Орегонский вопрос: ответ третий (1824-1825)

9 (12) февраля 1824 года в Санкт-Петербурге открылись русско-американские переговоры о торговле и границах на северо-западе Америки.

Поводом к переговорам послужил указ Александра I от 4 (16) сентября 1821 года, расширявший русские владения в Америке до 51-й параллели. Указ также запрещал иностранную торговлю с русскими колонистами и индейцами, обитавшими на территории Русской Америки.
Новая граница Русской Америки и запрет на торговлю вызвали в США и Англии серьезное недовольство. Российское правительство, не желая обострения отношений с ними, предложило провести трехсторонние переговоры по урегулированию взаимных претензий. До окончания переговоров российская сторона обязалась не придерживаться положений указа.

Весной 1823 года государственный секретарь США Джон К. Адамс выразил пожелание, чтобы представители США и Великобритании совместно выступили на переговорах с Россией. Министр иностранных дел Англии Джордж Каннинг, в целом одобряя идею Адамса, писал послу в России Чарльзу Баджету в июле 1823 года, что совместные действия с США были бы уместны в переговорах по вопросам торговли и мореплавания. Территориальное разграничение лучше урегулировать путем сепаратного англо-русского соглашения, причем в качестве границы русских владений предлагалась 57-ая параллель,(США были готовы признать русские поселения к северу от 55-й параллели).

О желании своего министра Ч. Баджет проинформировал российского министра иностранных дел Карла Нессельроде, сообщив также о желании Англии добиваться установления восточной границы русских владений по 139° з.д.

Но провозглашение «Доктрины Монро» в декабре 1823 года нанесло удар по идее совместного выступления США и Англии на переговорах с Россией.

В феврале 1824 года британское министерство иностранных дел указало Ч. Баджету провести переговоры с Россией независимо от США.

Русско-американские переговоры проходили в доме министра иностранных дел России. Российскую сторону представляли Нессельроде и бывший посланник в США Петр Полетика, американскую – посланник в Санкт-Петербурге Генри Миддлтон.

С самого начала переговоров Миддлтон, как сообщал Нессельроде новому посланнику в Вашингтоне барону Федору Тейлю-Серокеркену, «изволил утверждать, что Соединенные Штаты могут предъявить свои права на северо-западное побережье Америки вплоть до 60° северной широты и обосновать их договором об уступке Флориды, согласно которому они якобы получили все права, принадлежавшие Испании». Но российские представители возразили ему, что «согласно букве упомянутого соглашения, Испания отказалась в пользу Соединенных Штатов от всех своих притязаний на территорию восточнее и севернее устья Колумбии, но что наши владения находятся западнее названного пункта и, стало быть, это постановление не может касаться нас»1.

Нессельроде вручил Миддлтону российский проект соглашения, в котором линия разграничения проводилась по 54°40’ с.ш. Американский посланник согласился с этой границей и больше на 60-й параллели не настаивал.

Подписание конвенции состоялось 5 (17) апреля 1824 года, а 11 января 1825 года соглашение было ратифицировано Конгрессом США и вступило в силу.
Переговоры России с Англией, начавшиеся одновременно с русско-американскими, длились с перерывами около года и закончились подписанием 16 (28) февраля 1825 года конвенции, установившей восточную границу русских владений по 141-у меридиану. При этом особо оговаривалось, что пограничная линия вдоль побережья по хребту гор не должна отстоять от берега более чем на 10 морских лиг (55,6 км).

Цитаты:

1 Управляющий министерством иностранных дел России К. В. Нессельроде посланнику в Вашингтоне Ф. В. Тейлю-Серокеркену, 20 мая (1 июня) 1824 г. // Внешняя политика России XIX — начала XX века. Документы Российского министерства иностранных дел. М., 1982.Т.5(13). C. 470