Энтитемское сражение

Энтитемское сражение. Хромолитография Луиса Курца (1888)
Энтитемское сражение. Хромолитография Луиса Курца (1888)

С апреля 1861 года основные боевые действия шли на территории штата Виргиния, земля и жители которого были измотаны войной и нуждались в отдыхе. После своей блистательной победы над Виргинской армией генерала Поупа в августовском (1862 года) сражении при Булл-Ране, конфедераты решили попытаться дать им этот отдых и перенести войну на территорию Союза.

8 сентября 1862 года, с санкции президента Дэвиса, началась так называемая Мэрилендская кампания Роберта Ли. Южане надеялись, что их присутствие на вражеской территории удержит за ними стратегическую инициативу (Ли отлично понимал, что при существующем неравенстве сил переход к оборонительной тактике смерти подобен и у его армии есть только один выход – наступать); позволит разгрузить житницу Конфедерации – Виргинию; и обеспечит присоединение к Конфедерации рабовладельческого, но союзного, штата Мэриленд.

В США многие стали думать, что командующий силами Юга собирается напасть на Вашингтон, но генерал Ли тем и отличался от северных генералов, что он «охотился» не за географическими пунктами, какими важными они бы ни были, а за живой силой противника. Он хотел, создав угрозу плодородной Пенсильвании, выманить Потомакскую армию из окрестностей столицы и разбить её в честном решающем сражении.

Ли выпустил обращение к мэрилендцам, в котором обещал помочь им «сбросить иноземное иго» и восстановить попранные «древние права» штата, превращенного в «завоеванную провинцию». Однако, большинство жителей Мэриленда были зажиточными фермерами-выходцами из Германии и не питали братских чувств к своим южным соседям. Прокламация была ими встречена холодно, если не сказать враждебно.

Северовиргинская армия 2-4 сентября перешла через Потомак и собралась у городка Фредерик (не путать с Фредериксбергом). Здесь 9 сентября Ли подписал Секретный приказ №9, в котором подробно изложил план перемещения своих войск.

По этому плану армия растянулась широким фронтом. Корпус «Каменной Стены» Джексона и дивизия Лафайета Мак-Лоуза отправились осаждать федеральный форт Харперс-Ферри, находившийся на слиянии рек Шенандоа и Потомак. Корпус Джеймса Лонгстрита направился по Хагерстаунской дороге. Остальные войска были рассредоточены по берегу Потомака в ожидании падения Харперс-Ферри.

Джордж Мак-Клеллан, вновь возглавивший Потомакскую армию, не собирался предпринимать против Ли решительных действий, считая, что ему противостоят от 100 до 120 тысяч неприятельских солдат. Он разместил свои силы между Вашингтоном и врагом и стал ждать неизвестно чего.

Утром 10 сентября южане начали маневры. К 13 сентября первая часть плана по окружению и блокаде Харперс-Ферри была выполнена и началась бомбардировка форта. Ли вместе с Лонгстритом отправились через Голубой хребет (он же Южные горы) в Хагерстаун. Арьергард армии под командованием Дэниела Хилла двинулся в деревушку Бунсборо.

Тут Роберту Ли донесли, что дремавшие федералы вдруг проснулись и тоже начали маневры. Неожиданная активность Мак-Клеллана объяснялась тем самым «неизвестно чем». В его руки попала копия приказа №9, и он теперь отлично знал дислокацию южных войск и видел, насколько растянут их фронт. Мак-Клеллан, радостно воскликнул, что он добровольно отправится домой, если «с помощью этой бумаги не побьет выскочку Бобби Ли».

14 сентября был сыгран первый акт кровавой драмы под названием «Сражение на Энтитеме». Стычку между федеральным корпусом Уильяма Франклина и корпусом Дэна Хилла северяне нарекли сражением в Южных Горах, а южане – сражением при Бунсборо. Франклин спешил на выручку осажденному Харперс-Ферри, но путь ему преградили конфедераты, державшие проходы через Голубой хребет.

Огонь первыми открыла бригада генерала-южанина Сэмюеля Гарланда, отразив нападение двух северных бригад. Через два часа бригада южан была рассеяна, а сам Гарланд — убит. Им на смену пришла бригада Джорджа Б. Андерсона, вынудившая северян отступить на утренние позиции. В полдень пролом Фокса, где шел бой, обороняли бригады генералов Джона Рипли и Роберта Роудса, а Дж. Б. Андерсон отошел защищать пролом Тёрнера.

В два часа дня северян подкрепили три дивизии из корпуса Джозефа Хукера. На помощь конфедератам Джеймс Лонгстрит отправил две бригады из своего корпуса: под командованием Джона Худа (его легендарные «мальчики») и Джорджа Т. Андерсона. Через час сразу в семи местах на подступах к обоим проломам разгорелся ожесточенный бой, занявший весь световой день.

Хотя южане были скинуты с горы, они сделали главное — выиграли время для Роберта Ли, который собирал свои разрозненные силы в одном месте — на небольшом участке земли между рекой Потомак и её левым притоком — ручьем Энтитем, в предместьях городка Шарпсберг (отсюда двойное название сражения – Энтитем/Шарпсберг).

У выбранной командующим позиции был только один недостаток – прямо за его спиной протекал Потомак. В остальном ландшафт был на стороне конфедератов. На их левом фланге артиллерия Джеба Стюарта, укрепленная бригадой Джубала Эрли, заняла холм Никодемус Хайт. Правее холма находился лесной массив, разделенный Хагерстаунской дорогой на Восточный и Западный лес. В нём разместились техасские «мальчики Худа», превратив дорогу в «огневой мешок». Правее леса лежало плато с кукурузным полем и кирпичной церковью Данкер-Чёрч. Туда из-под Харперс-Ферри ускоренными маршами прибывали части «пешей кавалерии» Джексона. В центре и на правом фланге боевой линии конфедератов расположились дивизии Дэна Хилла (его однофамилец Эмброуз (ЭйПи) Хилл, приняв капитуляцию Харперс-Ферри, появится на поле боя в самый нужный момент) и Лонгстрита. Естественной границей между враждующими армиями служил Энтитем, который можно было форсировать по трем мостам и нескольким бродам. Южане заняли западный берег ручья.

Восточный берег ручья присмотрел для себя Мак-Клеллан. Но он, по своему обыкновению, двигался неспеша, страдая от наскоков лихих кавалеристов Фитцхью Ли, и к месту назначения передовые части Потомакской армии добрались к полудню 15 сентября.

План Мак-Клеллана состоял в следующем: левый фланг Ли атакуют корпуса Хукера, Джозефа Мансфилда и Эдвина «Лесного Буйвола» Самнера; уничтожить правый фланг поручалось 9-му корпусу Эмброуза Бернсайда. Корпуса генералов Фитца Джона Портера и Франклина отходят в резерв, а потом наносят решающий удар в центре фронта.

Ли не стал удерживать северный мост через ручей, позволив частям Хукера 16 сентября переправиться и приблизиться к Восточном лесу. Последовала небольшая перестрелка с техасцами, и Хукер отступил к северу, заняв позиции на хребте Пофенберг. Ночью к нему подошел корпус Мансфилда. «Лесной Буйвол» расположился прямо на берегу ручья. Бернсайд занял позиции перед южным мостом через ручей. К началу «молотилки» было всё готово.

В 6 часов утра Хукер решил неожиданной атакой застать врасплох уставших людей «Каменной Стены», но Джексон заметил его передвижения, и, как только федералы приблизились на пушечный выстрел, накрыл их артиллеристским огнем. Джексона поддержали 26 орудий Стюарта. Им ответили артиллеристы Хукера с Пофенберга. Второй акт кровавой драмы начался.

Одновременно на кукурузное поле при поддержке артиллерии наступали дивизии Эбнера Даблдея и Джорджа Мида из корпуса Хукера. Картечь срезала кукурузные стебли и скрывавшихся в них конфедератов. Скоро людям Джексона пришлось оставить поле и занять опушку в Восточном лесу, откуда поле просматривалось как на ладони. Анфиладный огонь, который они открыли по северянам, наносил тем непоправимый ущерб. Сотни людей покрыли поле своими телами.

В 7 утра на поле направился корпус Мансфилда, но и его атака была отражена. В результате этой атаки Хукер был ранен, а Мансфилд убит. Командование силами Союза на этом фланге перешло к Миду.

На помощь «Каменной стене» прибежали голодные (атака северян помешала им позавтракать) и от того злые как черти «мальчики Худа», Легион Уэйда Хэмптона и 18-й Джорджианский полк. Воздух наполнился свинцом, и туго пришлось тем, кто оказывался на открытой местности. Потери превысили все вообразимые пределы. Уэйд Хэмптон оставил на поле 53 человека (из 76-и), Джон Белл Худ – 372 (600).

Кукурузное поле переходило из рук в руки. Когда всё началось, на поле площадью в тридцать акров росла кукуруза высотой с человеческий рост. Когда всё было кончено, на поле не осталось ни одного целого стебля, и оно было покрыто человеческими телами настолько, что можно было пересечь его, ни разу не ступив на землю.

В 7.30 «Лесной Буйвол» Самнер получил приказ вступить в бой, переправился через ручей и бросил дивизию Джона Седжвика на штурм Западного леса. Там её встретили сильно поредевшие порядки «мальчиков Худа» и Джексона. На звуки ожесточенной стрельбы прибежали запыхавшиеся люди Мак-Лоуза, только что вернувшиеся из-под Харперс-Ферри. Своим появлением они в прямом смысле слова спасли корпус Джексона от полного истребления, уничтожив добрую половину наступавших северян. К 10 утра бой на левом фланге южан стих, и боевые действия переместились в центр.

Дивизия Уильяма Френча из корпуса Самнера, тоже отправленная на штурм Западного леса, по неведомым причинам оказалась прямо в центре, напротив Притопленной дороги (Sunken Road). Дорогу, которая представляла собой естественный окоп, защищал корпус Дэна Хилла.

Неизвестно почему Френч решил штурмовать позиции южан классическим «европейским» способом – штыковой атакой. Эта сумасшедшая идея обернулась настоящим убийством – под воинственные марши полкового оркестра три последовательные линии северян, примкнув штыки к незаряженным винтовкам, пытались завладеть дорогой. Каждый залп южан выкашивал из их рядов десятки человек. Огонь велся не только с фронта атаки, но и с флангов, так что люди Френча оказались в огненных объятиях.

Четыре раза командир поднимал своих солдат в атаку, намериваясь завалить огненную стену их телами. Наконец он осознал, что времена Аустерлица давно канули в лету, и приказал зарядить винтовки. Теперь бой за Притопленную дорогу приобрел кровопролитный характер для обеих сторон. Командир 6-го Алабамского полка Джон Гордон стал настоящим «рекордсменом» по числу ранений. Он был ранен пять раз – в правую икру, правое бедро, левую руку и левое плечо. Пятая пуля попала ему прямо в лицо, чудом не задев яремную вену. Гордон вспоминал: «Я упал без сознания так, что моё лицо уткнулось в кепи. Казалось, что я захлебнусь собственной кровью. Но этого не произошло по милости какого-то янки, как будто специально, чтобы спасти мою жизнь, часом раньше сделавшего дырку в моем кепи, и кровь теперь вытекала из нее». (За пару часов до ранения из уст Джона Гордона вылетела одна из крылатых фраз Гражданской войны – увидев генерала Ли, объезжавшего позиции, он воскликнул, показывая на своих солдат: «Эти люди останутся здесь, генерал, пока не зайдет солнце или не будет одержана победа!»)

Кроме дивизии Френча дорогу атаковали части Израиля Ричардсона. Им удалось занять позиции с флангов, открыв по оборонявшим дорогу южанам продольный огонь. При этом, для увеличения поражающей способности, северяне заряжали в дула своих винтовок не только пули, но и шомпола. Им хватило полчаса, чтобы в четыре слоя заполнить дорогу убитыми. После боя здесь, как и на кукурузном поле, можно было ходить по телам, не ступая на землю. Теперь она носит заслуженное название «Кровавой аллеи» (Bloody Lane).

Закончив свое расстрельное дело, люди Ричардсона уже выдвинулись в сторону Шарпсберга, как вдруг по ним ударила одинокая батарея южан. Она бы никогда не выстрелила, если бы ни генерал Лонгстрит. Он заметил две пушки без прислуги и приказал своим адъютантам стать к орудиям. Пока генерал лично держал под уздцы лошадей своих соратников, те вели огонь по Ричардсону, буквально не давая ему двинуться с места. Лонгстрит добился своего – одним из снарядов «Драчливый Дик» был убит, его люди растерялись, и их новый командир Уинфилд Скотт Хэнкок был вынужден скомандовать отступление.

В разгар борьбы за дорогу свою войну начал Бернсайд. Перед ним стояла задача завладеть центральным мостом через ручей. На первый взгляд не было задачи проще — 9-й корпус Бернсайда насчитывал 13,5 тысяч человек, а мост обороняли всего четыреста джорджианцев под командованием Роберта Тумбса. Но узкая дорога, ведущая к мосту, не позволяла развернуться для полноценной лобовой атаки, и Бернсайду потребовалось время для обходного маневра.

Пока генерал Aйзек Родман форсировал ручей по близлежащему броду, Бернсайд решил попытать счастья во фронтальных атаках на мост. Люди Тумбса надежно укрытые кустами и деревьями с легкостью отразили три атаки северян, устелив синим сукном подходы к мосту, не потеряв при этом ни одного человека. К часу дня Родман вышел на противоположный берег и справа врезался в позиции южан. Теперь Бернсайд смог оттеснить расстрелявших все патроны, джорджианцев.

Всем стало ясно, что южане проиграли сражение на Энтитеме – достаточно легкой атаки, чтобы сбросить их в Потомак. Но Бернсайд никогда не искал легких путей. Вместо того чтобы скомандовать атаку, он скомандовал привал и стал подтягивать обозы с боеприпасами.

Пока происходила эта перегруппировка, в нужном месте и в нужное время оказался единственный резерв генерала Ли – «Легкая дивизия» ЭйПи Хилла. Быстро оценив ситуацию, Хилл ударил по флангу корпуса Бернсайда.

«Легкая дивизия» только что обновила свой гардероб за счет цейхгаузов Харперс-Ферри, и синий цвет её формы ввел северян в заблуждение. Но первые же выстрелы вывели их из этого состояния. Развернувшиеся веером конфедераты обрушили на солдат Бернсайда уничтожающий огонь и вынудили их отступить на восточный берег ручья. Тщетно Бернсайд взывал к Мак-Клеллану с просьбами о подкреплениях. «Маленький Наполеон» уже сочинил победную реляцию в Вашингтон и рекомендовал не превращать «победу» в поражение. К 5 часам пополудни затих последний выстрел Энтитемского сражения.

Следующий день Северовиргинская армия, потерявшая треть своих солдат, простояла на залитом кровью берегу Энтитема, полная решимости отразить новые атаки Мак-Клеллана. Как и ожидал Ли, никаких атак не последовало, и 19 сентября южане двинулись через Потомак. Виргиния отдыхала от войны всего 17 дней.

Удивительным исходом этого сражения стало то, что каждая сторона могла записать его себе в актив. Южане одержали моральную победу – 40 тысяч полуголодных джонни устояли под напором 90 тысяч сытых и довольных янки, нанеся им чувствительный урон. Северяне тоже одержали победу, но победу стратегическую – после такой мясорубки у Ли не было сил, чтобы исполнить свой план наступательных операций.

К тому же ни одна другая битва не меняла курс войны так радикально, как это сделал Энтитем. Посчитав результат сражения победой, 22 сентября 1862 года президент Линкольн выпустил свою Прокламацию освобождения рабов. Хотя этот документ фактически ни одного раба не освободил, он имел далеко идущие последствия. После этого сражения Конфедерация была обречена бороться в одиночку — ни одна европейская страна не поддержала бы рабовладельческую страну в войне, целью которой теперь было поставлено уничтожение рабства. Непреднамеренным, так сказать побочным, эффектом Прокламации стали «Цветные войска» армии США, состоявшие из негров.

Тактически же сражение закончилось вничью, ведь ни одна сторона не удержала завоеванных позиций.