преступности Нью-Йорка Г. Осбери: патрульный платил по 40 долл. капитану, в чей участок он хотел быть зачисленным, и в два раза больше чиновнику, который его назначал. Капитаны полиции платили тем же чиновникам по 200 долл., поэтому полицейские всех рангов использовались не для борьбы с преступностью, а для сбора взяток и проведения сомнительных политических сделок29.

«Фернандо Вуд, – сообщала «New York Tribune» читателям, – бывший владелец винной лавки, опасный демагог, окруженный бандитами и подонками. Он любит заявлять: «Публика – это гусь, и только дурак, не имеющий рук, откажется ощипать ее». Он увеличил жалованье городских служащих на 25–50%, а свое собственное – с 235 тыс. до 537 тыс. долл.». Он не раз представал перед судом по обвинению в мошенничествах, подлогах и фальсификации текущих счетов, но всякий раз отделывался небольшими штрафами30. В 1857 г. была предпринята попытка реформирования нью-йоркской полиции с целью выведения ее из-под власти мэра. Конституционность закона, принятого легислатурой штата, была признана Верховным судом Нью-Йорка, но Вуд отказался ему подчиниться и заменить коррумпированных полицейских. Борьба за реформирование городской полиции сопровождалась даже попыткой ареста Вуда и отстранения его от власти. Вокруг Сити-холла развернулось настоящее побоище между муниципальной полицией и полицией штата. Только вмешательство военных властей заставило Вуда прекратить «сражение», в ходе которого было ранено 52 человека, и сдаться солдатам. Однако уже через час он был освобожден и даже вчиненный ему судом иск в 250 долл. так никогда и не был выплачен. Стычки между муниципальной полицией и новоиспеченной полицией штата продолжались еще несколько месяцев, что поощряло разгул преступности в целом. 4–5 июля 1857 г. в городе произошло вооруженное столкновение между полицейскими и бандитами, сопровождавшиеся строительством баррикад, поджогами домов и грабежами. За два дня было убито 8 человек и ранено более ста человек. Снова пришлось прибегнуть к помощи военных, чтобы навести в городе относительный порядок31. Но все эти события никак не отразились на карьере мэра Ф. Вуда.

«Очевидность коррупции, характерной для демократического управления городом, настолько усилилась, – писал редактор «Tribune» Хорас Грили, – что даже «New York Herald» начала призывать к честности к добродетельности». Он уверял своих читателей, что с приходом к власти республиканской администрации коррупция полностью прекратится, а аме­риканцы получат действительно дешевое правительство32. Неустанная критика на страницах «New York Tribune» правительства демократов, несомненно, способствовала отходу от них многих избирателей, расширяла ряды республиканцев.

Антиреспубликанская пресса пыталась использовать обвинения в коррупции и мошенничестве против своих противников. «New York Herald» назвала «чудовищной, мерзкой и бесстыдной» сделку, которую ловко провернул босс республиканцев в штате Нью-Йорк Терло Уид в связи с проектом постройки железной дороги. Ему удалось путем подкупов и лоббирования добиться согласия законодателей легислатуры штата на одобрение сделки стоимостью в 20 млн. долл. Беннет назвал это «оптовым грабежом», чтобы принести пользу нескольким заинтересованным сторонам на условиях, которые они написали сами. Фактически было трудно приписать все республиканцам, поскольку в коррупционные скандалы были также вовлечены демократы. Поэтому свою предвыборную борьбу «New York Herald» вела за «честных политиков, не замешанных в коррупции»33. Эффект скандала с Уидом и Сьюардом был скоро предан забвению, поскольку в мае 1860 г. демократ из Таммани Исаак Фоулер скрылся со 150 тыс. долл. фондов почтового отделения, и республиканцы обвинили Бьюкенена в том, что он замял это дело34.

Разумеется, коррупция, как явление, не была присуща исключительно северянам. Однако в сформировавшемся общественном мнении южан она ассоциировалась с федеральным Союзом. Агитация за отделение, ведущаяся южными экстремистами, находила в коррупционных скандалах благодатную почву для критики «порочного» Севера и для доказательства необходимости создания независимой Южной конфедерации, основанной на идеалах классического республиканизма.


Конечно, на Севере также было немало жестких критиков распущенности политических нравов. Поэт и журналист Уолт Уитмен резко осуждал предвыборные махинации и политическую коррупцию: «Среди всех лиц, занимающих ныне госу­дарственные посты в Соединенных Штатах, не найдется и одно­го на тысячу, который был бы избран волей народа и заботился бы о его благе. Все кандидатуры выставляются и проталкиваются большими или малыми кучками политиканов; многие получают назначения, как плату за участие в предвыборных махинациях; каждый преследует сугубо личные и узкопартийные цели… Официальные посты, и президентский, в том числе, продаются и покупаются, становятся предметом предвыборного торга, проституируются и достаются проституткам мужского пола. В Северных и Восточных штатах мы видим сонмы «мягкотелых» паразитов–чиновников, продажных редакторов, подлипал при десятке тысяч должностных лиц, мечтающих только о том, как бы нажиться за счет политики, урвать для себя кусок пожирнее; и всем им чужды принципы – ценнейшее достояние человека»35.

Многие республиканские газеты постоянно использовали разоблачение коррупционных скандалов для пропаганды в пользу своей партии, уверяя избирателей, что только новая партия будет способна создать честную администрацию, навести порядок в работе государственного аппарата и решить другие назревшие проблемы. Особенно важными в этом плане были результаты комиссии Коувода, одобренные в Палате представителей Конгресса большинством в 117 голосов против 45.

Республиканская пресса активно освещала коррупционные скандалы и использовала в предвыборной агитации также другие общенациональные проблемы, прежде всего гомстед-акт, на который президент Бьюкенен наложил вето.

На Северо-Западе популярность этого лозунга затмила полностью проблему рабства. Не только республиканцы, но и сторонники Дугласа резко осуждали действия президента в отношении гомстед-билля. Продугласовская «Dubuque Herald» писала по этому поводу: «Рабовладельческие пропагандисты потребовали, чтобы на законопроект было наложено вето, и гибкий инструмент был использован быстро, президент повиновался им. Позвольте сутенерам и наемникам старого грешника защищать этот его последний акт, если они посмеют»36.

Свои надежды на очищение от зла коррупции и решение других проблем рядовые американцы все больше возлагали на республиканского кандидата в президенты Авраама Линкольна, получившего удачное прозвище «Честный Эйб», связывая его будущую победу на выборах с проблемой возрождения и обновления Союза. Это сыграло немаловажную роль в победе республиканцев на президентских выборах 1860 г. Конечно, коррупция не являлась главной и единственной проблемой для страны. И немало других причин привели к расколу Союза. Однако раздуваемые прессой коррупционные скандалы формировали общественное мнение, как на Юге, так и на Севере, во враждебном духе по отношению друг к другу, что не могло не сказаться на ожесточенности Гражданской войны 1860–1865 гг.

Изучение проблемы коррупции перед Гражданской войной в США предоставляет историку возможность поразмышлять о целом ряде уроков, важных для любой демократической страны. Они заключаются в том, чтобы коррупционные дела не замалчивались, а предавались строгому суду общественного мнения. В США широкая гласность и свобода прессы, сложившееся на Севере гражданское общество, наличие политической оппозиции, механизмы общественного и законодательного контроля давали реальную возможность, если не победить коррупцию, то вести против нее последовательную борьбу, без чего победа над ней невозможна в принципе.

Примечания

1 http://www.anticorr.ru/news/news0x109x1972.html.

2 Jacksonian Panorama / Ed. by E. Pessen. Indianapolis, 1976. Р. 106. См. также: New Orleans Daily Picayune. 1849. Sept. 9; Уитмен У. Избранные произведения. Листья травы. Проза. М., 1970. С. 303.

3 Одно из названий пиратов в Вест-Индии.

4 Свой пост Флойд покинул в декабре 1860 г. в связи с начавшейся сецессией и встал на сторону Конфедерации.

5 Тоуси оставался в правительстве до конца его полномочий, а затем занялся адвокатской практикой.

6 Свой пост Кобб покинул в декабре 1860 г. в связи с начавшейся сецессией и встал на сторону Конфедерации.

7 Summers M.W. The Plundering Generation. Corruption and the Crisis of the Union. 1849–1861. N.Y., 1987. P. 304.

8 Ruffin E. The Diary of Edmund Ruffin: In 2 vols. / Ed. by W.K. Scarborough. Baton Rouge, 1972–1976. Vol. I. P. 38.

9 Congressional Globe. 35th Congr. 1st Session. P. 358.
10 См.: Джефферсон Т. О демократии / Под ред. С.К. Падовера. СПб., 1992. С. 125–126; Oakes J. From Republicanism to Liberalism: Ideological Change and the Crisis of Old South // American Quarterly. Fall 1985. Vol. 37. N 6. Р. 567–569.

11 Richmond Enquirer. 1857. Febr. 20; Charleston Mercury. 1860. Sept. 3.

12 Philadelphia North American. 1858. Apr. 27.

13 Прорабовладельческая конституция, принятая конвентом территории Канзас в г. Лекомптон в 1857 г.

14 New York Evening Post. 1856. Oct. 24.

15 Philadelphia Daily News. 1858. Oct. 9, 11, 14. 16.

16 См.: Buchanan J. Mr. Buchanan’s Administration on the Eve of Rebellion. Freeport (N.Y.), 1970. Р. 240, 248; Meerse D.E. Buchanan, Corruption and the Election of 1860 // Civil War History. Vol. 12. 1966. P. 116–131.

17 Seitz D.C. The James Gordon Bennetts. Father and Son. Proprietors of «The New York Herald». Indianapolis, 1928. Р.157–158, 166–167.
18 Luthin R. First Lincoln Campaign. Gloucester (Mass.), 1961. P. 176.

19 New York Daily Tribune. 1860. May 16, Sept. 3.

20 Congressional Globe. 35th Congr. 1st Session. P. 2616; Nichols R.F. The Disruption of American Democracy. N.Y., 1962. P. 190, 258, 329–330.

21 Summers M.W. The Plundering Generation. Corruption and the Crisis of the Union 1849–1861. N.Y., 1987. P. 246.

22 New York Daily Tribune. 1858. Dec. 28.

23 New York Daily Tribune. 1857. Sept. 22.

24 New York Daily Tribune. 1858. Dec. 28.

25 Congressional Globe. 36th Congr. Ist session. P. 2938–2944; New York Evening Post. 1859. Jan. 29.

26 Johannsen R.W. Stephen A. Douglas. N.Y., 1973. P. 648–650.

27 Summers M.W. The Plundering Generation. P. 255.

28 http://en.wikipedia.org/wiki/Fernando_Wood.

29 Осбери Г. Банды Нью-Йорка. Пер. с англ. М., 2004. С. 102–103.

30 Loth D. Public Plunder. A History of Graft in America. Westport, 1970. P. 139–143; New York Daily Tribune. 1856. Sept. 27; 1857. July 7, Dec. 24; 1858. Apr. 20; 1859. Dec. 3.
31 http://urbanography.com/1857/index.html; Осбери Г. Указ. соч. С. 108–115.
32 New York Daily Tribune. 1858. May 25.
33 New York Herald. 1860. Mar. 10, 12, 15, 19, 24, 29, 31; Apr. 2, 9, 11, 13, 15, 18, 29; May 5, 9.
34 Fermer D. James Gordon Bennett and the «New York Herald». N.Y., 1986. Р. 142–143.

35 Уитмен У. Избранные произведения. М., 1970. С. 302.
36 Цит. по: New York Herald. 1860. June 27.

Текст: © 2008 Т.В. Алентьева
Опубликовано: Российско-американские отношения: конец XVIII — начало XX вв. Материалы международной научной конференции «200 лет российско-американских отношений» (Москва, 8-10 ноября 2007 г.) М.: ИВИ РАН, 2008. 284 с. С. 233-245
Статья предоставлена автором

Алентьева Т.В. «Проблема коррупции в США в 1850-е годы и общественное мнение»

Статья посвящена теме коррупции в США врёмён президентства Джеймса Бюьюкенена. К середине XIX века эта «болезнь» настолько поразила американские институты власти всех уровней, что некоторые историки считают её одной из главных причин распада Союза в 1861 году.
Статья предоставлена автором.